Поездка в Янину



    Мой сосед был невероятно толстым. Он полностью придавил меня к окну, и еще долго после того, как автобус тронулся, громко сопел, пытаясь отдышаться. А потом стал с интересом заглядывать мне через плечо.

    - Простите, что отвлекаю, - не выдержал он наконец. – Это что, английский?

    "Идиот", - подумала я, раздраженно захлопывая Евгения Тимченко (“Акузатив в українській мові”). Не может кириллицы от латиницы отличить или не нашел другого способа познакомиться?

    - Это украинский.

    Пауза. Вдали остаются последние дома окраин Салоник, залитые вечерним февральским солнцем. Я опять пытаюсь проникнуть в глубины беспредложного винительного падежа.

    - А вы изучаете украинскую филологию?
    - Я изучаю ГРЕЧЕСКУЮ филологию.
    - Так вы что, не гречанка?!!

    Все! Статья накрылась, а вместе с ней, наверное, и диссертация. Теперь все семь часов до Янины мне предстоит выслушивать о том, как красивы украинские женщины, как здорово поет Руслана, как плохо иметь под боком Чернобыль и жить в вечной мерзлоте. Эх, как классно вон той крепости возле Платамонаса, которую мы как раз проезжаем. Стоит себе на горе и не обязана выслушивать излияния жирного Димитриса. Видимо, мне должен быть очень интересен размер его зарплаты, все места работы и учебы и прочее…

    Тимченко давно засунут в сумку, половина еды (купленной в супермаркете "Champion" на ул.Гунари в Салониках) съедена, мы проехали пыльные улицы Лариссы, и повороты на дороге из чистой случайности превращаются в зловредную закономерность.

    Звонит Янис и докладывает, что к моему приезду отмыл ванну и купил кучу сладостей. Я слабым голоском отвечаю, что лучше бы осталась в Салониках и пусть сам купается в своей ванне (эй, неужели меня одну тошнит на горных серпантинах?). Димитрис стремительно молодеет – если полчаса назад ему было (по его же словам) 28 лет, сейчас вдруг стало 27 (на вид я бы все 37 дала). И, видя мое беспомощное состояние, становится все злораднее.

    "Вот здесь, - показывает в окно, где мелькают силуэты скал Метеор в уже почти полной темноте, - в лесу живут медведи".
    – "А что они едят?", - хрипло интересуюсь я скорее из вежливости.
    "Людей, конечно".

    Тебя бы, Дима, этим медведям на год хватило!

    "А в эту пропасть когда-то автобус упал", - а впрочем, ущелье Катара ("Проклятье") в дополнительной рекламе не нуждается. Что это за слабые огонечки в снежной бездне, призраки погибших бродят с канделябрами? Нет, это всего лишь селение Мецово. В общем, греческая карта отныне будет обильно полита моими слезами – каждую ямку на горной дороге испытала на себе, на каждой елке хотелось подвесить своего соседа…

    Закончился урок географии, дети, начинаем урок истории. "Остров Али-паши на озере Памвотида, - вещал Димитрис над моим уже почти трупом, - знаменит с 14 столетия…" Приветливым огням города Янины, отражавшимся в озере, я уже не поверила. "Назад полечу самолетом", - твердо сказала я, выходя из автобуса и гордо подбирая из грязи свой пакет (вышвырнули из багажника, не особо церемонясь, чтобы добраться до остальных вещей).

    "Я тоже", - обрадовал меня Димитрис. – "Приятных выходных!"

    "Paramythia-beach", - ласково называл Янис свое "село-дерёвню" Парамифья на 2 тысячи жителей. "Beach" – это, конечно, приукрасил (до Ионического побережья – километров 30 через горы). Но что-то очаровательное в этой деревеньке в 100 км от Янины было. Каменные двухэтажные дома, крутые мощеные улицы, апельсиновые деревья в вечном тумане, темно-зеленые горы вдали. А до Киева было всего 10 см (судя по глобусу-светильнику на тумбочке). Его я изучала, утопая в роскошных перинах Янисовой двуспальной кровати. (Сам Янис был жестоко отправлен спать на диван, несмотря на продолжительную осаду крепости – меня, в смысле). Он долго тяжело ворочался, потом затих. Глобус я выключила. Но всю ночь раздавался дробный стук – стучал дождь за окном и мои зубы. Весь Северный Эпир оказался промозглым, сырым как подвал местом… а у Яниса не было отопления, зато был ледяной мраморный пол...

    В субботу мы плавали на Керкиру. Нет, сначала поехали в портовый город Игуменицу и там долго бродили под ливнем, разыскивая офис авиакомпании "Олимпик", чтобы купить мне билет назад. Офис, конечно, оказался закрыт. Какой грек в здравом уме станет работать в субботу? (да и какой грек в здравом уме вообще станет работать? Это все происки правительства и американских олигархов. Вот доберутся до них профсоюзы!) Зонтик я из Салоник не взяла, несмотря на рекомендации более опытных друзей. Поэтому пришлось брать напрокат у Яниса. Нес его, конечно, он, как настоящий джентльмен. Другое дело, что коротконогий Янис в неизменной черной кожанке выглядел с этой ярко-красной тростью как… ну, как гномик с большим мухомором.

    Но вот мы наконец в порту и покупаем билеты на корабль "Пандократор". Корабль ждет, пока я допью свой горячий шоколад, а Янис докурит свою вонючую сигарету. Плывем мы полтора часа. Мне надоедает сидеть в салоне с кожаными креслами и телевизором (какое же это к черту плаванье?) и я, сначала потыкавшись в разные двери и чуть не забравшись к кому-то в каюту, выхожу на палубу. Ветер делает попытку швырнуть меня в пенные волны или на худой конец сорвать скальп. У него не получается, вместо этого я пытаюсь изобразить с появившимся из недр корабля Янисом сцену из "Титаника" - Я ЛЕЧУ!!! Впереди встают угрюмые башни и разноцветные домики набережной – это Керкира. Пробую представить, как к этим берегам в тридцать пятом году подплывала семья Даррелов. Но у них было пять лет, чтобы оценить прелести острова, а у меня – всего день.

    Янису надоело таскаться с зонтиком, тем более Керкира порадовала солнцем. Что он сделал? Просто прислонил его к стенке ближайшего кафе – "потом заберу". "Дурак", - хихикнула я, у нас вон хоть в сейф запрячь – все равно свистнут, а он прямо на виду оставляет. "Сама дура", - ответил мне зонтик через несколько часов, когда мы возвращались в порт. Он по-прежнему безмятежно стоял у стенки. Рядом на диванчике спала собака. В кафе греки резались в тавли (нарды), а гречанки с невероятными декольте и макияжем шли в церковь на свадьбу. "Я люблю Грецию", - рассеянно подумала я, в который раз за эти 5 лет. В одном из каменных, совершенно итальянских, двориков Янис попытался меня поцеловать. "Стыдно, товарищ!" - крикнула я. "В то время, как наши космические корабли и так далее!" На эту сцену безучастно взирали прислоненный к пальме велосипед и развешанное на веревках белье. Оказывается, здесь в каждой квартире нечто вроде блока, и хозяйки просто тянут веревки к себе прямо из окна, чтобы снять вещи.

    Янисовы порывы слегка унял поход в церковь святого Спиридиона (я настояла на пробежке по "даррелловским местам"). Затем из рая мы попали если не в ад, то уж точно в гнездо тлена и порока – меня затянули в ближайший "ликеро-водочный" магазинчик, где продавался миллион сортов ликера из кумквата. Оказалось, этот фрукт – на вкус что-то среднее между лимоном и апельсином, размером с алычу, а растет только на Керкире. Хлебнув полстаканчика "огненной воды", я стала более благосклонно взирать на Яниса и совсем растаяла, покушав в забегаловке "софрито" - местную телятину с какой-то вкусной зеленью. Мясо было невероятно нежное. Грек напротив (я сидела к нему лицом, а Янис спиной) – тоже. За секунду он успевал бросить целых три взгляда: на своих товарищей, на экран ТВ, где шел футбол, и на меня. Грек был молодой и красивый. Янис – нет. Но я понимала, что с моей стороны будет по крайней мере невежливым ответить этому греку взаимностью. Уже хотя бы потому, что не он платит за мое "софрито" и не он купил для меня три разных пены для ванн и пять видов мыла, чтобы я могла выбрать. Так что я ограничилась тем, что при выходе последний раз обернулась (грек опять пялился на меня, забросив даже футбол) и хитро ему подмигнула. Пусть думает что хочет!

    В воскресенье у Яниса был день рожденья. Я подарила ему привезенную из дома пепельницу в виде козака с разинутым ртом и вареником в руке. Потом пришли его сестры – младшей 19, старшей 45, поэтому выглядели они скорее как мама и дочка. "Мама" принесла одну розу, "дочка" - две. Еще только траурной ленточки не хватает, думала я, помогая им выставлять на стол тарелочки с "глико" - сладким, которое нужно непременно предложить гостям. Нет чтобы по-нашему – салат оливье, шуба, горячее… Потом пришел его зять, потом позвонили дети. Все изумленно взирали на меня – откуда в далекой горной Парамифье взялось это заморское чудо, говорящее по-гречески с украинским акцентом? Уходя, каждый из родственников подвергал Яниса допросу шепотом у двери. Я жалела, что перед их приходом он не закрыл меня в шкафу.

    В оставшиеся полдня мы ехали через холодный горно-озерный край на море…В Паргу. Летом это, должно быть, славный курорт. Домики, взбирающиеся на гору, посреди залива – островок с белой церквушкой, причал, уходящий далеко в море – гуляй сколько хочешь. Сейчас же все скрывала пелена дождя и тумана. Не было видно даже островов Пакси и Андипакси, обычно темнеющих на горизонте в ясную погоду. Даже в кафе я еще долго тряслась, как в лихорадке, несмотря на включенные обогреватели и две чашки горячего кофе. Над Паргой проносились с жалобными криками чайки.

    Утром Янис повез меня в Янину – отправлять самолетом домой, в смысле в Салоники. Аэропорт оказался крохотным кирпичным сарайчиком, в котором тем не менее все было настоящее – и стойка регистрации (одна), и зал ожидания, и кафе. Только микроскопическое. И самолеты на поле – маленькие. Мы купили билет (девушка почему-то долго искала мою фамилию среди рейсов на Афины. Ах, эти гениальные греки). Рейс был на 12.25 – пропасть времени, как говорила когда-то одна моя преподавательница. Поэтому мы вернулись в центр Янины (аэропорт, к моему большому изумлению, находился прямо в черте города – 15 минут от центра, и уже самолеты), погуляли на берегу озера и поругались с ментами, не позволяющими нигде парковаться. Оказывается, именно в этот день праздновали освобождение города, ожидался парад и высокие гости. Где же они, гости, возмущалась я, включив камеру, идет толпа какая-то, а кто – непонятно. "Это что за лысик в очках?" - спросила я у кого-то, наведя объектив на низенького дяденьку в красивом дорогом пальто, который шел в авангарде. "Это президент Греческой Республики!" - возмущенно ответили мне. Я хихикнула в кулачок. Хорошо, что меня здесь никто не знает. Вот опозорилась!

    Но вот мы опять в аэропорту, служитель снимает железную цепь со входа в зал вылетов. Янис решительно берет быка за рога, в смысле меня за плечи, и крепко целует. Я решаю, что на прощанье – можно, и потом почему-то долго плачу, прижавшись лбом к иллюминатору. Мне вторит бесконечный дождь.

    sinnefaki
    13/05/2005 11:03


    Мнение туристов может не совпадать с мнением редакции.
    Отзывы туристов, опубликованные на Travel.ru, могут быть полностью или частично использованы в других изданиях, но с обязательным указанием имени и контактов автора.

    Новости из Греции

    29.06.22 Консульство Греции в Москве все-таки приостанавливает оформление виз
    27.06.22 Греция передумала приостанавливать выдачу виз россиянам
    25.06.22 Греция приостанавливает выдачу виз россиянам на неопределенный срок
    23.05.22 Греция отменяет требование носить медицинские маски
    18.03.22 Какие страны выдают шенгенские визы россиянам
    08.12.21 Отдых в декабре — какие страны открыты для туристов из России
    19.11.21 Греция ввела новые ограничения, которые коснутся непривитых туристов
    10.11.21 Получить паспорт с греческой визой можно только через курьера
    22.08.21 Открытые страны: куда поехать в сентябре 2021 года
    22.06.21 22 июня "открыли" Турцию, с 28 июня добавятся рейсы в Болгарию, Хорватию, Грецию, Сербию и ряд других стран