лучшее письмо месяца

    На Камчатке



    Пенза - Рузаевка - Москва - Елизово - Усть-Большерецк - Октябрьский - Озерновский - Паужетка - Озерновский - Октябрьский - Елизово - Раздольный - Пиначево - пер. Пиначевский - кордон Центральный (Налычевский природный парк) - Таловские источники - Аагские нарзаны - пер. Авачинский - Елизово - Мильково - Ключи - Усть-Камчатск - Ключи - Козыревск - Толбачик (база Ленинградская, конуса БТТИ) - Мильково - Малки - Елизово - Термальный - Мутновский вулкан - Горелый вулкан - Петрпавловск-Камчатский - Заозёрный - Халактырский пляж (Тихий океан) - Заозёрный - Петропавловск-Камчатский - Елизово - Начики - Елизово - Москва - Рязань - Шацк - Пенза.

    Побывать на Камчатке мне хотелось давно, но получилось это у меня только этим летом. Добраться туда оказалось делом довольно дорогостоящим. Билет на самолёт я решил покупать ещё в феврале, только в один конец и через инет. Но всё оказалось не так-то просто. Когда я хотел оплатить покупку своей пластиковой картой VISA electron на сайте Аэрофлота, то меня ждал сюрприз. Сбербанк ввёл какое-то новшество на этот вид карт, благодаря которому оплатить через сеть что-либо стало практически невозможно. И не смотря на то, что при оформлении карты я указывал свой номер телефона и электронный адрес, никто даже и не подумал предупредить меня об этом. В общем, Сбербанк оказался гниловатой конторой, но дальше было ещё интересней. Надо было срочно оформлять себе новую карту, по которой можно было бы оплатить любые услуги через сеть. Этим требованиям у Сбербанка соответствовали VISA classic и MasterCard. Тут тоже не всё прошло так гладко как у них в рекламе. Делали мне эту карту целый месяц, хотя обещали две недели. А когда я всё-таки получил MasterCard, то пришлось ещё ждать сутки, чтобы деньги дошли на мой счёт. В итоге, билет подорожал за всё это время с 7500р. до 10200р. Можно было бы купить в кассе, но в нашем городе слишком большие накрутки, да и хотелось попробовать оформить электронный билет. Так что следует учесть все эти обстоятельства заранее.

    Вылет был 23 июня. До Москвы добирался из Рузаевки на поезде, в сидячем вагоне, так как на наши пензенские поезда были только плацкартные места. До станции отправления ехал стопом. До развилки на Нижний Новгород доехал на рейсовом рамзайском автобусе рублей за 20. Дальше взяли вахтовики на "девятке" до самой Рузаевки. Меня оставили на въезде, так как они ехали на Нижний. До отправления поезда оставалось ещё шесть часов, надо было как-то "убить" это время. Делал я это в посадках тополей около трасы. До рузаевского вокзала идти около 40 минут. Местные жители удивили меня своей отзывчивостью и доброжелательностью. Здание Рузаевского вокзала находится как бы на островке, окруженным железнодорожными путями. Подъехать на машине к нему нельзя, только пешком по переходу. Было очень жарко, и когда загрузились в поезд, то дышать там было просто невозможно. За моей спиной ехала компания молодых парней-татар. Они открыли окно настолько, насколько оно позволило это сделать, но весь ветер приходился мне в спину, а им ничего не доставалось. Сначала было вроде ничего, но когда наступила ночь, воздух стал прохладным. Я думал, что они догадаются закрыть окно, или хотя бы прикрыть, но, судя по их разговорам, интеллект у них был на довольно низком уровне, и эта мысль в их голову прийти просто не могла. Пришлось подсказать. Это помогло, но не надолго. Через некоторое время они опять открыли окно, хотя в вагоне стало уже прохладно. В общем, повезло мне с этими соседями. Я уже пожалел, что не поехал стопом.

    В Москве я был в пять утра, а самолёт был только в 21.15. Надо было придумать, чем занять свой день. Кстати, метро открывается только в 5.30. Станция метро Комсомольская находится на "площади трёх вокзалов", а к этому времени приходит очень много поездов со всей страны, и билетов на проезд в метро у большинства нет. Поэтому приходится выстоять длиннющую очередь. Та, в которой стоял я, была в три потока. Зачем продают билеты на провоз багажа, я не понял, стоят они столько же, но какой в них смысл? Дальше было четыре круга по кольцевой линии, в среднем круг проезжается за 30-40 минут. Пока катался, наблюдал за людьми. Были довольно интересные персонажи. Напротив меня спала девушка, причём делала это от души. Когда я зашёл, она уже была там, а когда вышел, то она там ещё оставалась.

    Доехав до Планерной, я решил попробовать пройти пешком до самого Шереметьево 3 (терминала D) это ещё бы немного сократило время ожидания рейса. До Ленинградского шоссе дошел нормально, по тротуару, а вот дальше идти было довольно неудобно. Обочины там местами нет, а где есть, то это пыль и камни. Идти, в общем-то, не сложно, но вот из-за жары и тяжёлого рюкзака дело это довольно неприятное. Если вычесть время моих перекуров, то чистого ходового времени от Планерной до Шереметьево 3 где-то два часа сорок минут.

    Остаток времени я провёл в посадках около дач, недалеко от здания администрации аэропорта. Подход к Терминалу D оказалось найти не так-то просто, много непонятных развязок. Это был мой первый полёт, поэтому с чего начинать я не знал. Пришлось всё спрашивать у работников аэропорта. Упаковывал я свой рюкзак сам. Ещё до поездки я слышал от тех, кто летал на самолётах о "зверском" обращении с багажом. Поэтому я заранее сшил на рюкзак чехол, он был как бы и от дождя и от аэропортовых грузчиков.

    Сдав багаж и получив посадочный талон, я пошёл искать, где можно купить воды. В Шереметьевском магазинчике цены были просто запредельные. Полторалитровая бутылка минеральной воды здесь стоила 80 рублей. Подумав, я решил попробовать поспрашивать у служащих аэропорта, где есть тут дешёвые магазинчики. Работники парковки показали пару мест. Одно оказалось на стройке, в вагончике с надписью "Склад". Там узбек торговал фруктами, крупами и минералкой для работающих там же соотечественников и их коллег. Здесь полторалитровая бутылка обошлась мне всего за 25 рублей.

    Когда времени уже оставалось меньше двух часов, я пошёл в зал отлёта. Пришлось пройти проверку вещей, которые я не стал оставлять в рюкзаке. Это фотоаппарат, объектив, плёнки и прочая мелочь. Пакет с вещами пропустили через "телевизор". За плёнки можно не переживать, они не засвечиваются. Кстати, норма провоза багажа была 30 кг и в салон можно взять ещё 10 кг. Когда объявили посадку, то пришлось подождать минут 20, рейс задерживали по непонятной причине. Самолёт был толи Боинг, толи Аеробус. Лететь около восьми часов, за это время два раза кормили. Еда, конечно, не очень, но всё равно хоть что-то. На экране телевизора время от времени показывали маршрут самолёта. Он проходит через север и Магадан, поэтому ночь так и не наступила. Внизу всё время были облака, временами самолёт слегка потряхивало. Прилетели на час раньше, чем было написано в билете. Багаж ждали около 20 минут. С моим рюкзаком было всё в порядке, а вот у чьего-то чемодана оторвались колёса и они отдельно кружились по багажной ленте.

    Из-за низких облаков вулканы были не видны. Погода была ветреная и прохладная.

    От аэропорта до центра Елизова (ударение на первый слог), можно доехать на автобусе, маршрутке или дойти пешком за сорок минут. До Петропавловска (местные его называют просто город или Питер) на таких же видах транспорта. Цены на это направление следующие: на автобусе с меня взяли 40р. и за рюкзак ещё 20р, на маршрутке стоит 30р., за багаж деньги не берут. Если ехать с Елизово, то Петропавловск начинается на 10 км. До этого идут разные мелкие деревушки и пригород. Местное население часто ориентируется на километры, например, на 24 км или на 18 км. Автобусы идущие с Елизово в город, через аэропорт доезжают до КП (Комсомольская площадь), а маршрутки только до 10 км. По Петропавловску проезд стоит 14 р., за багаж никто не платит. Из аэропорта я поехал в город за газовыми баллонами для горелки. Доехал до магазина "Старт" около остановки четвёртый километр. Рядом строится большая православная церковь. Магазин расположен на первом этаже жилого дома и с наружи кажется не работающим из-за своей обшарпанности, но внутри всё очень даже цивильно. Есть многое для туризма и отдыха на природе. Я купил два баллона по 450г. и репеллент от комаров. Обратно доехал на городском автобусе до 10км, а дальше на маршрутке до Елизово. Баллоны можно купить и на рынке около КП, но там, в основном, с цанговым креплением и по 210г. но стоят всего 50р.

    Когда приехал в Елизово, то не знал, куда поехать сначала. Решил идти на выезд, а там по обстоятельствам. На выезд от автовокзала идти минут пятнадцать по улице Ленина, которая плавно переходит в трасу на Мильково. Но тогда я этого ещё не знал и пошёл по параллельной улице и стал стопить недалеко от автовокзала.

    Машины на Камчатке процентов на 95 это иномарки, а из них процентов 70 это джипы, потому что местное население часто выбирается на природу, да и дорог нормальных на полуострове практически нет.

    Пришлось постоять. Большинство водителей реагировало на моё присутствие на трасе. Только здесь я слышал пару предложений доехать за деньги, но это были таксисты. После этого, нигде на Камчатке, я не слышал просьбы платы за проезд. Везде брали бесплатно, естественно кроме рейсового транспорта. Такого на материке нигде, наверное, нет.

    Мне остановил парень, который просто катался, развеивая своё плохое настроение. Он был военнослужащим и плохо знал местность. Поэтому на выезде из Елизово он свернул направо, а не на лево, как надо было, в результате чего сделали круг по объездной и вернулись обратно. Вторая попытка оказалась правильной. Уже, проехав Коряки, он заметил, что у него кончается бензин и на обратную дорогу ему может не хватить, поэтому он оставил меня где-то на трасе, а сам поехал назад. Стоял я не долго. Меня взял водитель мини грузовичка, ехавший в Усть-Большерецк. По пути заехали в Сокоч. Здесь останавливаются почти все проезжающие машины. Там есть кафешки и продают пирожки, самые дешёвые по 50р. Тут надо сказать о ценах на Камчатке. Там дорого всё! Даже после Москвы меня поразили тамошние цены. Дёшевы только японские машины.

    Когда поехали дальше, то мне надо было определиться, какое направление выбрать. Поразмыслив, я решил ехать до Усть-Большерецка и дальше попробовать добраться до Озерновского. Тем более водитель сказал, что в сезон, когда идёт рыба, туда бывают машины и работают переправы. Погода была пасмурная и на всём протяжении пути видно было только ближайшие невысокие сопки покрытые лесом. Асфальт в направлении на Усть-Большерецк кончился сразу за развилкой на Мильково. Началась широкая и ужасно пыльная щебневая грунтовка. Но ехали со скоростью около 90 км/ч. В этом направлении идёт много фур, которые возят рыбу из Октябрьского, а туда топливо и стройматериалы. Встречаются даже "американцы". Все посёлки остаются в стороне от трасы, большинство из них доживает последние дни. Если в советские времена здесь были огромные колхозы, выращивали скотину, было своё молоко, то теперь остались только воспоминания и заросшие высокой травой развалины. А в сочетании с пасмурной погодой всё это производило довольно мрачное впечатление. Когда подъезжали к конечному пункту, водитель оставил номер телефона и сказал, позвонить, если не получится с ночевкой в палатке.

    Усть-Большерецк находится несколько в стороне от трасы. Через него протекает река Большая, около моста через которую я и остался ночевать.

    Ночью начался дождь, утром он всё ещё продолжал идти. Выходить на трасу очень не хотелось. Но это надо было сделать. Собрав палатку и одев дождевик, я побрёл на развилку. Стоял недолго. Недалеко от меня стоял ещё один парень, видимо, местный. Подъехала машина, взяли и его и меня. Когда дорога выходит на берег, то идёт по местами насыпной песчаной косе, между Охотским морем и руслом реки Большой. В сильные шторма её может перемыть, и тогда, население Октябрьского остаётся отрезанным от цивилизации на неопределённое время. Хорошая погода в этих местах бывает редко. Под не кончающимся дождём доехали до Октябрьского. Впечатление он производит ужасное. Кажется, что здесь недавно была война, и город ещё не восстановили. Маленькие деревянные домики почти вросли в песок, а сверху их покрывает толстый слои дорожной грязи и пыли. Квартирные дома очень облезлые и обшарпанные, даже не верится, что там ещё кто-то живёт. На берегу стоят полуразрушенные нежилые здания с выбитыми окнами. На пляже из чёрного песка свалены кучи металлолома из ржавых катеров, тракторов и разной арматуры. Этими завалами укрепляют берег, так как пару улиц море уже "съело". Вспомнилась фраза из когда-то прочитанной книги: "Иногда приходило в голову, что в аду нет ни огня, ни котлов с кипящей смолой - только дюны, серая пелена вместо неба, серое море, серый воздух и Вечность." На выезде из Октябрьского есть рыбозавод, где работает население посёлка. Здесь я и остался ждать следующую попутку. Дальше по косе есть ещё несколько рыбозаводов и множество рыбацких домиков, так что уехать дальше вполне реально. А в путину вообще без проблем. Но тогда рыба ещё не начала идти, поэтому машин было мало. Ехали в основном для того, чтобы подготовиться к началу путины. Завести сети, оборудование и прочее. Меня взял житель Октябрьского, ехавший на работу. Но так как время у него ещё было, он решил подвезти меня лишние километров двадцать и самому посмотреть какая дальше дорога. По его словам, в 90-х годах тут было ещё хуже. Отопления не было и в каждой квартире стояла буржуйка, а воду таскали из реки вёдрами. А сейчас всё нормально и работа появилась на рыбозаводах. Но самое интересное, что ему нравится здесь жить и климат такой тоже устраивает. Я сказал ему, что он ну ооочень большой оптимист.

    Дорога по косе это просто песчаная грунтовка, чем дальше, тем менее укатанная. Местами на берегу реки и моря лежал ещё не растаявший снег. Мне нужна была переправа через реку Большая, которую мы и пытались найти. После нескольких неудачных попыток она всё-таки нашлась в виде двух ПТС стоявших на берегу. Оставив меня, водитель поехал обратно на рыбозавод, а я пошёл к паромщикам. Дул сильный ветер и была мелкая изморось. Когда подошёл, то увидел, что они заняты ремонтом. Я спросил, как часто бывают машины. Мне ответили, что может и вообще не быть сегодня, поэтому чтобы не мёрзнуть зря, посоветовали идти в их вагончик. Через некоторое время в вагончик зашёл один из паромщиков и показал как и где вскипятить чай. Ближе к обеду, когда чуть прояснилось, я пошёл на берег Охотского моря. Идти предстояло через гнездовья чаек. Птицы кружили над моей головой и сильно кричали. Берег моря из чёрного вулканического песка, а вода настолько холодная, что ноги у меня сразу онемели. Так что купаться я передумал. В этот день машин так и не было. А ближе к вечеру в вагончик пришли и оба паромщика. Они были военнослужащими, а сейчас находились в отпуске и здесь подрабатывали. Постарше, был с Украины звали его, по-моему, Алексей Павлович или просто Палыч, а второй мой ровесник, был с Омска, звали его Иван. Люди они оказались хорошие и интересные, рассказали про жизнь на Камчатке. Жили они в Петропавловске. Для машин переправа платная 5000р. за рейс. Немного ближе к Октябрьскому была ещё одна переправа. Там была какая-то танковозка, кроме того, что она была дороже, она была и более неудобной для джипов, но большей грузоподъёмностью, чем ПТС. Ближе к вечеру небо немного прояснилось, и я увидел вулкан Опалу в закатном свете. Для меня принесли в вагончик "гостевую дверь" и положили её на деревянные чурбачки, получились нары. Вода у паромщиков привозная, из реки они не пьют, так как она тут солённая из-за близости моря и постоянного перемешивания вызванного приливами и отливами. В вагончике был даже календарь приливов и отливов. Когда прибывает вода очень заметно, река начинает течь в другую сторону. Сотовая связь здесь ещё была. Самая распространенная связь на Камчатке это МТС, но у меня был Мегафон, который тоже нормально принимал почти везде, в том числе и здесь. От Октябрьского до Озерновского по реке Большой, а потом по Охотскому морю ходят МРС (малый рыболовецкий сейнер), небольшой такой катерок, специально оборудованный под рыбалку. На следующее утро подъехал джип, но меня не взяли, не было места. Я пошёл на берег моря, прогуляться. В это время подъехала ещё одна машина, и я возвращался уже бегом. Меня согласились подвезти. Второпях я забыл сгущёнку и лапшу доширак, которые дали мне паромщики. Переправляться на российской военной технике очень нравится иностранцам. Есть в тех местах и вездеходы, которые едут прямо из Озерновского и переправляются сами через все реки, но это платный вид транспорта. По другому берегу дорога была не намного лучше. А обозначенный на карте посёлок Большерецкий уже не существует. Остались только скелеты домов и каких-то ангаров. Там только в одной избушке живёт дед, у которого есть даже баня. Кстати из растительности в тех местах только трава, ни кустов, ни деревьев там нет. Это прибрежная тундра.

    Пока ехали, меня укачало. Может это доширак так плохо лёг, а может из-за мягкого хода джипа по волнам дороги. Конечной точкой был рыбозавод недалеко от устья реки Опалы. Там была ещё одна переправа. Со стороны Озерновского должен был прийти Урал с туристами, а водитель джипа, на котором я ехал, должен был их встретить. Со стороны Озерновского до этой переправы могли доехать только Уралы, так как по пути был ещё один серьезный брод и два простых. Чуть дальше рыбозавода была небольшая рыболовецкая база, от неё ходила лодка, перевозящая людей через Опалу. Чуть позже сюда должны были пригнать баржу, чтобы можно было перевозить транспорт, но её никак не могли стащить с мели в Октябрьском. Когда время подошло, то мы поехали к рыболовецкой базе, чтобы переправиться через Опалу. На противоположном берегу уже стоял Урал. Несмотря на узкое устье, глубина Опалы была значительная, да и течение не слабое, так как здесь сливаясь впадают в море сразу две реки Опала и Голыгина. Лодки здесь тоже специальные рыболовецкие. В устье реки плескалась нерпа. Проплывали в нескольких метрах от этих животных, а они почти и не боялись. Лодку сильно сносило течением, чувствовалась его сила. Туристы приехали в кузове Урала, так как их было человек шесть. Я остался на берегу, а они загрузились в лодку и поплыли в обратную сторону. Вместе со мной передали канистры с какой-то водой и ещё какую-то мелочь. Назад ехало только двое: водитель и его друг, так что я уместился в кабине, а вот рюкзак поехал в кузове.

    Сначала ехали по глубокому песку, потом выехали на колею и дело пошло быстрее. Доехали до следующей реки под названием Кошегочек. На другом берегу стоял ещё один рыбозавод. В этом районе большую роль играют приливы и отливы. По малой воде переезжать реки намного проще. Кошегочек мелкая река по большей части, только около одного берега глубина около метра. Уралы проезжают сами, а джипы перетаскивают Уралами. Заехали в гости, так как водитель был с основного рыбозавода в Озерновском, а здесь был филиал. Нас всех накормили обедом. Я попробовал жаренную свежевыловленную камбалу и треску (по-моему), с нашей перемороженной даже не стоит и сравнивать. Кстати, тут всю морскую рыбу называют белорыбицей, так как лососевые это красная рыба.

    Между Опалой и Кошегочеком не встретилось ни души, даже развалин никаких не было. На всём охотском побережье медвежьи места, они тут хозяева. По дороге было много следов, но самих их видно не было.

    После обеда поехали дальше. Здесь уже более оживлённые места, так как сюда можно доехать на джипах из Озерновского. Чуть дальше рыбозавода есть небольшая база рыбаков. Из-за низких облаков видимость была плохая. Окружающий пейзаж представлял собой тундру с руслами рек и озёрами. Встретилась небольшая группа одичавших лошадей, которые там хорошо прижились. После прилива, от разлившейся реки остались лужи, в которых кишила мелкая рыбёшка. Водитель специально остановился, чтобы показать мне это. Выловили руками маленьких гольцов и пятнистую фарельку. Реки 1-ая и 2-ая Явина неглубокие и на джипе переехать их можно без проблем. Поэтому начали попадаться едущие навстречу редкие машины. Когда подъехали к Озерновскому, то сначала въехали в Запорожье, расположенное на правом берегу реки Озерной. Потом, проехав по мосту, попадаешь в Озерновский. Река Озерная широкая, глубокая и чистая. Местная нерка считается самой лучшей на Камчатке. Меня оставили недалеко от пекарни, где находились разные магазинчики. Сам посёлок выглядит довольно опрятно, несмотря на туман и дождь. Видно, что за его внешним видом следят.

    Я хотел добраться до Сивучинских горячих источников, но по такой плохой погоде было бессмысленно, и я решил съездить в Паужетку. У проходившего местного озерновца я спросил, как туда добраться. Он был в лёгком подпитии и решил вывести меня на верный путь. Пришлось нам возвращаться через мост в Запорожье, откуда уходила дорога на Паужетку. На выезде стоять долго не пришлось. Меня взяли супруги, ехавшие на ферму недалеко от посёлка. Но, узнав, что я с материка и первый раз здесь, решили устроить мне экскурсию и довезти до самой Паужетки. По пути есть горячие источники на противоположном берегу Озерной, пар от них видно с дороги. Но говорят, что их загадили работники рыбозаводов, и я туда решил не ходить. Доехали до Паужетки. Меня провезли мимо местной Геотермальной электростанции, до большого термального поля. Показали кипящие грязевые котлы.

    На обратном пути я попросил меня оставить около сейсмостанции, где мне посоветовал остановиться один, встреченный ранее парень. Подвёзшая меня семейная пара отправилась в обратный путь, а я решил попробовать зайти в гости. Особых надежд я не питал, но попробовать всё-таки решился. Дверь открыла женщина лет пятидесяти. Она очень удивилась моему приходу. Но сразу прогонять не стала. Пригласила войти и рассказать о себе кто я и куда направляюсь. Мы разговорились, она поставила чай. В общем, она разрешила мне переночевать на втором этаже являющемся ещё и чердаком. Зовут её, по-моему, Наталья Арсеньевна, она живёт на этой станции и следит за приборами и отправляет по инету отчёты. В огороде у неё оказался термальный бассейн, построенный ещё основателями этой сейсмостанции. Она разрешила в нём искупаться. Когда смотрел информацию в сети про Камчатку, то нашёл интересный природный объект – белые водопады. Находятся они где-то в районе Кошелевского вулкана. Я решил узнать у Натальи Арсеньевны, что-нибудь про них. Оказывается, про эти водопады знают многие местные жители, а некоторые за деньги водят туда группы туристов. С одной такой женщиной-проводником, меня обещали познакомить.

    На следующий день Наталья Арсеньевна отвела меня в теплицу к Татьяне, которая хорошо знала эти места, она обошла почти все местные достопримечательности. В Паужетке у многих есть теплицы, отапливаемые горячей водой из скважин. Выращивают тут розы, виноград и даже арбузы. По просьбе Натальи Арсеньевны, Татьяна обещала объяснить мне, как добрать до водопадов. Утром по огороду ходил медведь, мне показали его следы на грядках. Татьяна провела меня в свою квартиру и на ноутбуке показала фотографии этих водопадов и приблизительно объяснила маршрут. Сразу за посёлком предстояло пересечь вброд Паужетку. Место положение брода, Татьяна обещала показать после обеда, так как у неё были какие-то срочные дела. Я вернулся на сейсмостанцию. Сотовой связи в посёлке нет, но есть обычный телефон. От Паужетки ещё можно сходить на Курильское озеро, на Кутхины баты или подняться на Кошелевский и Комбальный вулканы. Где-то около трёх часов за мной пришла Татьяна с группой поддержки из парней казанских татар. Они здесь по контракту строили новую геотермальную станцию. В Паужетке очень много дорог, всё как-то слишком запутанно, а высокая облачность и местные "джунгли" мешали ориентироваться на местности. Через реку можно перебраться в двух местах. Первое это по натянутым тросам, но оттуда надо идти через заросли по берегу реки до следующей переправы, а это не так уж и близко. Второе место представляет собой, когда-то сделанный брод для Уралов. На дне была бетонная плита, а может, это просто залили цементом дно. Ширина её около сорока сантиметров и она идёт по дну чуть ли не до противоположного берега. Здесь река была очень бурная, тем более дожди в горах этому только способствовали. Я решил подстраховаться верёвкой. За один конец привязался сам, а второй отдал оставшимся на берегу, чтобы следили за мной. Переправился с первого раза, но было реально страшно, так как река была очень бурная, а глубина чуть ли мне не по пояс. Ширина реки около 18 метров, как раз хватило моей верёвки. Народ, убедившись, что со мной всё в порядке, пошёл назад в посёлок, а я стал искать ориентиры про которые мне говорила Татьяна. Здесь были мощные заросли ольхового стланика и шеломайника. К тому же, кругом было полно медвежьих следов. Ориентироваться в этих джунглях было очень сложно, а из-за облаков не видно было окружающих вершин. Я тупо бродил кругами. Уже приближался вечер, а ночевать в этих медвежьих местах очень не хотелось. Я решил возвращаться назад.

    Когда подошёл к броду, то стал думать, как его перейти в одиночку. Нашёл корягу, закрепил её в камнях. Затем привязал за неё один конец верёвки и пошёл вброд страхуясь другим. Переправился благополучно. Там привязал остававшийся свободным конец верёвки за большой валун и пошёл назад за рюкзаком. За две ходки от холодной воды ноги стали неметь. Когда вернулся к рюкзаку, верёвка провисла, и поднять её из воды было невозможно из-за сильного течения. В конце концов, корягу вырвало из камней и я остался без страховки. Но верёвка осталась привязанной на другом берегу. Всё было зря. Вот теперь мне стало реально страшно, так как права на ошибку у меня не было. Если река меня смоет, то, я навряд ли выберусь из неё на берег. Хотя можно было бы дойти до тросов, но я решил рискнуть. Собрался с духом, вспомнил Бога и пошёл. Хорошо, что у меня на ногах были сандалии. Шёл мелкими шагами, но из-за того, что вода была ледяная, ноги быстро немели, тем более, я уже сходил два раза через реку. Адреналина было через край! Но я дошёл! Рядом было небольшое термальное поле, и я решил погреть ноги в тёплой луже. Назад в Паужетку я дошёл по нашим же следам. Но уже в посёлке плутанул в пару местах. Жителей видно не было, и спросить было не у кого. Придя на сейсмостанцию, я отправился в термальный бассейн. Решил завтра отчаливать в обратный путь в Елизово. Да и злоупотреблять гостеприимством Натальи Арсеньевны не хотелось. Тем более, я узнал, что на следующее утро Татьяна собиралась в Озерновский, а улучшений в погоде не предвиделось.

    Утром поехали в Озерновский. В дорогу Наталья Арсеньевна дала мне вяленную камбалу и корюшку. Когда сел в джип к Татьяне, то решил узнать у неё расценки за услуги проводника. За день они берут 3000р. не зависимо от маршрута. До водопадов можно сходить налегке за день, но это по хорошей погоде. По плохой могут и вообще отказаться. Расстались мы около моста в Запорожье. Я пошёл ждать попутку на выезд из села.

    Погода в Озерновском была ещё хуже чем в Паужетке, которая здесь считается оазисом. Было промозгло, с моря, которое было не видно, несло туман и мелкую изморось. Пришлось доставать дождевик. Мимо катались в карьер Уралы. Был и мой знакомый водитель. Проезжали ещё камазы с рыбьими отходами на свалку. В общем, далеко не ехал никто. Только один джип ехал до реки Явина, но это было для меня бессмысленно. Подъехал один парень на джипе и посоветовал попробовать добраться до Октябрьского на МРСе, который выходит вечером из Озерновского порта. Есть вариант улететь самолётом, но из-за погоды это можно сделать не так часто, да и цены для местных 5000р., а для остальных 9000р. Простояв до трёх часов дня, я решил попробовать вариант с МРС. Озерновский порт находится на РКЗ-55. Идти до него нужно через весь посёлок, по главной улице, которая упирается в его ворота. Озерновский напоминал Silent hill. Всё было в тумане, стелившимся полосами по улице, дома казались мрачными, под ногами хрустела серая грунтовка, а люди выглядели безликими тенями. На проходной РКЗ-55 добрые тётки разрешили пройти на его территорию и поискать попутный МРС. В порту тумана не было, все корабли было отчётливо видно, но за ними видимость резко обрывалась, и, что там дальше было не понятно, тем более вода была гладкая как стекло. МРС, идущий в Октябрьский нашёлся быстро. Рядом с "баркасом" на причале сидела его команда, но капитана не было, он должен был прийти около семи вечера. Меня расспросили, откуда я и куда дальше. Народ оказался общительный, не сомневались, что капитан меня возьмёт, и поэтому провели в каюту и выделили койку. Но всё оказалось не так просто. Позвонили капитану, объяснили ситуацию, а он, видимо, не хотел брать "левого" человека и сослался на начальника порта, т.е. если он разрешит то можно. Пришлось идти за разрешением. Естественно начальник порта мне отказал, так как пассажиры на рыболовецких судах запрещены. Я забрал вещи и пошёл на выезд, где простоял целый день.

    По пути решил заглянуть в магазин, купить что-нибудь. Но цены там были ещё больше чем в Петропавловске. Например, баранки, которые в Пензе стоят 25р., на севере стоят 40р., здесь лежали за 120р.! От покупок пришлось отказаться. Ночевал я в палатке недалеко от выезда. Польза от похода на РКЗ-55 была в том, что наконец-то я там согрелся, а то за весь день на ветре и в холодном тумане промёрз до костей, особенно ноги. За день я протоптал двадцатиметровую колею вдоль дороги.

    Следующее утро было таким же туманным и промозглым. Я решил дождаться едущий в карьер Урал и доехать с ним до развилки. Ехать оказалось меньше километра. Но, буквально, как только я занял позицию в нужном направлении, показался ещё один Урал и он поворачивал в мою сторону. Как же я был счастлив. Меня взяли до самой Опалы, но ехать предстояло в кузове. Я сразу же перелез через борт, и мы "понеслись".

    Давно я мечтал проехать вот так стоя в кузове и на большое расстояние. Но из-за холодного ветра периодически приходилось нырять за высокий борт и согреваться. Когда подъехали к Опале, то увидевшие Урал рыбаки направили к нам лодку. В кабине ехал начальник Озерновского ГАИ. Он пару раз в месяц приезжает туда, чтобы разгрести накопившиеся дела. Обычно он добирается на самолётах, но из-за плохой погоды уже второй день не мог улететь, поэтому взял Урал в РКЗ-55, и поехал на нём. Со стороны Усть-Большерецка за ним должна была прийти машина. Я попросился в попутчики до переправы через реку Большую. Хотел отдохнуть у знакомых паромщиков.

    Пока ждали машину, я наблюдал за тем, как рыбаки ловят идущую на нерест рыбу. За один заход они вытащили где-то полтонны, но это считается мало. Рыбу сваливают в мешок и краном поднимают в кузов ЗИЛа, который потом едет в Октябрьский.

    Со стороны Озерновской пришёл ещё один Урал с иностранными туристами. Машина для них уже стояла около рыбацких домиков, но места там не было. Вообще машины с иностранными туристами редко берут попутчиков.

    За гаишником приехал его друг начальник ГАИ Усть-Большерецкого района. Меня он согласился взять до переправы. Со мной на заднем сиденье сидела лайка с разноцветными глазами. Местное население очень часто берет с собой в машину собак, самая распространенная порода это лайки. Пока ехали, увидели лисицу. Остановились, чтобы разглядеть получше. Лиса не боялась нас, даже, несмотря на лай собаки, она остановилась и с интересом смотрела в нашу сторону. По дороге было много медвежьих следов. Когда переправились через реку Большую, то я остался у паромщиков, которые опять ковырялись во втором ПТСе.

    Пока бродил около вагончика, увидел горностая, нырнувшего в щель между брёвен поленницы. Потом он ещё пару раз выглядывал посмотреть на меня. Эти места рай для зоологов, животные почти не бояться людей и подходят очень близко. В этот раз, когда я пошёл на берег моря, меня обгадили чайки. Здесь погода была уже сухая, временами даже выглядывало солнце.

    На следующее утро, взяв с собой подаренные паромщиками банку сгущёнки, тушенки, буханку хлеба и пару пачек доширака, я пошёл по дороге в направлении на Октябрьский. Дошёл до соседней переправы и стал там ждать попутку. От рыбацких домиков, расположенных на берегу моря, недалеко от места, где я стоял, отъехал джип и направился в мою сторону. Водитель взял меня до Усть-Большерецка. Когда отъехали километров пять, навстречу попался его знакомый. Они о чём-то поговорили, и мы, свернув с дороги, заехали в один, из множества рыбацких домиков на берегу Охотского моря. Там в кузов джипа загрузили мешки с сетями, и мы поехали в обратную сторону. Вернулись туда, откуда приехали, всё выгрузили и чтобы быстрее доехать в Усть-Большерецк, поехали по прибрежной полосе прямо по пляжу. Был как раз отлив. По дороге ехать быстро не получается из-за её волнистости. В динамиках играл рок, а машина неслась на большой скорости по широкому чёрному пляжу, чуть ли не касаясь воды. Это был запоминающийся момент. Заехали в Октябрьский, водитель купил минералки и бананов, угостил ими меня. Потом он позвонил кому-то по телефону, и оказалось, что теперь мы едем до Сокочей. В процессе разговора выяснилось, что у водителя нет ни прав, ни документов на машину. А где-то за Усть-Большерецком нас остановили гаишники. Водитель довольно правдоподобно сыграл роль забывшего документы человека, даже попросил меня заглянуть в бардачок. После непродолжительной беседы в машине гаишников, он вернулся, и мы поехали дальше. Отдал он в качестве штрафа 100р.

    Расстались мы в Сокоче. Я пошёл на край поселка, чтобы иметь возможность уехать с местными жителями, едущими в город. Так и получилось. Взяли меня ехавшие в Елизово работники образования на "буханке".

    На Камчатке российские машины в основном у государственных организаций, у остальных же иномарки.

    В этот раз погода здесь была солнечная и жаркая, пришлось даже раздеваться. И окружающий пейзаж радовал глаз. Зелённые сопки с ещё не полностью растаявшими снежниками и местами интересные скалистые вершины.

    В Елизово я ехал за фальшфейером. Если раньше медведи мне казались далёкими и нереальными, то после поездки в Озерновский я стал относиться к возможной с ними встрече намного серьёзнее. В Елизово я купил парочку факелов в охотничьем магазине.

    Дальше решил попробовать добраться в Налычевский природный парк. На автостанции сел на автобус в Раздольный и за 20р. доехал до развилки. Точнее там основная дорога делилась на три направления. Автобус повернул направо, где по старой генштабовской карте находилось село Кеткино. Я немного задумался. На развилке была заправка, где мне показали нужное направление на Пиначево, это была центральная дорога, влево был поворот на старый Раздольный. Дальше ехал стопом. Сначала на камазе, до развилки на карьер, потом на Жигулях до поворота на местную базу отдыха "Озерки", с горячими источниками, и оттуда до Пиначево доехал на иномарке. У самого въезда в посёлок, влево стоит указатель на туристическую тропу в Налычевский природный парк. Свернув на неё, я вышел к нескольким деревянным домам, но там никого не было. Пройдя чуть дальше, я вышел к кордону парка. Там меня записали в тетрадь и разрешили переночевать на их территории обнесённой деревянным забором. Егерь предложил кипяток из электрочайника, чтобы не тратить газ для горелки. Потом пообщались с ним на разные темы. Вода там берётся из родников, недалеко от кордона.

    Утром шёл дождь, но идти всё равно было надо. Подождав пару часов, пока более менее развеялось, я отправился в путь. Тропы в Налычевском парке очень хорошо протоптаны многими поколениями туристов. По пути есть домики и костровища, где можно остановиться на привал или на ночёвку. Также через каждые пять километров стоят столбики с числом пройденного расстояния. Начинается тропа от вырезанных из дерева ворот, с плакатом возможных маршрутов, километражем и указанием всех остановочных пунктов. До центрального кордона парка 40 км и перевал Пиначевский, идти два дня.

    Егерь проводил меня около километра, так как шёл прочистить русло родника, и ему было по пути. В парке много медведей, поэтому он посоветовал мне шуметь, чтобы не столкнуться со зверем на тропе. Лучше всего использовать звук металла, так как его издаёт только человек. Шум предупреждает медведя, и он обычно уходит в сторону. Самое главное правило это не убегать от него и не смотреть в глаза, так как это считается вызовом. Если попадутся медвежата, то надо срочно уходить, так как рядом их мать. Хуже всего оказаться между ней и её детьми.

    Сначала я пробовал кричать, но это сбивает дыхание при ходьбе. Тогда я достал железную кружку, привязал её на пояс и стал стучать по ней ложкой. Звук получался звонкий и громкий. Тропа идёт по камчатским джунглям, петляя по сопкам, и пересекает множество ручьёв и мелких речушек, через большинство есть мостики или перекинуты брёвна. Не прошёл я и пяти километров, как начался дождь. В лесу это ещё ничего, но когда спустился с сопки в заболоченную низину с зарослями шеломайника, то тут начался полный атас. Я вымок весь. В ботинках хлюпала вода, одежда висела мокрыми тряпками. Чтобы промокнуть в камчатских джунглях во время дождя достаточно пройти всего метров десять и одежду можно выжимать. Этого я не учёл когда собирался сюда. Как я ругался на дождь и шеломайник, слышали все медведи в округе.

    Первый пункт это костровище километров в пятнадцати от пиначевского кордона. Там просто навес. До первых домиков на Семёновском кордоне ещё пять километров. Когда я туда добрался, то сухого на мне не осталось ничего. На кордоне два домика и навес для костра. Постоянных обитателей там нет, только проходящие туристы. Я попробовал войти в первый на моём пути домик, но на двери был замок. Тогда я поднялся на чердак по поставленной рядом лестнице. Дверь оказалась открытой, а внутри довольно уютно и были хорошие нары. Я решил заночевать здесь и попробовать просушиться хоть немного.

    Не успел я развесить сырые вещи, как из зарослей появились люди на лошадях. Две девушки и мужчина. Они подъехали к домику, где был я и всадник стал подниматься ко мне на второй этаж. Это был проводник, сопровождавший новосибирскую туристку в Налычевский парк. На втором этаже он искал ключи от входной двери, но ничего не нашёл. Тогда он выставил стекло и залез в окно. Достал чайник и пошёл разжигать костёр под навесом. Здесь они решили сделать привал. Я решил спуститься к их костру и посушить вещи. За маршрут в парк на лошадях берут по-моему 6000р. Мне налили чаю и угостили бутербродами. На лошадях в парк доходят за день. Жечь можно только сухие ветки стланика, если егеря увидят, что в костре горят зелённые ветки кедрача, то могут приписать большой штраф. Когда всадники исчезли в лесу, я ещё немного посидел у костра и пошёл к себе на второй этаж.

    Ближе к вечеру пришли со стороны парка двое туристов. Они остановились в соседнем домике, там широкие нары и есть печка. Возвращались они с похода на Жупановский вулкан, но с погодой им крупно не повезло, всё время была облачность, туман и дождь.

    Утром немного распогодилось, но была сильная роса. Это не намного лучше дождя, промокаешь также быстро, поэтому лучше немного подождать, пока она спадёт. Через пять километров от Семёновского кордона ещё один маленький домик и навес для костра называется он "перевальный". Дальше начинается заболоченная тундра с островками ольхового стланика. Сам перевал не видно вообще. Поэтому я шёл ориентируясь на лошадиные следы, если бы не они, то я бы хорошо там поплутал. Тропа здесь уже практически не видна. В одном месте её смыло, и был сделан обход по мосту через реку. Дальше следы терялись, и я чуть было не ушёл в боковое ущелье. Но поискав следы лошадей, разобрался что к чему и вышел на еле видимую тропу. На подъёме еще было много снежников, это облегчало путь. Перевал появляется неожиданно и с левой стороны ущелья. На верху большой тур. Спуск на другую сторону довольно крутой и по глинистой тропе, но короткий. Дальше начинается тундра. Тропа идёт на спуск и вскоре ныряет в лес.

    Когда спустился в низину, начался дождь. Хватило нескольких минут, чтобы я вымок до нитки. Здесь было ещё хуже, чем вчера. Заросли шеломайника были выше и гуще и встречались продолжительные участки заболоченной местности, где приходилось идти по грязи и воде. Меня это достало настолько, что я не стесняясь выражал свои бурные эмоции, к тому же это помогало распугивать возможных медведей. Кстати, их свежие следы и помёт встречались на моём пути, так что стук в кружку, я думаю, помогал. Уже в километре от центрального кордона есть развилка на Аагские нарзаны и дальше на Авачинский перевал. Кордон Центральный расположен в широкой долине. Там есть платные домики, самые дешёвые по 250р., есть площадка для вертолёта, продуктовый магазин. Говорят туда можно проехать из города на Урале. Сотовой связи там нет никакой. Я зашёл в домик к егерю. Посещение Налычевского парка стоит 250 р., но можно и не платить, достаточно обойти кордон стороной. Оказывается, что за ночёвку в домиках на Семёновском тоже надо заплатить, но я сказал, что ночевал в палатке. Рядом с домом егеря есть тёплые бассейны с водой текущей из скважины, пробуренной ещё в советские времена. Жёлтый цвет отложений говорит о большом содержании железа. Природные серные, тёплые источники расположены по берегу реки, протекающей в километре от домиков кордона. Там есть три тёплые лужи, отличаются они температурой воды. Пока я шёл по джунглям, то где-то, шагнув слишком широко, я довольно сильно разорвал штаны между ног. Егерь, видя это, дал мне чьи то старые шаровары. Они в последствии мне пригодились, когда я шёл по мокрой траве. Я сходил до скважины, и дальше, до переставших "работать" естественных горячих источников.

    Было уже часов шесть вечера, а ночевать я собирался в палатке, но ставить её на территории кордона нельзя. Туристов отправляют на два километра дальше, в сторону Таловских источников, там есть деревянный навес и костровище. За водой приходится ходить в реку ещё метров за двести. Палатку я поставил прямо под навесом. Где- то в лесу слышались голоса других туристов. Спал в некотором напряжении, в обнимку с фальшфейером, опасаясь медведей.

    Утром пошёл на Таловские источники. До них идти около 12 км, судя по столбикам. Тропа идёт по лесу из каменных берёз. Они здесь кривые и страшные, как будто радиоактивные. По земле стелятся невысокие заросли шиповника, по росе, идя по ним, промокаешь моментально. Недалеко от места ночёвки есть лесное "Бабье" озеро. Уже недалеко от Таловских источников расположены Краеведческие, их видно с тропы по желто рыжим отложениям. Пить воду можно, она пахнет железом и слегка тёплая.

    Лучше останавливаться на Таловских источниках. Там места для палаток рядом с рекой и тёплые источники недалеко. К тому же народу там бывает меньше. Для людей с деньгами есть место на втором этаже большого егерского дома. От Таловских источников можно сходить к фумароле Дзензура и к обломкам военного самолёта в камчатских джунглях. Но я решил туда не ходить, а отдохнуть здесь день или два, а потом назад в цивилизацию. По берегу реки есть несколько источников, но только на двух сделаны деревянные бассейны. Температуру воды в них можно регулировать впуском холодной воды из реки через деревянную заслонку. К обеду распогодилось и появилось солнце. Я поставил сушить свои промокшие насквозь ботинки.

    Когда купался в источнике, ко мне подошёл один из туристов, мимо их палаток я прошёл ранее. Он спросил, когда они могут занять моё место. Мы разговорились, и я узнал, что они собираются возвращаться через Авачинский перевал. Их группа состояла из четырёх человек: два парня и две девушки. Этот был главным. Он уже приезжал на Камчатку несколько лет назад, путешествовал один, дикарём как и я, а теперь решил показать понравившиеся ему места своей девушке и её знакомым. На поляне, где стояли их палатки, был ещё небольшой старый домик с печкой и широкими нарами. Так как прежние его обитатели съехали утром, то я решил занять их место. Тем более, что больше никто в этот день на Таловские источники не пришёл. За ужином познакомился с остальными членами группы. Сначала отношения между ними выглядели просто, но постепенно я начал понимать, что на самом деле это только казалось. Но всё равно я решил идти с ними через перевал, так как одному мне уже надоело постоянно стучать в кружку. Да и экипировка у них была лучше, чем у меня и в случае дождя я шёл бы последний, предоставив им сбивать всю воду с травы. Выход был намечен на следующее утро.

    Я проснулся рано, а мои новые знакомые довольно поздно. С погодой пока везло, дождя не было, местами виднелось чистое небо. До Центрального кордона дошли довольно быстро, останавливались всего пару раз на небольшой отдых. Заходить на него не стали, а пошли сразу на третью тёплую лужу. Там был построен довольно уютный домик с раздевалками и большим столом. Мы заняли всё помещение, разложив рюкзаки и вещи. Приготовили обед и искупались в источнике. Кроме нас там были ещё несколько человек, видимо из домиков кордона. После отдыха пошли к Аагскому нарзану. До него километров десять, судя по столбикам. Идти приходится также по джунглям.

    Уже на подходе к нарзанам начался дождь. Идущие впереди промокли сильно, мне же практически ничего не досталось. Над нарзаном построен двухэтажный домик. Но как гласила табличка внутри него, ночевать там опасно из-за выделяющегося углекислого газа. Но я и руководитель группы со своей девушкой проигнорировали это предупреждение и решили ночевать на втором этаже. Они поставили внутри комнаты свою маленькую палатку, я же лёг на пол, постелив только коврик. Другая пара осталась ночевать в палатке на природе. Нарзане не вкусный, так как пахнет сероводородом. Рядом есть небольшой ручеёк с простой водой. Ночь была тихая и безветренная, а с источником стало твориться что-то странное. Где-то часов в одиннадцать очень сильно завоняло сероводородом. Я даже проснулся, видимо, мозг почувствовал опасность. Я спал головой, прямо над источником, пришлось повернуться в сторону двери и открыть её. Воняло в течение получаса. Снова запах появился через полтора часа. Спать в такой ситуации получалось плохо, да и было прохладно из-за сквозняка из открытой двери. Под утро случился особенно сильный выброс сероводорода, я даже спустился вниз. Там вообще невозможно было дышать, вонял весь первый этаж и даже снаружи, особенно, со стороны, где вытекал нарзан.

    Утром начался дождь, и поползли низкие облака. Идти по такой погоде не имело смысла, и мы решили ждать улучшения. Играли в карты и спали. Днём же выбросы сероводорода не происходили. Поднялся сильный ветер и дождь стал сильнее, облака опустились до самой земли. Было очень промозгло, холод проникал под все мои одёжки. Вечером мы услышали голоса. Из тумана и дождя появились люди. Это была большая группа туристов из Москвы в сопровождении гида из Петропавловска. Они шли со стороны Авачинского перевала, и уже второй день. Выглядели они измученными, к тому же промокли насквозь. В группе были в основном девушки и только двое парней, не считая инструктора. Они забились в домик на первый этаж и устроили там чаепитие. Наш "главный" был из Санкт-Петербурга и поэтому сильно недолюбливал москвичей. Я не понимал этой странной ненависти. Все люди разные, эти были вполне нормальными без каких либо закидонов. Я понимаю, конкуренция двух российских столиц, но тут то про это можно было и забыть. Отдохнув, москвичи попёрли дальше до Центрального кордона. Этой ночью сероводородных выбросов не было, а может, сильный ветер сдувал газ.

    Утром погода стала ещё хуже. Дождь усилился, а туман стал ещё гуще. В этот день я практически не вылезал из спальника. Поссорились с руководителем, из-за того, что я хотел знать, сколько дней он планирует здесь ждать погоду. С этого момента я стал его врагом. Все члены группы стали избегать общения со мной. Ночью сероводородом также не воняло. Наступило утро, небо наконец-то немного прояснилось, и дождь перестал лить. Я рано поднял всех, так как просыпался самый первый. Решили идти к перевалу. Пройдя пару километров по зарослям, тропа привела к очень крутому спуску в каньон реки Шумной. Несколько в стороне находится мощный водопад.

    Дальше после подъёма из каньона есть корякские нарзаны и тёплые источники. Но наш "главный" шёл без остановок, не оглядываясь на остальных членов группы. И если кто-то останавливался чтобы сфотографировать что-то, то его никто не ждал, приходилось бегом догонять остальных. Мне объяснили, что "на самом деле это проблемы фотографа". Мимо нарзанов прошли не останавливаясь, а я всё-таки спустился и попробовал из одного, который был рядом с тропой. Вода в нём оказалась очень вкусной, сероводородом она не воняла, как на аагских. Постепенно облака развеялись, и стало видно Корякский вулкан во всей красе. Окружающие пейзажи радовали глаз.

    Отдыхали только тогда, когда уставал ведущий. Мы лезли всё выше и выше. Как я понял, наш пастух вёл стадо по той тропе, где прошёл в прошлый раз. Я устал очень сильно, да и остальные еле ковыляли. Мои предложения о небольшом привале все игнорировали. Я не мог понять тупого упрямства нашего "главного". И когда меня уже это достало окончательно, я просто остановился и сел отдохнуть. Остальные прошли метров двести и сделали тоже самое. Я подошёл к ним и сел рядом. До этого привала шли часов шесть, практически без остановок и всё время вверх. "Главный" шёл с лыжными палками, поэтому и уставал он меньше. Дальше начался траверс морены и подъём на крутой перевал. По моему опыту, мы поднялись на перевал категории 1А, зачем мы лезли так высоко совершенно не понятно. Но виды отсюда были довольно красивые.

    Дальше был длинный спуск, за которым следовал траверс ещё нескольких оврагов. Так как был уже вечер, и мы почти дошли до Авачинского вулкана, то я решил идти дальше один. Поэтому, выбрав место для ночёвки, попрощался с остальными и остался тут. Сразу почувствовал огромное облегчение. Ночь прошла спокойно, воду брал из ручья со снежника.

    Утром, сверившись с картой, я решил не идти вниз как мои знакомые, а подняться на небольшой увал, и постепенно сбрасывая высоту выходить с него на перевал. Сверху открывались красивые виды Авачинского вулкана и Налычевской долины.

    Пришлось спускаться пересекая довольно крутые снежники. Внизу увидел палатки моих знакомых. Вчера, оставив меня, они хотели дойти до Авачинского перевала, но прошли всего около километра. Видимо, действительно просто хотели избавиться от меня. Зато теперь, я мог насладится красотами местной природы, фотографировать спокойно, некуда не торопясь.

    Чтобы выйти на Авачинский перевал, надо ориентироваться на характерную сопку "верблюд". Предперевальное плато очень широкое, состоит из чёрного вулканического песка и пересечено многочисленными оврагами, в которых тогда ещё лежал снег. Я двигался вдоль основания Корякского вулкана, а не Авачинского. В результате вышел на перевал параллельный Авачинскому. С него было видно базу МЧС под сопкой "верблюд" и ниже большую туристическую базу. В её направлении я и пошёл, так как она была прямо по курсу. Вообще чётко выраженных перевалов там нет, спускаться вниз можно во многих местах. Навстречу мне шли несколько групп туристов. До базы МЧС можно доехать на машине. Но туристов в основном довозят до туристических баз, которых там несколько штук. На них есть домики, в которых можно пожить, совершая радиальные выходы.

    Посмотрев плакат с маршрутами, я нашёл перевал, по которому пришёл сюда, он назывался "перевал в налычевский парк", авчинский остался в стороне. К кратеру Авачинского вулкана я решил не ходить, это занимает целый день, да и просто не хотелось опять идти вверх. Поэтому пошёл по грунтовке вдоль Сухой речки, а потом по её руслу, вниз, в цивилизацию. Сотовая связь здесь уже была. От базы до грунтовки, где начинаются дачи идти 16 км, и ещё 4 км до асфальтовой дороги на Елизово.

    Из попуток были только вахтовки с японскими туристами, меня не одна не взяла. Когда я уже прошёл километров десять, мне встретились жители Петропавловска, ищущие какой-то источник. Они проскочили нужный поворот и теперь ехали вниз. С ними я проехал пару километров. Когда свернул на параллельную основной лесную дорогу, то увидел на ней свежие медвежьи следы, пришлось возвращаться назад. Пройдя километра два, встретил едущих вверх женщин с ребёнком на джипе, за грибами. У них я спросил, долго ли ещё идти. Метров через сто они меня догнали, передумав ехать вверх. Довезли они меня до начала дачной грунтовки. По ней я прошёл ещё пару километров. Машины были, но никто не взял. Меня снова догнали эти женщины на джипе и провезли до остановки, откуда ходят дачные маршрутки. Оттуда я стопом проехал до окружной елизовской дороги, там есть ещё небольшой дачный базарчик, где я купил свежей местной моркови. Дальше до Елизово также доехал стопом.

    Был уже вечер, и ночевать я решил около моста через Авачу. Но сначала зашёл на почту, чтобы через интернет купить обратный электронный билет на самолёт до Москвы. В этот раз он мне обошёлся в 15200р. Интернет в Елизово есть на почте, работает она с восьми до восьми, выходные воскресенье и понедельник, там самый дешёвый тариф в городе: 40р. в час плюс 2,6р. за Мб. Ещё есть клуб "Лабиринт", который расположен сразу за мостом через реку Половинка. Пройдя мост, по первой улице надо свернуть налево, где напротив школы стоит пятиэтажка (по-моему), в ней на первом этаже он и находится, работает с десяти каждый день. Ещё есть инет в библиотеке, но там я не был. Купив билет, пошёл за продуктами в "Шамсу", это местная сеть супермаркетов. Выбор там вполне приличный. Палатку поставил в кустах над Авачей, как и планировал. Воду брать из реки нельзя, так как прямо под мостом в неё сливается канализация, процесс этот виден издалека. Дальше я планировал добраться до Усть-Камчатска и если получится, то съездить на Толбачик. Поэтому утром пошёл на выезд, в сторону Мильково. Самое сложное, это отъехать от Елизово, дальше проще. Сначала доехал до Коряк, потом на "американце" до Сокоча. Там меня взял парень, ехавший в Лазо. Он жил там и ехал с города домой. С ним я доехал до Милькова, так как у него там были какие-то дела. По его словам Лазо и Атласово были вполне ещё "живыми" таёжными посёлками. Народ там занимался лесом, рыбалкой и сельским хозяйством. Даже посёлок Таёжный был ещё жив, через реку Камчатку туда работала переправа, также как и в Атласово. Всю дорогу погода была солнечная и виды, открывающиеся с неё, были очень красивые. Впечатлило озеро около дороги, перед поворотом на Малки и вершины около Ганал. Да и вообще я думаю, там стоит проехать, НО в солнечную погоду. Асфальт кончается через несколько километров от развилки на Усть-Большерецк и начинается перед Мильковым. В остальном дорога представляет широкую и очень пыльную гравийку, но ремонт идёт. Дорожное полотно подняли довольно высоко и уже начали класть асфальт, но почему-то очень тонкий слой.

    Мильково расположено в широкой долине. Климат там сильно отличается от побережья. Зимой там сильные морозы, а летом невыносимая жара. Да и джунглей, таких как на побережье, здесь нет. В тайге растёт лиственница и обычная берёза, а не каменная. Когда мы приехали туда, то там было просто пекло. Такая ситуация до самых Ключей, где схожий климат. От Мильково меня взял водитель японского самосвала, везущий щебень из города к строящемуся мосту через Камчатку, около Козыревской переправы. Асфальт кончается вместе с последними домами посёлка, дальше такая же пыльная гравийка, но отсыпанная ещё при союзе. Через десяток километров она ныряет в тайгу и кроме пыльных лиственниц и берез не видно ничего. Деревья постепенно наступают на дорогу. Из-за этого поднятая пыль долго висит в воздухе. Видел поворот на Таёжный, до него 10,5км и поворот на Атласово. На развилках есть только остановка. Все обозначенные на карте посёлки расположены в стороне от главной трасы, видно только съезды в их сторону. Много лесных дорог, куда они ведут, знают только местные. От Мильково в сторону Серединного хребта уходит траса на Шануч, никелевое месторождение. Проехать по ней можно около ста километров, дальше только по пропускам. Рудовозы в ту сторону идут довольно часто. Руду возят в мешках прямо в порт Петропавловска.

    Недалеко от Козыревской переправы пробили колесо. Менять пришлось на ужасной жаре. Я отгонял берёзовым кустом огромное количество оводов от водителя, пока он занимался ремонтом. Был уже вечер, и траса ожила, видимо, народ, выехав утром из города, как раз добрался сюда. С колесом провозились часа два. На этой дороге они "летят" у многих, тем более у грузовых машин. На переправе были уже поздно, но засветло. То ли мне показалось, то ли на самом деле, но ночи на Камчатке какие-то светлые. Такой густой темноты как у нас там я не видел. Через реку Камчатку ходит бесплатный паром. Здесь она довольно широкая, а течение быстрое. Рядом сахалинцы строят мост. Отсыпали только берег, но объект уже сдан. Такое, наверное, бывает только в России. По ночам паром возит за деньги тех, кому надо срочно переправится на другой берег. Я заночевал в палатке, на берегу около площадки, где останавливаются машины. Искупался в Камчатке. Сырую воду из реки пить я не рискнул, но рис сварил в ней.

    Проснулся рано, как обычно. Бесплатно паром начинает работать с восьми часов. Поэтому спешить было некуда. Когда вышел на пристань, то увидел там несколько машин. Стал обходить их, интересуясь, есть ли в них место для попутчика. Водитель одного грузовика ехал в Ключи, но соседнее место было завалено всяким барахлом, и поэтому он взять меня не мог. Но через некоторое время, я увидел, как он начал распихивать мешающие вещи по углам и в контейнер. Так я нашёл машину до Ключей.

    Водитель возил продукты в тамошний детский сад. Дорогу от Петропавловска до Ключей вполне можно назвать "дорогой жизни". От переправы до Козыревска ехать километров тридцать. От трасы до посёлка ещё километр по лесу, поэтому его не видно. Дорога здесь немного шире, но такая же гравийка и более пыльная. Ключевскую сопку видно только, когда переезжаешь через мелкие речушки. Так как в остальных местах обзор закрывают растущие вдоль дороги деревья. Когда приехали в Ключи, то водитель оставил меня на неправильном направлении, так как он плохо ориентировался в здешний местах. Но стоял я не долго. Мне остановил местный житель, а когда узнал, что я еду в Усть-Камчатск, то решил отвезти меня до переправы в посёлке. Когда подъехали, то баржа была на другом берегу, и я решил немного прогуляться по посёлку и купить что-нибудь из продуктов. Цены оказались такими же как и в городе.

    Как и во всех отдалённых посёлках Камчатки, здесь были брошенные дома и развалены каких-то ангаров. Когда вернулся к переправе, баржи на другом берегу видно не было, но не было её и здесь. Это меня смутило. Поэтому я решил поинтересоваться, как тут работает паром. Стоявший на старом деревянном мосту парень объяснил. В Ключах две пристани парома, к какой он причаливает, зависит от того, большая или малая вода в реке. Где, какая я не помню. Меня привезли к пристани, где есть старый деревянный мост через какую-то протоку. Другой причал, был метрах в трёхстах за ангаром, поэтому, я его и не видел. Между ними есть ещё военная пристань для парома, но туда никого не пускают. Когда я подошёл, баржа уже собиралась отчаливать, и я еле успел пробежаться по машинам и спросить, есть ли место. Но всё было забито либо вещами, либо людьми. Я вернулся на берег и стал ждать следующую партию. Паром здесь ходит реже, чем у Козыревска, где-то часа через два и для машин платный.

    В следующей партии нашлась попутка. Муж с женой ехали домой в Усть-Камчатск от знакомых, где гостили пару дней. Люди они оказались интересными, рассказывали про местную жизнь и природу. От Ключей до Усть-Камчатска недавно отсыпали новую грунтовку, и народ ездит по ней уже года три. За состоянием дороги следят дорожники, живущие в вагончиках. После переправы через Камчатку, есть старый ещё со времён союза деревянный мост, выглядит он внушительно. Вдоль дороги также ничего не видно из-за деревьев. Лучше всего вулкан Шивелуч выглядит с моста через Сухую речку, но тогда он был закрыт облаками пепла. Дорогу в этом месте периодически сносит весенними селями с вулкана, и каждый раз её восстанавливают. Весной там бывает так много воды, что она переливается через дорожное полотно, и машины едут прямо по ней. Через пару десятков километров, начинаются очень красивые места. Дорога постепенно поднимается на небольшой перевал. Вокруг зелённые невысокие, но крутые сопки, чистые реки и широкие равнины. На вершинах ещё местами лежал снег. Мне повезло, что было солнечно. Там стоит проехать.

    Уже ближе к Усть-Камчатску дорога идёт по тундре с множеством речушек и болот. Мне показывали остатки старой дороги, даже не верится, что по ней кто-то ездил. От Ключей до Усть-Камчатска ехать около 130 км, местные проезжают за два часа. Я хотел попасть на берег океана, для этого надо было переправится на пароме через протоку из Нерпичьего озера. Поэтому меня довезли до пристани. Оставили номер телефона, если у меня что-нибудь не получится, и пригласили к себе в дом. Я записал номер и мы попрощались. Большой паром ходит очень редко, но рядом причаливает малый возящий рабочих и машины с рыбозавода, расположенного на другом берегу. На нём я и переправился. Причаливает он на территории предприятия. Оттуда я пошёл на берег океана. На косе царит развал почти такой же как в Октябрьском. Но из-за солнца было не так печально. Пляж здесь был из серого песка. Вдалеке виднелись сопки Камчатского полуострова с не растаявшими снежниками. Несмотря на прохладную воду, я всё-таки пару раз окунулся с головой. Посидев на берегу немного, решил возвращаться в Усть-Камчатск, так как из-за сильного ветра палатку на берегу ставить было бы сложно.

    Обратно переправился на том же пароме, вместе с рабочими. Усть-Камчатск выглядит довольно неплохо, но всё портят брошенные дома, руины которых можно видеть там повсюду. Заночевал я на одном таком бесхозном участке. Дом там уже снесли, и территория заросла высокой травой и кустами. Цены на продукты в местном магазине были почти такие же как и в городе.

    Следующий день приходился на "День рыбака", к тому же ещё и воскресенье. Шансов уехать было мало, но я всё равно пошёл на выезд из посёлка. Стопить там очень неудобно из-за сильной пыли поднимаемой проезжающими машинами. Простоял весь день. Большинство машин ехало на дачи, расположенные неподалёку. К вечеру я весь покрылся пылью. Есть вариант добраться из Усть-Камчатска в Петропавловск на автобусе, который выезжает в восемь утра и едет целый день, проезд стоит очень дорого. На ночёвку я вернулся на прежнее место.

    Встал рано утром и сразу пошёл на выезд. Стоял около часа, пока меня не взяли работники санэпедемстанция, ехавшие на "буханке" в Козыревск. В Ключах у них были дела на полтора часа, поэтому они меня оставили на центральной площади, где я зашёл в магазин за продуктами. Перекусив, пошёл по центральной улице на выезд. Но из-за ужасной жары шлось не очень весело. В советские времена здесь были поля и разводили много скотины, напоминанием об этих временах служат развалины на окраине Ключей. Около этих обломков минувшей эпохи я и стал ждать попутку. Вскоре появилась знакомая "буханка". Пока ехали до Козыревска, меня угостили испечённой на костре, вчерашней чавычей. Действительно вкусная рыба. Кстати, цены на лосось в Ключах были очень низкие, например 1кг чавычи – 60р., а некри – 45р.

    Из Козыревска я собирался попробовать попасть на Толбачик. Сделать это "дикарём" можно двумя способами. Первый это найти туристов уезжающих из Козыревска на арендованной машине. Цена в одну строну 12000р., поэтому, чем больше будет народу, тем дешевле. Второй способ это попробовать сесть в машины с туристами идущие из города. Сделать это реальнее всего на переправе.

    Я решил начать с первого способа. Поэтому доехал до центра Козыревска, откуда и собирался начать поиски. На почте спросил, как найти людей занимающимися доставкой на Толбачик. Когда работница почты вышла, чтобы показать мне направление, остановился её знакомый на машине. И поговорив с ним, она посадила меня к нему в машину, и он отвёз до нужного мне дома. Вышедшая на лай собаки хозяйка, сказала, что машина ушла только вчера и с Толбачика она пойдёт на Эссо. Сегодня шансов уехать было мало, если только приедут туристы с города на рейсовом автобусе. Прождав до пяти часов около её дома, я пошёл встречать автобус. Подъехал он где-то полшестого, но туристов там не было. Значит, первым способом попасть на Толбачик у меня не получилось, и я решил ехать на переправу. Пока шёл до трасы, остановился джип. Водитель ехал в сторону Ключей, но, не смотря на это, решил довести меня до переправы, а это лишних 60 км. Он был хирургом, а ехал на археологические раскопки. Оставив меня на пристани, он поехал назад, а я решил переправится на другой берег и заночевать там, а уже завтра ждать попутку.

    Обычно вахтовки, едущие на Толбачик, появлялись ближе к вечеру, поэтому с утра я искупался в Камчатке и попробовал ловить рыбу. Первый ГАЗ-66 подъехал где-то часов в двенадцать. Это были туристы из Германии. Я подошёл к водителю, который был из Петропавловска и попросился с ними. Он сказал, что немцы навряд ли возьмут, но спросить попробует. Посовещавшись, меня всё-таки согласились подвезти за 1000р. Я долго не раздумывал, так как рассчитывал на более высокую сумму. Водитель сказал, что это первый раз, когда его клиенты согласились взять "левого" человека.

    Место я занял в кабине, чтобы не напрягать своим присутствием иностранцев. От переправы до вулканического плато ехать 3,5 часа по хорошей погоде, это около 70 км. Дорога идёт по тайге и представляет собой обычную лесную дорогу среднего качества. Воды по пути нет. Единственная река Студеная, находится километрах в пятнадцати от поворота, с трасы на Козыревск, но вода в ней мутная из-за очень большого содержания мелкой шлаковой пыли. Тем не менее, когда переехали её вброд и сделали привал, то немцы пили чай, заваренный на этой воде. Я тоже отведал этот густой и мутный напиток.

    Так как водитель в этом году ехал на Толбачик первый раз, то чтобы доехать наверняка, поехал в объезд. Сделали его потому, что на основной дороге было несколько очень глубоких и наполненных водой ям, в которых можно было серьёзно застрять. Объездная колея немного хуже основной и более заросшая, к тому же это лишние 12 км. По пути сделали ещё остановку, чтобы нарубить с собой сухих дров. Да и в будке было очень душно, так как солнце пекло нещадно. Постепенно тайга расступается, и машина выезжает на огромное вулканическое плато, усыпанное чёрным шлаком. Растительности практически нет, только зелёные островки травы и маленькие пучки ярких цветов. Пейзаж чем-то напоминает Памир, но преобладание чёрного цвета делает его каким-то не естественным.

    Пока ехали, водитель рассказал мне все основные маршруты. Поэтому я решил сделать своей отправной точкой базу Ленинградскую, единственная проблема была в наличии на ней воды. Немцы же собирались остановиться в палатках около реки Водопадной, где есть родник. Первый поворот направо (там ещё есть указатель) это дорога на конуса БТТИ. Чуть дальше, дорога раздваивается, прямо - на базу Ленинградскую, а влево - на реку Водопадную, где есть водопад и родник, до неё километров пять. На этой развилки мы и расстались. Водитель взял с меня только 500р. До базы Ленинградской идти около получаса. Представляет она собой три домика: двухэтажный жилой, столовую и кухню. Я занял нары на втором этаже. Вода там была, и брали её из торчащей из чёрного шлака трубы. Когда я пришёл на базу, то там было очень много народу: петропавловские велосипедисты и иностранные туристы, приехавшие на камазе - вахтовке. Но все собирались уезжать завтра утром. Погода вечером была пасмурная.

    На следующий день я решил идти на конуса БТТИ, в общем-то, из-за них я сюда и приехал. Дошёл до виденной вчера развилки и от неё начал свой маршрут. Колея там одна, сбиться и потеряться просто невозможно. Дорога идёт по холмам из мелкого чёрного шлакового песка, идти по которому иногда бывает довольно не просто. Конуса видно почти от развилки. Сначала маленький красный, а за ним два больших чёрных.

    Интерес представляет второй чёрный конус БТТИ. Идти до него от развилки около часа. Подниматься я решил прямо в лоб. Поэтому свернул от дороги по кратчайшему расстоянию. Подойдя к основанию и спрятав рюкзак в неглубокую воронку, начал подъём. Сначала подниматься было не так сложно, потому что внизу шлак был крупным, но чем выше, тем он становился мельче, и ноги постоянно съезжали вниз. Приходилось передвигаться по торчавшим в шлаковом песке крупным кускам. Руки обдираются очень сильно. Подъём по шлаковым осыпям дело мало приятное, а с рюкзаком, наверное, вообще не реальное. Конус разорван с противоположной стороны до самого низа и сразу за подъёмом открывается вид на отвесные двухсотметровые обрывы. Видно, как вытекала лава. Это так называемый Северный прорыв. Я немного прошёлся по гребню. К краю обрыва я не рискнул подойти. Через трещины верхней площадки выходит сильный жар. Надо быть осторожнее, так как это не пар и его не видно. Верхушка конуса ещё не остыла, хотя БТТИ было в 1975 году. На спуске дело обстояло иначе: легко было идти по мелкому шлаку и сложно по крупным кускам у основания конуса. Когда я вышел на дорогу, то увидел едущий в мою сторону знакомый ГАЗ-66. Меня взяли с собой. Из-за пасмурной погоды, иностранцы решили отложить подъём на Плоский Толбачик. Я немного не дошёл до большой площадки с навесом и туалетами, но без воды. Дорога на неё ответвляется от основной, напротив перешейка, между двумя чёрными конусами БТТИ. От этой площадки уходит вверх хорошо натоптанная тропа. По ней можно легко подняться на вершины второго и третьего конусов. Так что, зря я лез прямо в лоб. Пока иностранцы ходили на вершину, я пообщался с водителем и поднялся только до перешейка, посмотреть на Северный прорыв. Когда все вернулись, мы поехали дальше по основной дороге. Вулканические конуса тут кругом. После БТТИ дорога проходит у основания ещё одного чёрного конуса, где из шлака торчит хвост разбившегося здесь вертолёта. Дальше начинается мёртвый лес из лиственниц. Когда-то горячая лава затопила тайгу, результат можно теперь там наблюдать. После чёрного конуса, есть развилка, прямо дорога уходит на Лазо, мы поехали направо. Дальше мёртвый лес становится гуще. Дорога петляет по нему и выводит к конечной точке у маленького лавового конуса. Если знать направление, то можно срезать через мёртвый лес. По словам водителя, дорога на Лазо убитая капитально, поэтому оттуда мало кто приезжает. Последний маленький конус интересен находящимися внутри него лавовыми пещерами. Внутри них можно ходить во весь рост. А сбоку конуса есть парочку лавовых труб. Небольшие такие тоннели, по которым можно пройти метров десять.

    На обратном пути у иностранцев был запланирован привал на площадке, откуда они поднимались на конуса. Я же, решил идти на Ленинградскую, не дожидаясь их. Меня оставили на повороте. Когда утром шёл сюда, то видел на полпути от развилки до конусов БТТИ уходящую в сторону дорогу. Я решил проверить, куда она выводит. По моим предположениям по ней я должен был выйти на базу Ленинградскую. Так и получилось. Но идти по этой дороге было намного хуже. Она плохо накатанная, часто попадаются участки с рыхлым шлаковым песком, идёт почти всё время на подъём и сильно петляет. Выходит дорога прямо на туалет базы Ленинградской, который расположен на отшибе.

    Все посетители уже разъехались, и я думал, что остался один. Через некоторое время я услышал голоса. Выйдя из дома, увидел знакомых немцев. Они решили пройтись пешком до места своей стоянки, заодно посмотреть Ленинградскую. К вечеру погода испортилась окончательно. А в мой дом, но на первый этаж пришли московские гости. Они жили в домиках, выше основной базы, где предполагалось сделать администрацию природного парка, поэтому я их и не видел. Пригласили меня поужинать с ними. Они собирались через два перевала идти к Ключевской, а оттуда уезжать в Козыревск. Сотовая связь на Толбачике есть, но только МТС.

    Утром лил дождь и дул сильный ветер, к тому же не было ничего видно из-за облаков, но москвичи решили не ждать погоды и идти в этот день. Так что я остался один, теперь уже точно. Решил, что если придёт машина, то ехать с ней вниз. Поэтому остаток дня я провёл в ожидании, наблюдая за жизнью местных сусликов – еврашек. Машин так и не было.

    Следующее утро было таким же туманным, но без дождя и ветра. Я решил идти в базовый лагерь знакомых немцев, пока они ещё никуда не уехали. Дошёл до развилки и повернул в сторону реки Водопадной. Здесь шлаковые поля более зелённые, встречаются островки ольхового и кедрового стлаников. Шёл почти час. Когда уже подходил, то увидел ехавший мне навстречу ГАЗ-66. Немцы решили, несмотря на плохую погоду, подниматься на Плоский Толбачик. Я поехал с ними, просто, чтобы не сидеть одному.

    Дорога на Плоский Толбачик идёт через Ленинградскую и кончается чуть выше сопки Клешня (это высокий красный конус, который видно с базы), оттуда начинается хорошо протоптанная тропа. Когда подъезжали, туман немного рассеялся, но было холодно из-за высокой влажности. Наверх я решил не ходить из-за плохой видимости, окружающего пейзажа. Подниматься на вершину, чтобы увидеть там такой же туман, как и внизу смысла не имело. А немцам надо было отрабатывать потраченные деньги.

    Пока были просветы в облаках, я пошёл побродить по ближайшим сопкам. Но не прошло и двадцати минут, как местность затянуло очень плотным туманом. Прояснений не было до самого возвращения группы. Но все были довольны. Сходили они за шесть часов. На обратном пути меня оставили на Ленинградской. Завтра они собирались вниз и обещали взять меня с собой. А я ещё надеялся уехать сегодня на какой-нибудь машине. Руководителю группы звонили из города и сказали, что сломался катер на переправе. Стала понятна причина отсутствия туристов на Толбачике. Машину я ждал до десяти часов, но никто так и не появился.

    Я лёг спать, но ночью неожиданно для себя проснулся. Потом прислушался и понял, что мой мозг не ошибся, где-то работал двигатель. Я схватил фонарик и выбежал на улицу. В верхних домиках горел свет, а рядом с ними стояла машина. Я побежал к ним, боясь опоздать. Это были москвичи, приехавшие с Лазо. Они подтвердили то, что переправа не работает. Но уезжать они собирались только через три дня на этой же машине. Мои надежды уехать сегодня не оправдались, и я пошёл досматривать сны.

    Проснулся рано, чтобы не пропустить немцев. Ждать я их отправился на развилку. В этот день погода была ясная, на небе не было ни облачка. Видно было туман над долиной Камчатки, а на горизонте розовели вершины Серединного хребта. Толбачик сиял своими снегами.

    ГАЗ-66 появился в девять часов. Когда подъехали к Студеной, то встретили там Урал, ехавший в обратную сторону. От водителя узнали, что переправа заработала. Когда подъехали к реке, то у ГАЗа заклинила тормозная колодка, и одно колесо сильно нагрелось. Поэтому требовался срочный ремонт. Я же решил покинуть эту иностранную компанию, несмотря на то, что нам было по пути. Просто совсем наглеть не хотелось, да и уехать дальше уже не проблема.

    Когда подошёл паром, то первой на него решили загнать длинную фуру. Но, видимо, её слишком сильно нагрузили и из-за этого провозились с ней минут двадцать. Паром весь перекосило от такой огромной массы. Но, несмотря на это, в этот рейс загрузили ещё большой автобус, какой-то мини-грузовичок и пять джипов. До противоположного берега добрались благополучно. Я сразу же пошёл к реке искупаться, так как было очень жарко. Дальше решил добраться до Малок, которые мне нахваливали очень многие, и там сделать днёвку.

    Когда вышел на трасу, то та длинная фура только выбралась на берег. Водитель остановился и взял с собой. Он вёз рыбу из Усть-Камчатска. На переправе в Ключах таких проблем не было, так как паром там не такой древний как здесь. По его словам, когда переправа не работала, то ремонтом катера занимались только днём, когда должны возить бесплатно. Ночью же, всё становилось рабочим и, заплатив определённую сумму можно было переправляться. На фуре я доехал до Милькова, там мне надо было закупить немного продуктов, так как у меня уже совсем ничего не осталось.

    Был уже вечер, и ехать до Малок было бессмысленно. Но я решил попробовать проехать ещё немного. Меня взял местный ительмен на Жигулях, ехавший на браконьерскую рыбалку на реку Андриановка. Я хотел там заночевать, около моста, и спустился на берег. В прибрежном песке я увидел свежие и большие медвежьи следы. Ставить здесь палатку я сразу передумал и, набрав воды, вернулся на трасу. Решил дойти до поста ГАИ, до которого оставалось около километра. Когда он уже был виден, слева появились дачи. Около них я и решил заночевать. Комаров там было очень много. Утром пошёл к посту ГАИ, за которым находился мост через реку Камчатку. Тут были её верховья. Стопить решил на противоположной от поста стороне моста.

    Когда солнце поднялось уже высоко и стало припекать, я услышал, как в зарослях придорожных кустов кто-то уверенно приближается, ломая ветки. На человека это было не похоже, да и зачем лезть через такие дебри, когда рядом дорога. Я поднял рюкзак и пошёл по мосту, в строну поста. Кто-то вылез на берег реки. Я перегнулся через перила и увидел медвежонка. Он залез в реку, достал там какую-то дохлую рыбину, взял её в зубы и вернулся обратно в лес. Если есть медвежонок, то где-то рядом его мать. Я решил назад не возвращаться, а идти поближе к посту гаишников. В реке было видно проплывающую на нерест рыбу, но это были только отдельные особи. Машин было очень мало, так как было воскресенье. А те, которые были, ехали недалеко. Уехал я только около одиннадцати часов с парнями из Эссо. С ними я доехал до поворота на Малки. Кому интересно узнать что-то про Эссо, то вот ссылка на страницу местного жителя, где можно найти информацию о посёлке liveinternet.ru/users/home_doktor/profile.

    От поворота до Малкинских источников километров пять. Машин тогда было много, и я решил доехать стопом. Уехал быстро. Малки похожи на наши общественные пляжи, куча народу, палаток и машин. Из-за одного туалета на всех, в кустах надо быть внимательнее. Есть платные домики, но очень дорогие. Вдоль холодной быстрой реки большие термальные лужи, в которых лежат отдыхающие. Оставаться там мне не хотелось, но ехать куда-то дальше было лень. Да и надо было срочно устроить прачечный день, а то одежда уже была в очень затасканном виде. Поэтому, выбрав место поспокойнее, на берегу реки, я занялся стиркой всех своих грязных вещей.

    После того, как всё было выстирано и просушено на жарком солнце, я пошёл искать источник чистой воды, чтобы приготовить обед. Пить воду из реки, где плещется и моет посуду куча народу, несмотря на её быстрое течение, не очень хотелось. Источник был немного в стороне от пляжей. Там я и приготовил себе обед, отойдя метров десять в заросли местных джунглей. Ближе к вечеру народ стал разъезжаться. Появились свободные места около реки. Там я и поставил палатку.

    Когда проснулся, то вокруг был густой туман. Обычно он рассеивается часам к девяти-десяти. Решил пройтись до термальных луж. Даже в такую рань там уже сидели люди. Купаться я в источниках не стал и сразу пошёл в направлении трасы. По пути ко мне прицепился пьяный парень из Петропавловска, еле отделался от него. Уже на полпути к основной трасе меня подобрал на Жигулях подвыпивший работник малкинского завода минеральных вод. К отечественным машинам там отношение как к велосипедам. На них ездят без прав, документов и в любом состоянии. Стоят они там копейки и иногда их просто покупают подростки, чтобы погонять и разбить. Когда подъехали к развилки, где есть кафешка, водитель сказал, что сейчас должна прийти машина с газовыми баллонами, и мы на ней поедем в Елизово. Так и получилось.

    В Елизово я подкупил продуктов и пошёл на автобус в посёлок Термальный. Проезд на нём стоит 45р. Не доезжая Термального, вправо уходит пыльная грунтовка на Мутновскую электростанцию. Была невыносимая жара, а спрятаться было негде. Мне повезло, практически сразу меня взяли супруги на миниавтобусе, ехавшие на Мутновский вулкан в первый раз. На Камчатке очень многие в свои выходные выбираются на природу. И я их понимаю, посмотреть там есть что. По пути встретился ручей с очень хорошей водой. Верхнее-Паратунские источники мы проехали не заметив. Очень красиво смотрится Вилючинский вулкан. У его подножья есть высокий водопад, до которого есть тропа. Автомобильная дорога поднимается на перевал по серпантину, наверное, единственному на Камчатке, потом она спускается немного вниз и идёт по обширному плато до самой Мутновской электростанции. Сразу после спуска, есть поворот на тёплые источники в Вилючинской бухте. Чуть дальше вправо ответвляется грунтовка на вулкан Горелый и дальше на Асачинское золоторудное месторождение.

    Когда подъехали к воротам станции, то там уже стояло несколько машин, был среди них и знакомый ГАЗ-66. Я подошёл к водителю и узнал, куда здесь стоит сходить, передал привет немцам, ушедшим на Мутновский вулкан ещё утром. Так как было уже поздно, а поход на вулкан занимает целый день, то он посоветовал сходить на местную мини долину гейзеров. Находится она около гостиницы с зелёной острой крышей, идти до которой минут десять по краю территории электростанции. Я оставил рюкзак в машине у подвёзшей меня семейной пары, и мы втроём пошли на экскурсию. Места там очень красивые, по берегам реки кипят грязевые котлы и вырываются паровые струи. Мимо гостиницы проскочить невозможно, её здание видно издалека. Сразу за ней спуск в ущелье, где протекает несколько речек. По течению последней и идёт тропа в мини долину гейзеров, поднимающийся из неё пар видно уже отсюда. Интересного там оказалось много: маленькие брызжущие кипятком гейзеры, кипящие лужицы, парящий речной берег. В общем, сходить туда стоит, описывать это бессмысленно.

    На обратном пути, я заметил стоявшие на небольшой полянке несколько палаток и спросил разрешения у находящегося там парня, поставить рядом свою. Он не возражал. Когда вернулись к машине, я забрал рюкзак и пошёл к этой полянке. Палатки были группы московских туристок и сопровождавших их трёх парней из Петропавловска. Один остался в лагере, а остальные ушли на Мутновский. Я пообщался с ним по поводу предстоящего похода на вулкан. Остальные участники группы вернулись уже в сумерках. Свой поход на Мутновский я решил начать рано утром, а рюкзак оставить в гостинице, с работниками этот вопрос я уже решил.

    Утром, в половине восьмого я занёс рюкзак в "камеру хранения", со стороны где было общежитие. Встретивший меня работник поставил мой багаж под лестницу и уверил в его полной сохранности. Мне предстояло пройти через перевал, прежде чем выйти к вулкану. Тропа начинается от мини долины гейзеров, поднимается вверх по её боковому склону, идёт через небольшие заросли ольхового стланика и выходит на старую колею от Уралов. И уже по этой широкой дороге, петляя по отрогам окружающих сопок, постепенно выходишь на перевал, расположенный между сопкой Двугорбой и хребтом Отходящим. Я же, свернув не там, вышел на перевал между сопкой Двугорбой и хребтом Скалистым. Произошло это потому, что я забыл листок, на котором мне вчера гиды из Петропавловска нарисовали маршрут. А из окружающих сопок с двумя горбами не было ни одной. Какой умник назвал сопку Двугорбой, я не знаю.

    Подъём на перевал шёл по длинным и пологим снежникам. Когда поднялся, то увидел дымящийся Горелый. Сориентировавшись на местности, я начал обходить сопку Двугорбую, сделать это было не так то просто. Она была изрезана глубокими с крутыми склонами оврагами. Положение спасали ещё не растаявшие многочисленные снежники. По пути часто встречались местные сурки – тарбаганы. Внизу было видно автомобильную колею, по которой на Мутновский возят туристов. Их довозят прямо к подножию вулкана, откуда идти намного меньше, чем от электростанции. Вскоре показался Мутновский вулкан, а внизу домик вулканологов. К нему я и направился.

    Там обитали молодые учённые: девушка из Владивостока, а парень из Уфы. Их руководитель ушёл провожать через перевал двух корейцев, живших здесь вместе с ними. Мои новые знакомые тоже собирались на Мутновский. Они уже были там, но в этот раз надо было собрать какие-то пробы. И они предложили идти вместе. Я был не против.

    В этот раз компания оказалась вполне нормальной. Если кто-то уставал, делали небольшой привал, когда кто-то фотографировал сбавляли темп. Пока шли, пообщались на разные темы. Перед выходом на фумарольное поле, сделали привал, вскипятили немного чая. Дальше я пошёл вверх, а они спустились вниз к реке.

    За подъёмом открывается грандиозная картина висящего над горячими паровыми струями ледника и разноцветных скал. Из под земли вырываются ядовитые струи серного газа. Есть несколько маленьких кислотных озёр. А из кипящего грязевого котла вырывается настолько едкий пар, что вздохнув его можно обжечь горло. Поэтому рядом находится не следует. Я проходил мимо задержав дыхание. После фумарольного поля подъём идёт по длинному, но пологому снежнику и приводит к небольшому озеру на дне воронки заполненной ледником. Ещё через пятьдесят метров, по крутой осыпи, можно выйти к активному кратеру вулкана, откуда поднимается густой дым. Край очень острый, перемещаться там надо очень осторожно. На последних метрах даже провешена верёвка. Насмотревшись вдоволь на огненную землю, я пошёл в обратный путь. Снизу уже поднималась большая группа туристов. Около фумарол они ходили в респираторах. Моих знакомых я уже не видел. Назад шёл через правильный перевал. Гораздо больше времени уходит на подход к нему со стороны электростанции. Тем не менее, обратно от фумарольного поля до гостиницы я дошёл за 2,5 часа, не разу не делая перекур. С рюкзаком всё было в порядке, как мне и обещали. Рядом с тем местом, где я ставил палатку, есть небольшой бассейн с горячей водой смешанной с голубой глиной, попадающей туда из кипящего рядом грязевого котла. После трудного дня это очень расслабляет. Рядом с бассейном есть труба с более прохладной водой, где можно сполоснуться после принятия лечебной ванны. Вчерашние туристы уже ушли, но вечером на их место пришли новые. На следующий день я наметил поход на Горелый. Надо было спешить, так как по прогнозу обещали циклон. Утром я пошёл пешком до поворота на Горелый. Ждать попутку я не стал, так как утром в эту сторону навряд ли бы кто поехал. От электростанции до поворота около десяти километров. Почти всё время приходится идти на подъём.

    На развилки меня сразу же забрали ехавшие на вулкан муж с женой. Я уже привык к тому, что жители Камчатки так проводят свои выходные. Когда подъехали к подножию вулкана, то я оставил свой рюкзак у подвозившей меня семейной пары и вместе с ними пошёл на верх. Подниматься приходится около двух часов. Кроме нас там ещё были туристы. Тропа приводит к первому кратеру заполненному ледниковым озером. С его поверхности поднимался пар.

    Рядом было видно огромный кратер с отвесными стенами, откуда доносился сильный шум вырывающегося из под земли газа. В этот день Горелый дымил слабо, и к обрыву второго кратера можно было подойти очень близко. На дне кипело кислотное озеро ядовито зелённого цвета. По пути я встретил знакомых из домика вулканологов под Мутновским.

    Спускались мы с Горелого гораздо быстрее. Я решил переночевать у его подножия. И забрав рюкзак из багажника, пошёл ставить палатку. Здесь вода была из снежника и поэтому к вечеру стала очень мутной из-за большого количества вулканического песка в ней. Но я заранее наполнил бутылки. Рядом со мной в машинах ночевали ещё какие-то любители природы.

    Утром вода опять стала прозрачной. Позавтракав, я решил дойти до небольшого водопада падающего со склонов Горелого. Идти до него минут двадцать. Расположен он в не глубоком осыпном каньоне, заполненном снежником. По лежащим на снегу камням было понятно, что камнепады тут не редкость, поэтому особо задерживаться я там не стал. Подошёл к краю снежника и заглянул вниз, куда падала вода. Снег обрывался вертикально вниз метров на пять. Таким образом, общая высота водопада была около пятнадцати метров.

    Вернувшись к палатке, и собрав её, я отправился на основную дорогу, чтобы оттуда уехать в Елизово.

    Долго там ждать не пришлось. Меня взяли пожилые супруги на джипе, ехавшие с маленьким внуком с отдыха в гостинице около мутновской электростанции. По пути остановились около водопада на Вилючинском вулкане. Я посмотрел на него в бинокль. По структуре он был таким же, как и водопад на Горелом, только выше раза в три.

    Не смотря на то, что машина ехала в Петропавловск, и сворачивать надо было раньше, меня предложили довезти до Елизово. Вышел я около реки Половинки, где смыл с рюкзака дорожную пыль, так как он ехал на верхнем багажнике джипа.

    От Елизово в город я поехал стопом. Позицию выбрал после моста через Авачу. Уехал с военным до десятого километра. Дальше на автобусе за 14р. до КП, где прошёлся по базару. Рыба в Петропавловске не намного дешевле чем у нас и надо знать у кого её покупать. Дальше я сел на автобус до Заозёрного, откуда была дорога на Халактырский пляж Тихого океана. Стоит проезд, как и по городу 14р. Доехав до конечной, я набрал воды в ближайшим доме, и пошёл через поля к океану.

    По пути меня подобрал водитель трактора Беларусь, ехавший за сеном. Так я в телеге проехал пару километров. Дорога упирается в лес идущий вдоль берега. Напрямую есть вездеходная дорога, где пришлось бы пройти по болоту, а потом вброд через небольшую реку. Основная же дорога уходит вправо и идёт краем леса до виднеющихся вдали скал. Там она поворачивает в сторону пляжа, и никаких бродов там нет. Все машины едут именно здесь. От Заозёрного до пляжа идти около часа и двадцати минут.

    Погода тогда была ещё хорошая, и я когда дошёл до океана искупался в его прибое. Вода была хоть и прохладная, но теплее чем в Охотском море. Пляж там широкий из чёрного песка. Мусора практически нет. По берегу вдалеке бродили несколько человек. Иногда подъезжали машины, люди шли к воде, смотрели на прибой и возвращались назад. Не знаю почему, но несмотря на невысокие волны, всё равно чувствуется мощь огромного океана. Ночевал я на берегу. Под шум волн спалось отлично. Если бы не отсутствие пресной воды, то я бы провёл здесь ещё пару дней. На следующее утро погода испортилась. Но дождя не было. В Заозёрный я пошёл уже ближе к вечеру. Заночевал на его окраине, около водного поста. Работающий там мужичок, оказался почти земляком. Позвал к себе в гости. Просидел у него до темноты, а потом вернулся в палатку.

    До отлёта оставалось ещё четыре дня, и надо было придумать, как их провести. Для серьёзных маршрутов это было слишком мало, а для простых слишком много. Один день я решил потратить на Петропавловск-Камчатский. И утром из Заозёрного поехал в его центр. Доехав до КП, пошёл пешком до площади Ленина, рядом есть памятник Петру и Павлу. Прошёлся по набережной. В этот день был праздник ВМФ, и в бухте стояли на рейде три крейсера и подводная лодка. Я по улице Ленина дошёл до Морского вокзала. Кто будет в Петропавловске, обязательно дойдите до него. Здание как будто расстреливали из пушек, все окна выбиты, штукатурка облетела кусками, местами торчит ржавая арматура. Надписи "МОРСКОЙ ВОКЗАЛ" и со стороны Авачинской бухты "ПЕТРОПАВЛОВСК-КАМЧАТСИКЙ" все проржавели и перекосились. Причём, здания вокруг выглядят вполне нормально, и это ещё больше усиливает впечатление. На мой взгляд, морской вокзал в Петропавловске служит символом раздолбайства и развала современной России.

    Обратно я прошёл улицей выше. Вернувшись к площади Ленина, я решил пройти вдоль берега до Моховой, где были лежбища сивучей. Город выглядит каким-то пошарканным, хотя мусора не видно. Улицы петляют вокруг сопок, которых там множество. Тротуары есть только вдоль центральных улиц. В остальных местах идти приходится прямо по проезжей части. Я прошёл по улице Беринга, переходящей в Октябрьскую, а та в Мишенную. По пути со стороны бухты было много брошенных частных домов. При желании там вполне можно найти место для ночёвки. Дойдя по Мишенной до Сероглазки и уткнувшись в ворота нефтебазы, я по длинной лестнице поднялся вверх и вышел на грунтовку, которая шла через небольшой лес и выходила на Моховую. Несколько встреченных там людей сказали, что сивучи бывают тут только осенью и зимой. Особо не расстраиваясь я по улице Арсеньева дошёл до проспекта Победы, где неожиданно оказалась автостанция десятого километра. На маршрутке я уехал в Елизово.

    Хотел попробовать заночевать на берегу Половинки и пошёл по дороге на Голубые озера к окраине. Дошёл до поворота на какую-то военную часть, где есть мост через Половинку. Под ним я и заночевал.

    Оставалось ещё три дня, и я уже просто не знал чем себя занять. На Голубые озёра идти не хотелось, из-за жаркой погоды. Да и в выходные там бывает очень много народу. Поэтому, посмотрев свои карты, решил съездить в Начики.

    От места ночёвки до выезда из Елизово идти сорок минут. Там меня взял парень, ехавший со своей девушкой на отдых в Малки. В Начиках он подвёз меня прямо до бассейна с горячей водой. Как же там всё загажено. Рядом строили какой-то забор таджики. Я спросил можно ли здесь купаться. Они сказали, что если вода не слишком горячая то да. Я решил осмотреть окрестности, нет ли где ещё горячих источников. Пройдя около расположенных рядом теплиц, через сто метров я вышел к развалинам бывшего санатория. Там стояла толпа каких-то мужиков. Это оказались вахтовики тянувшие газопровод из Соболева на Петропавловск. Здесь они жили. Впечатление они произвели неприятное. От них я узнал, что бассейн с горячей водой тут только один и от него я только что пришёл. Пришлось возвращаться.

    Купаться в местной горячей воде мне очень понравилось. Бассейн был размером метров пять на пять, но не глубокий. Вода из него вытекала через выбитые сбоку камни. И протекая по небольшой дамбе падала с неё вниз. Под этими струями я помылся и постирал некоторые вещи. Вокруг были кучи мусора. Рядом с бассейном есть большая травянистая поляна. На ней я устроился позагорать. Питьевая вода оказалась рядом. Она текла из трубы около расположенной рядом теплицы. Вскоре появились двое вахтовиков и когда они залезли в бассейн, то стали мыться сидя прямо в нём. Потом подъехала какая-то семья решившая устроить здесь пикник. Подошли ещё пару пьяных женщин с молодым парнем. Как я понял, тут место для пьянок. Но я решил, что к вечеру все разойдутся.

    После обеда вода в бассейне стала очень горячей и подъезжающие на машинах люди, попробовав её, ехали дальше. Постепенно поляна опустела, и я решил ставить палатку. Но как только приготовил ужин, показались двое вахтовиков и двигались они в моём направлении. Один был уже пьян и по его свинячьей роже было понятно, что ждать от него хорошего не стоило. Оба они были из Новосибирска. У меня спросили нож и кружку под водку. Пить я отказался, чем вызвал недовольство того, который был уже пьян. Второй был более адекватным, но постепенно от алкоголя тупел и он. Они сильно раздражали меня своими пьяными разговорами, а тот, который пришёл уже поддатым, ещё и сильно понтовался. Но вступать с ними в конфликт мне не хотелось. К тому же их разговоры о вчерашней драке, где кому - то проломили голову молотком, а кого - то перед этим порезали, окончательно убедили меня в том, что отсюда надо уходить. Вполне вероятно, что это были "первые ласточки". Так и вышло, к бассейну подошли ещё двое. Допитую бутылку тупо кинули в сторону, хотя для мусора там была большая бочка. Теперь стало понятно, кто являлся причиной такого свинства. Я быстро собрал палатку и пошёл на трасу.

    Был уже вечер. Машины на большой скорости проносились мимо. Неожиданно на встречной полосе остановилась девушка и спросила, куда мне надо. Я сказал, что еду в Елизово. Оказалось, что минутой раньше она пролетела мимо меня, а потом, развернувшись, вернулась обратно, но уже по встречной полосе. Ехала она в город и делала это очень быстро, иногда мне было даже страшно, когда она обгоняла моей стороной. С ней я доехал до рынка. Ночевать я отправился под тот же мост через Половинку. По пути купил разливного Баварского пива.

    Следующим утром я решил прокатится до Ганал и поснимать окрестные вершины. От Елизово уехал до Сокоча, там пришлось постоять, но я никуда не спешил. К тому же, погода там была пасмурная и горы видно не было. Я надеялся, что дальше будет солнце. Уехал на Жигулях с жителем Термального, ехавшим в Малки забрать какую-то тётку. Меня он оставил на повороте, погода там была такая же. Я перешёл дорогу и стал думать стоит ли ехать до Ганал. У подъехавшего с той стороны водителя спросил, как погода дальше. Он сказал, что там идёт дождь и только в Мильково стабильно солнечно и жарко. Я решил возвращаться. Уехал на Жигулях, на которых и приехал сюда. Остаток дня провёл под тем же самым мостом через Половинку. Готовил и кипятил чай я на речной воде.

    Последний день решил провести рядом с аэропортом. Утром на противоположном берегу реки увидел семейство из пяти чёрных зверьков похожих на ласку. По пути в Аэропорт сделал пару снимков Корякского и Авчинского вулканов. На дне Авачи валялась выброшенная вспоротая рыба. Я не понимал, как можно выкидывать столько мяса. У нас оставляют даже мелкую рыбешку. Весь день я провёл в посадках недалеко от аэропорта.

    Наступил день возвращения на материк. Я переживал из-за своего электронного билета. Не случилось бы с ним какой лажи, так типичной для нашей страны. Сразу на входе в здание аэропорта проверяют вещи. Рюкзак пришлось пропустить через телевизор. Рейсов из Елизовского аэропорта очень много. Я слышал как объявляли посадку на самолет, летящий в Магадан, а оттуда в Якутск. С билетом было всё в порядке и я, успокоившись, стал ждать посадки.

    Назад я летел на Иле. Нас всю дорогу трясло, и ноги упирались в переднее сиденье, вытянуть их тоже не получалось. Я чувствовал себя как в кресле сидячего вагона.

    Когда приземлились в Москве, то все были в ужасе от сильнейшего смога и невыносимой духоты, после Камчатской прохлады.

    Тут ещё хочу рассказать об одной вещи. Когда получали багаж, никто не предупредил, что на выходе будет ещё проверка. И я, когда получил свой рюкзак, содрал с него весь скотч и наклейки с номерами и выкинул их в мусорный мешок подошедшей уборщицы. Я направился к выходу с мыслей, что всё, можно ехать дальше, но ни тут то было. На выходе из зала стояли менты, заставлявшие пропускать сумки через телевизор, а потом сверявшие номера на наклейках багажа и в билетах. Но, суетится я не стал, и попробовал пройти спокойно. Помогло то, что сразу за моим рюкзаком на ленту поставил свой рюкзак ещё один турист. И может, менты перепутали наши рюкзаки на экране, так как меня они вообще ни о чём не спросили и ничего не сверяли. Я быстренько взял рюкзак с ленты и двинул на выход.

    На остановке уже собирался отъезжать автобус на Планерную. Проезд на нём стоил 28 рублей, за багаж с меня денег не взяли. С Планерной я доехал до Кузьминок, оттуда дошёл до МКАДа. Там из-за очень неудобной позиции пришлось постоять.

    Взяла женщина на какой-то иномарке. С ней я проехал киломтеров пять. Дальше быстро уехал с парнем на Жигулях до Бронниц. Дальше с узбеком на его Газели до Коломны. Потом меня взял парень ехавший в Сасово. От сильной жары, вдоль всей трасы горели сосновые леса и часто можно было видеть пожарные машины тушащие огонь. Я остался на окружной Шацка. Была уже ночь, и я решил поспать пару часов. Поставил палатку в придорожных кустах. Из-за восьмичасовой разницы во времени спалось плохо, поэтому проснулся я в три часа утра, и в четыре вышел на трасу. Машин было мало, но долго я не стоял. Взял парень на пятнадцатой модели Жигулей, пролетевший сначала мимо меня на большой скорости. С ним я доехал до поворота на Саранск после Новых Выселок. Обочина там оказалась ужасной, из под колёс проезжающих машин летели камни, и никто даже не сбавлял скорость. Там пришлось постоять минут сорок. Уехал на еврофуре с земляком. До Пензы не доехали километров семь. И как обычно, я застрял вблизи от родного города. Тут даже никто не останавливал, хотя пустых машин было навалом. На жаре стоялось плохо. Уехал за 30р. с первым же остановившимся водителем. Так закончилось моё путешествие.

    Теперь я могу согласиться с тем, что Камчатка это действительно одна из жемчужин в короне Российской империи. Только вот наше глупое правительство не понимает этого, а жаль. Очень понравились тамошние люди. Видимо до них ещё не дошло это массовое помешательство на деньгах. Там ещё живы простые человеческие отношения.

    Если планировать свой маршрут по Камчатке, то обязательно надо прибавить два три дня на плохую погоду. Бродить в тумане не видя всей окружающей красоты не имеет смысла. Если маршрут будет по южной части полуострова или по побережью, то надо обязательно брать хорошо защищённую от воды одежду и обувь, так как даже в небольшой дождь в местных джунглях промокаешь моментально и до костей. В пасмурную погоду бывает довольно прохладно, так что тёплые вещи весьма будут кстати. Вот, наверное, и все основные моменты.

    И напоследок хочу сказать, что на Камчатке действительно стоит побывать.

    guru_nemo
    26/11/2010 10:09


    Мнение туристов может не совпадать с мнением редакции.
    Отзывы туристов, опубликованные на Travel.ru, могут быть полностью или частично использованы в других изданиях, но с обязательным указанием имени и контактов автора.

    Новости из России

    16.08.17 "Аэрофлот" будет чаще летать из Москвы в Челябинск
    "Аэрофлот" сделал скидку на премиальные билеты по некоторым маршрутам
    14.08.17 "Аэрофлот" увеличит частоту рейсов из Москвы в Красноярск
    Стоимость авиабилетов за рубеж в ближайшую неделю не изменится
    11.08.17 Суммирование норм багажа может исчезнуть уже в октябре
    На Камчатке открылся музей вулканов
    10.08.17 В Крыму из-за жары ограничивают энергопотребление
    98% против проекта Минтранса о платности ручной клади
    01.08.17 "Аэрофлот" будет чаще летать из Москвы в Ростов-на-Дону
    31.07.17 Минтранс попробовал отвлечь внимание от проекта о платности всей ручной клади
    [an error occurred while processing this directive]