Вьетнам



    Первое, что бросается в глаза при высадке в аэропорту Хошимина - скопление народа. Водители из отелей, просто водители, встречающие гиды, полицейские и прочие неотличимые друг от друга вьетнамские люди. Плотность населения в стране составляет 220 чел. на квадратный километр (а в Лаосе, к примеру - 7 чел.), и это население буквально повсюду.

    Впрочем, в Хошимине ему живется неплохо. После объединения Северного и Южного Вьетнама в 1975 из города повымели всех проституток, частных торговцев и прочую капиталистическую тварь, но сегодня все это, кажется, вернулось с избытком. Проститутка стоит на улице в нагловатой позе буквально под транспарантом "Навстречу IX съезду партии!", слово "массаж" на улицах светится розовым - а это верный признак того, что массаж - последнее, что там можно получить. Частные торговцы не просто повсюду, они еще и передвигаются вместе с вами, предлагая свои услуги в режиме non-stop. Хошимин снова плотно оккупирован капитализмом, и он сквозит везде. Мы провели там день, невинно осматривая достопримечательности, и вторично вернулись уже для отлета в Москву, на один вечер. В тот вечер, устав от нищеты и беспорядочности остальной части Вьетнама, мы были поражены и уничтожены. Улицы освещены, полно машин, работают фонтаны! Особенную роль в нашем моральном уничтожении сыграл некий крупный супермаркет, который мы необдуманно решили посетить под вечер. Это было что-то типа "Галереи Лафайетт" в Париже, с теми же представленными фирмами и теми же взглядами продавщиц. И мы, грязные и в каких-то кроссовках, купленных по случаю в Ханое за 10 долларов, бродили по стеллажам блестящей и прозрачной женской одежды, не в силах прикоснуться к этому шику. Мы испытали культурный шок туземца, попавшего в водоворот метро. Люди, перемещавшиеся по Хошимину в этот вечерний час, носили крашеные волосы, модные прикиды, имели на лице косметику и вообще выглядели чересчур вольно, по-европейски.

    Может быть, все описанное вполне нормально для любого города в пределах азиатских новых индустриальных стран типа Сеула, Сингапура или Бангкока, но просто надо было проехать недельку по Вьетнаму, чтобы понять, что Хошимин - это не та страна, это просто не может быть Вьетнамом! Настоящий Вьетнам находится на севере, в городе Ханое, в сердце настоящего, живого социализма, на настоящей родине великого вождя Хо Ши Мина. Именно там Вьетнам предстал перед нами во всей красе, с гордостью демонстрируя свои основные характеристики: 1) никто не говорит ни по-какому; 2) они сдохнут, но денег с туриста перед смертью стрясут; 3) мопед правит миром.

    Данные три кита вьетнамского существования нуждаются в расшифровке. Во-первых, убеждения франкофонов, что Вьетнам когда-то был французской колонией, не оправдываются ни на гран. Если даже старики еще и помнят, что были такие французы, то молодежь, составляющая в стране явное большинство, о таких мелочах не задумываются. То, как они знают английский язык, хорошо демонстрирует то, как их предки знали французский - да никак. Вьетнамец с большим упорством будет проговаривать единственное английское слово, которое он вызубрил, но вашего ответа все равно не поймет, даже если это будет "ес". Скорее всего он будет с вами разговаривать по-вьетнамски, с тем же, впрочем, результатом. По приезде в Ханой мы сели в маршрутку и по пути в город (ехать там порядочно) подверглись нападению вьетнамца, который считал, что говорил по-английски. В течение получаса они с Людмилой вели милую беседу, после чего она повернулась ко мне и попросила: - Слушай, Кир, спроси у него, чего ему конкретно надо? Я не понимаю ни слова из того, что он говорит.

    Попытки беседовать на вьетнамском языке успеха не имеют. Я никогда не считал себя худшим лингвистом, но во Вьетнаме начал задумываться о своих способностях - потому что фразы, с трудом выученные мною по разговорнику, типа "cay nay gia bao nhieu?", произносимые даже с вопиющим вьетнамским акцентом, редко воспринимались адекватно. Название нашего отеля Thuy Tien приходилось едва ли не орать им в ухо, но они все равно не секли. Разговор в такси получался такой: - Hotel Thuy Tien, please. - A? - Thuy Tien Hotel. - Hotel? - Thuy Tien!! Do you know Thuy Tien? - Thuy Tien? Я сую ему в морду карту города с названием гостиницы. - A! - говорит он с облегчением, - Thuy Tien!

    Идеалистические подозрения о том, что кто-то там говорит по-русски, также жестоко нас обманули. Вьетнамский лексикон социалистического наследия включает лишь такие важнейшие туристические термины, как "Ленин", "Путин", "джясчуйшье" (здравствуйте) и "хочу любить", произносимое ими с особым пафосом. Впрочем, к достоинствам Вьетнама как страны надо отнести полное отсутствие там русского туриста. Вообще, к нашей радости, мы лишь раз встретили своих соотечественников в течение всего путешествия. Мы быстро слиняли из этого места.

    Таким образом, общение с вьетнамским народом превращается в сложную процедуру. Тем более, что народ-то очень этого общения желает. Вьетнамец с утра выходит на улицу с одним-единственным вожделением - надуть туриста, убить в нем осмотрительность и стрясти немного денег. Ради выполнения этой задачи вьетнамец не остановится ни перед чем. Он будет идти рядом с вами в течение получаса, по-вьетнамски рассказывая о достоинствах своих на вид непритязательных открыток с грустными видами родной страны. Он сядет перед вами на землю в придорожном ресторанчике, будет хватать вас за ногу и предлагать почистить ботинки. Однажды вечером мы, устав от впечатлений, сидели на скамейке у озера Потерянного Меча, меланхолически глядели на Черепашью Башню, изредка обмениваясь междометиями, как вдруг у моих ног примостился очередной вьетнамец и недвусмысленно предложил почистить мне ботинки. "Shoeshine" - сказал он, предвещая долгий разговор. Мы величественными жестами приказали ему удалиться, но это не входило в его планы на вечер. Он ловко ухватил меня за ногу, когда я этого меньше всего ждал, и только мои вопли помешали ему нанести ущерб моей обуви - становилось понятно, что если бы он хотя бы начал чистить ее, ботинки невозможно было бы надеть больше никогда.

    Обычно требуется от 2 до 15 минут, чтобы избавиться от такого вьетнамца. Знание вьетнамских слов "нет" и "удались вон" поможет в 50% случаев. Но даже если нам удавалось без ущерба уйти из-под удара чистильщиков и продавцов уродливых открыток, удар поджидал нас в любом магазине, в любом кафе. Сдачу они давать очень не любят - вьетнамец считает, что все белые богатые, и что им такая чепуха, как один доллар, не нужна. Но, несмотря на действительно копеечные цены, мы бились за каждую 1000 донгов (около 2 руб.) и таки одерживали победы. Они пытаются обмануть вас в ресторане, написав в счете сумму на доллар больше, и без зазрения совести соглашаются, что были неправы. У них НИКОГДА нет мелочи для сдачи (этот трюк вообще широко распространен на востоке, включая арабские страны). Если в меню не написано цен, спросите их - в противном случае они выкатят вам счет на дикую сумму - как выкатили однажды нам в Дананге на целых 6 долларов за обед, и мы ничего не могли возразить. За каждую попытку припарковать наш мопед нам приходилось бороться с людьми, объявлявшими это место своей вотчиной, и требовавшими за стоянку 10000 донгов (20 руб.). Обычно торг в таких случаях заканчивался либо тысячей донгов, либо вообще нашим гордым отказом платить - нам ли привыкать, москвичам, отшивать парковщиков?

    Когда мы путешествовали на мопеде по сельской местности, вьетнамцы караулили нас в кустах и лианах и выпрыгивали каждый раз, чтобы взять денег за переезд через мост или переправу через ручей. Они бежали за нами, нечленораздельно крича по-своему, что деньги им необходимы. Но нам они были столь же необходимы, поэтому мы только злорадно гудели им и проносились мимо.

    После таких вот впечатлений мы прониклись к вьетнамцам подозрительностью и слабым раздражением. Мы не верили им. Мы в грубой форме и часто по-русски орали на них, если они приближались к нам на улице - они в изумлении останавливались. Самым частым из того, что я слышал от Людмилы в ходе поездок на нашем мопеде в Дананге и Хюэ, была фраза "дави их". Апофеоз нашей войны с вьетнамцами наступил во время переезда на микроавтобусе из Хюэ в Дананг вечером 8 января. Мало того, что нас заставили ждать около часа, всякий раз обещая, что вот-вот придет некий "big bus", так еще через час появился перед нами допотопный аппарат, который даже в бреду нельзя было назвать big bus - это был даже не mini-, а micro-bus. Однако вскоре оказалось, что вьетнамцы не разделяют нашего скептицизма по поводу данной модели - во всяком случае, пока один из них (водила) медленно объезжал улицы города, второй (приятель водилы), высунувшись из автобуса на 90% тела, приглашал каждого прохожего присоединиться к нам на пути в Дананг. Мы в течение многих минут ездили по Хюэ и собирали всех, кто хоть немного хотел попасть в Дананг. Даже если бы весь город сегодня собрался туда попасть, мы взяли бы всех. В результате автобус оказался забит пассажирами под завязку, за исключением нашей задней скамьи, куда мы пустили только хилого мальчика-вьетнамца. Мы были уже сильно раздражены и желали попасть в Дананг, но автобус встал на какой-то площади, и водила с приятелем явно принялись кого-то ждать. Любые попытки объясниться с ними были обречены на провал. В конце концов, когда наша ненависть дошла до точки кипения, водитель взгрузился на свое место и начал движение вперед. Так как при этом он высунулся в окно и глядел назад, Людмила получила возможность страшным голосом завопить по-русски: "Да поехали же наконец в Дананг!", что их страшно развеселило. Мальчик-вьетнамец сообщил присутствующим, что он говорит по-английски, после чего водила попросил его осведомиться у нас, куда мы собственно едем. - Where you go? - сказал мальчик-вьетнамец. - We are heading to Danang, hotel Mondial, - сообщил я, с трудом сдерживая желание самому сесть за руль, а водилу выкинуть в пропасть.

    Мальчик не понял. Я повторил фразу дважды. Он снова не понял. Он спросил: - Do you speak English? - I am speaking English, - очень ровно и громко сказал я. - Они не говорят по-английски, - сообщил мальчик по-вьетнамски водителю, и все успокоились.

    По пути нам встретилась компания людей с большими тюками, направлявшаяся в Дананг. Вьетнамцы всегда путешествуют с гигантскими тюками, потому что каждый из них что-нибудь продает. Несмотря на то, что автобус был полон настолько, что с трудом приводился в движение, водитель и его друг решили подобрать страждущих. При этом обоим было понятно, что если открыть дверь, то из нее вывалятся все остальные пассажиры, и обратно их уже не втиснешь. Поэтому в одно из окон на мальчика-вьетнамца были сброшены все тюки, а потом туда же - прямо на нас - полез вьетнамец, не подозревавший, что тут едем мы. В ту же секунду Людмила схватила его за голову и буквально выдавила обратно на улицу с душераздирающим криком "No!" Позже она объяснила, что она заплатила за эту поездку 3 доллара, для того чтобы сидеть с комфортом... (Полностью рассказ о Вьетнаме и путеводитель по стране можно увидеть на сайте http://tours.babaev.net).

    Кирилл Бабаев
    25/04/2002 12:35


    Мнение туристов может не совпадать с мнением редакции.
    Отзывы туристов, опубликованные на Travel.ru, могут быть полностью или частично использованы в других изданиях, но с обязательным указанием имени и контактов автора.

    Новости из Вьетнама

    25.08.17 Новые чартеры из Москвы и регионов во Вьетнам
    30.05.17 Россияне открывают для себя новые вьетнамские курорты
    17.05.17 Бесплатные экскурсии по Ханою предлагает турофис Вьетнама
    29.03.17 Ханой лишится уличной еды
    27.03.17 "Аэрофлот" продлил бесплатную перевозку снаряжения для дайвинга и серфинга в 3 страны
    13.02.17 В топ-3 направлений прошлого года у россиян - Абхазия, Таиланд и Грузия
    31.01.17 Ростуризм составил список стран, где можно заразиться лихорадкой Зика
    26.12.16 Vientam Airlines закроет маршрут Хошимин - Москва на лето
    14.12.16 Россияне стали реже выезжать за рубеж
    20.11.16 Кто кусает российских туристов на отдыхе?
    [an error occurred while processing this directive]