Кофе с ромом в Новом Свете



    На рынке туристических услуг сегодня изобилие. Если попытаться классифицировать предлагаемые туры, можно среди прочих выделить экскурсионно-исторические, знакомящие с мировым культурным наследием и историей древних цивилизаций; экологические, позволяющие прикоснуться к тайнам природы и узреть её чудеса; пляжные, дающие прекрасную возможность крепко есть, сладко спать, нежиться на солнце или в водах тёплого океана. "Но можно же всё это совместить в одном путешествии" - так наивно думали мы, выбрав двухнедельный вояж по странам Центральной Америки.

    Как-то сразу не задалось. Рейс Москва-Мадрид задержали почти на два часа, а у нас на стыковку с Мадрид-Гватемала отведено всего полтора. Причём в Москве долго не пускали на борт, в зале вылета люди в форме авиационных техников о чём-то долго беседовали с экипажем, показывая какие-то бумаги. Потом нас, наконец, посадили, мне досталось место у крыла самолёта, и я мог наблюдать в иллюминатор, как к крылу самолёта подъехал какой-то диковинный аппарат, обрызгал крыло розовой пенящейся жидкостью, позже её смыли водой и стали открывать-закрывать закрылки. Все эти действия наталкивали на очевидную мысль, с самолётом что-то не то, но долетели нормально, даже наверстали час в полёте, правда, пару раз попали в зону турбулентности, что, учитывая всё вышесказанное, настраивало на мысли о вечном и бренности существования.

    На стыковку у нас ушло пятнадцать минут, благо прилёт-вылет осуществлялся из одного терминала. Мировой кризис внёс свои коррективы в работу авиакомпаний. Iberia стала кормить меньше и реже, уменьшила объём выдаваемых бутылочек с вином и баночек с пивом и колой, и даже, ну не смешно ли, размеры влажной салфетки, приложенный к обеденному набору.

    Следствием таких стремительных перемещений была быстрая доставка до конечной точки. В восемь утра мы ещё в Москве, а в пять вечера того же дня уже в Гватемале, столице государства с тем же названием. Понятно, нужно учесть ещё разницу во времени в 10 часов, из-за этой разницы мы практически никакие, поэтому, заселившись в пятизвёздный Barcelo, валимся на кровати и мгновенно засыпаем. Разница во времени делает своё чёрное дело, просыпаюсь я ни свет, ни заря и маюсь от безделья до 6 утра – время начала завтрака.

    Это позже я узнал, что в отеле есть прекрасный тренажёрный зал, работающий круглосуточно, где с пользой можно коротать врем перед завтраком. Питание по нашему турпакету одноразовое с редкими дополнительными обедами, поэтому на завтраке стоит задержаться подольше. В Barcelo он стандартно интернациональный: сыр, ветчина, сосиски, омлет, делаемый по желанию клиента с различными добавками, тушёное мясо, красная рыба, рис, свежие тропические фрукты, плюс местная специфика: жареные бананы, хоть и другого недесертного сорта, они даже называются по-другому "platanas", все-таки неприятно сладковатые, кроме бананов зеленоватое пюре из авокадо и тёмное фиолетово-коричневое из чёрной фасоли, любимейшего пищевого ингредиента всей Центральной Америки, где самое популярное блюдо – рис, тушёный с этой самой фасолью.

    Что особенно запомнилось и порадовало – обилие свежевыжатых соков, их предлагалось чуть не больше десятка. Холодные запотевшие кувшины были выстроены в форме усеченной пирамиды. В середине, в самом сердце этого царственного великолепия расположился самый почитаемый, его величество Апельсиновый сок, который окружали многочисленные родственники: грейпфрутовый, лимонный, отпрыски: апельсиновый с ананасом, с гуавой, даже с огурцом и приближённые: арбузный, дынный, ананасовый, из папайи, ну и так далее..

    Культурная программа начинается со знакомства с городком Чичикастенанго. Для этого нам подан автобус с водителем и англо-говорящим гидом. Гида зовут Хулио, это удобно, если вдруг что-то идёт не так, где-то опаздываем, куда-то не успеваем нужно громко с выражением произнести его имя, и на душе легчает, и ситуация выправляется. Хулио делится с нами основными сведениями о стране.

    Гватемала самая густонаселённая страна Центральной Америки, проживает там порядка 10 миллионов человек, из них около 60% индейцы, 30% метисы или, как они сами себя называют, "ладино", заменив почему-то глухое мягкое "т" на твёрдое "д", потомки несгибаемых конкистадоров и уступчивых индианок. Таким образом, если Мексика – страна мёртвых майя, а также ацтеков, ольмеков, но сейчас не об этом, то Гватемала – страна майя живых, причём не только майя, но и других многочисленных индейских племён, каждое со своим языком, которых мы и едем наблюдать в Чичикастенанго, поскольку там каждый четверг и воскресение проходит многолюдная индейская ярмарка.

    Гватемала – республика, президент избирается на четыре года, причём может находиться на своём посту только один срок, казалось бы, демократично, но тоже не решает всех проблем. В одной из гватемальских газет была едкая карикатура на описанную систему, на которой изображён старый ржавый автомобиль и подпись "водителя меняем каждые четыре года, почему же машина не едет?". Кстати о езде, дороги в Гватемале, не смотря на сложный рельеф, отменные. Хулио в возрасте, ему за 60, и видимо в следствие этого аполитичен. По его словам в Гватемале несколько десятков политических партий-близнецов, состоящих из коррупционеров, пекущихся о своём, а отнюдь не народном благе, тоже относится к дорожной полиции и адвокатам, которых даже называют "адвоганами", то есть адво-гангстерами.

    Наконец мы приехали, народу действительно много. Подавляющее большинство в ярких праздничных одеяниях, начинается "святая неделя" перед пасхой, и позже мы становимся свидетелями красочного зрелища - переноса статуй святых из одного храма в другой, шествие сопровождается взрывами петард, индейцы сумели внести в скучное католичество свою свежую струю. Крупных храмов в Чичекастенанго два, один расположен на востоке, другой на западе, в одном крестят, в другом отпевают. Интересно отличие свечек "за здравие" и "за упокой". За здравие ставят в специальное место на полу храма две свечки вместе, а за упокой только одну, поскольку одна из свечей символизирует душу, другая тело, разрушаемое смертью. В "восточном" храме замечаем два практически неразличимых распятия, расположенных рядом. Хулио поясняет – это для индейцев, это для "ладинос". Чем отличаются – спрашиваем – ничем.

    Между тем ярмарка идёт своим чередом, народ всё пребывает. Становится реально тесно, приходится продираться сквозь толпу, будь с нами Остап Бендер, он бы крикнул своё бессмертное "Шура, берегите карманы". Однако никаких посягательств не зафиксировано, не тот у народа менталитет. Вообще, индейский характер заслуживает уважения и лично мне симпатичен, они основательны, непреклонны, сдержаны, их торговцы не так навязчивы, вообще производят впечатление людей искренних. Похоже, именно это их и погубило во времена конкисты. Путешествуя по дорогам Гватемалы, как-то остановились для панорамного фотографирования и возможной покупки сувениров. К товарищам по группе подошла индейская девочка лет пяти, предлагая купить у неё кукол из разноцветных ниток. Её захотели сфотографировать, она потребовала за это доллар, её сфотографировали, а в уплату дали карамельку. Судя по состоянию одежды и степени умытости, девчушка, мягко говоря, не купается в роскоши и не избалована сладостями. Тем не менее, вручённая конфета была с презрением брошена на дорогу. У ребёнка ещё мягкие пухлые ручки, но уже стальной характер.

    Наблюдать за ярмаркой интересно, делая живописные снимки, но нужно и поучаствовать. Глаз в этом буйстве красок останавливается на деревянных масках животных и людей, окрашенных в невообразимые тона. Конечно много среди этой продукции сделанных по шаблону бездушных сувениров копированных и перекопированных, но попадаются и маленькие шедевры наивного искусства, создать которые может только ребёнок или человек с чистым и светлым не замутнённым цивилизацией мировосприятием. Выбираю, не спрашивая о цене, понравившиеся пять масок, после этого начинаю торг. В аэропорту для такого дела поменял часть долларов на местные кетсали. Кетсаль название "маленькой, но очень гордой птички" яркой необычной раскраски, играющей важное, почти сакральное значение в индейских сагах. Вначале мы решили, что подобно лохнесскому чудовищу или единорогу, она чисто мифическое создание, ну или давно истреблена. Поскольку, как нам объяснили, в Гватемале она водится только в одном заповедном лесу, и увидеть её можно только на рассвете в подзорную трубу, проведя всю ночь в засаде. Потом в Коста-Рике нас переубедили, рассказав о месте, где за умеренную плату этих кетсалей показывали, но наш маршрут пролегал по другим дорогам. Курс кетсаля к доллару примерно восемь к одному, в аэропорту чуть меньше, в обменниках Чичикастенанго чуть больше. В принципе можно было валюту и не менять, доллары берут практически везде, но с кетсалями появляется люфт для более тонкой торговли, а, кроме того, можно сэкономить на чаевых. В итоге длительного торга удаётся отбить что-то около сотни кетсалей с начальной цены. Перемещаемся в сторону продуктовых рядов, по дороге берём ещё пару деревяшек, но долго торговаться уже неохота, поэтому сразу снижаем цену вдвое и берём предмет только тогда, когда продавец кидается вдогонку, согласный на наши условия.

    Подходим к пожилой индианке, она продаёт манго двух видов. Спрашиваем о цене, хотя могли бы и не спрашивать, живой классик всё предвидел заранее. Большие шли по, читатель догадался?!, пять, а маленькие по три. Те, что по пять были очень большие, очень спелые и ароматные, но по пять… А по три маленькие, волокнистые, но по три… Но главное, всё сегодня. Памятуя о буридановых муках Романа Карцева, взяли и тех и других, дополнив гроздью красных бананов. Видели такие в Африке, там они называются "бананы для белых, но тогда попробовать не удалось. В принципе на вкус ничего особенного – бананы и бананы, достаточно сладкие, но без приторности, чуть более плотные, видимо лучше хранятся, не превращаясь в кашу. После ярмарки нас ждёт обед за наш же счёт. Хулио долго ведёт нас к двухэтажному зданию колониального стиля, и мы подобно испанским конкистадорам вкушаем пищу на террасе второго этажа, смотря свысока на снующих где-то внизу людей, порабощённых крестом и мечом. На обед взяли какое-то комплекс, включавший, фасолевый суп, немного, но приятно, и приготовленное на гриле мясо с гарниром. Гарнир состоял из всё того же риса, авокадо- и фасоль-пюре с воткнутым туда чипсами. Еда как еда, ничего особенного, ещё были поданы лепёшки - тортильяс из кукурузной муки с непривычным и не очень приятным привкусом. Всё это плюс пиво обошлось в районе 15 долларов на двоих.

    Дальше наш путь лежал в сторону Атитлана, так называются большое высокогорное озеро и один из вулканов, это озеро обрамляющих. По дороге заезжаем в несколько небольших городков, где живут индейцы, но других племён, это мы заключаем по их одёжке, отличной от уже нами виденной. Посещаем индейское кладбище. У них не принято хоронить в земле, для покойников побогаче сооружают склеп, а тех, кто победнее, кладут в специальные бетонные "ящики", составляя из них внушительные прямоугольные конструкции, чтобы оживить, ой, получилась двусмысленность, это унылое архитектурное однообразие, бетонные усыпальницы красят в разные весёлые цвета: синий, зелёный, розовый… Каждый цвет что-то означает. Один из цветов, допустим зелёный, символизирует удачное путешествие. Куда – спрашиваю я гида, в Парадиз – отвечает он. А что означает розовый, продолжаю допытываться я. Успех в делах, без запинки отвечает Хулио. Где, в Раю, недоумеваю я. Впрочем, каждая религия большей частью состоит из необъяснимого. Наконец пребываем на место, наш маленький уютный отель на самом берегу озера. Небольшая территория вокруг засажена деревьями и цветами, посему гордо называется садом птиц. Там действительно ходит пара павлинов, пощипывая травку и расставлены клетки с туканами и несколькими видами попугаев. Разноцветные Ара на полусвободном режиме. Их запирают на ночь, а днём позволяют бродить по дорожкам, взлетать на деревья и позировать отдыхающим. Поскольку их обильно кормят, они никуда не улетают, речь, понятно, о попугаях, не об отдыхающих, которых как раз, это выяснилось позже, кормят не очень, во всяком случае не обильно. А ещё в сад залетают попить цветочного нектара колибри. Перемещаются они мгновенно, пугаются любого шороха, но если двигаться по тропинкам тихо, внимательно смотреть по сторонам и иметь хорошую фототехнику, можно запечатлеть их на память. Поскольку озеро высокогорное, с вечером пришла прохлада, холодной показалась и вода в бассейне, поэтому мы предпочли ему тёплое джакузи. Вид оттуда на озеро и вулканы открывался просто волшебный, и мы просидели в тёплых струях не меньше часа, запивая впечатления заказанными дайкири и махито, тот и другой на основе рома, самого популярного алкогольного напитка Центральной Америки. Как не тяжело было, но переборов себя, выскочил из этого рая, чтобы сбегать в номер за фотоаппаратом и заснять открывающееся взгляду чудесные пейзажи в багровых закатных тонах.

    Следующий день целиком посвящён Антигуа, городу со славной историей, когда-то столицей испанской колонии, куда кроме Гватемалы входили южные штаты Мексики, Гондурас, Сальвадор, Белиз, Никарагуа и Коста-Рика. Город пережил 16 землетрясений, одно из них в 1776 году и явилось причиной переноса столицы Гватемалы из Антигуа в теперешнюю. О богатом историческом прошлом сегодня напоминают основательные мостовые, приземистые низкие домишки, крашенные разноцветными красками, каменные галереи с двухъярусными аркадами в колониальном стиле, обилие церквей, часть из которых разрушена, построенных в барочном стиле, да внушительная плаза Майор, центр любого крупного города, находившегося под властью испанской короны. Весьма живописным фоном городским постройкам служат обрамляющие город вулканы Агуа, Феуго и Акатенанго.

    Когда-то описываемый тур был спланирован так, что знакомство с Антигуа приходилось на канун пасхи, вот это, наверное, было зрелище. А так неспешное хождение по мостовым, все церкви были закрыты, осмотр фасадов, будящих своей похожестью приятные воспоминание о перуанском Куско и других городках нового света, заложенных испанцами в шестнадцатом веке и не превратившихся в мегаполисы.

    Кроме шатания по улицам заглянули в магазин или, как там говорят, фабрику джада, он же нефрит, который доколумбовские индейцы ценили выше золота. Судя по ценам, приоритеты практически не изменились. Посетили художественный салон, были интересные работы, в основном антигуанские пейзажи, часть в наивном, часть в импрессионистическом стиле. Цены кусались, а позже выяснилось, что эти работы даже не уникальны, точь-в-точь такие мы встретили в магазине аэропорта на вылете из Гватемалы.

    Пообедали в типичной латиноамериканской закусочной, старые столы и стулья тёмного дерева, такая же барная стойка, белёные стены с зеркалами, расширяющими пространство. Главным козырем выбранного заведения была поразительно дешёвая цена за литровые бутылки местного пива Gallo (петух), пиво оказалось вполне приличным, также как и свежеприготовленная еда, мы вновь отдали предпочтение говядине, точнее той части коровьей туши, которая здесь называется lomo. С большим трудом и посторонней помощью нашли алкогольный магазин, такое ощущение, что он в Антигуа один единственный, где, наконец, смогли приобрести гватемальского рома, выбор остановили на его золотой разновидности. Покупка в силу того, что мы не успели посетить, как планировали, алкогольный магазин в мадридском аэропорту, была очень ценна и позволяла вечером неспешно переваривать дневные впечатления под стаканчик рома с колой и льдом и тарелочку свежих фруктов.

    Следующий день нам казался одним из самых важных. Нас ждал перелёт в городок Флорес на север Гватемалы, близь которого находился один из самых больших и самых знаменитых, после Чичен Ица, городов древних майя - Тикаль. Особенностью Тикаля являлось также то, что расположен он был посреди тропического леса. Уникальность этого природного заповедника и заключённых в нём исторических развалин оценило Юнеско, включив и то и другое, случай небывалый, в список мирового наследия. Ранний выезд из отеля в аэропорт. Неприятно удивил размер аэропортовского сбора – 40 долларов, это за внутренний перелёт длительностью чуть больше часа. В принципе, чтобы увидеть чудо, никаких денег не жалко, но жгла обида на принимающую сторону, поскольку с летевших туда же американцев взяли долларов по шесть. Поинтересовался у служителей, они завели песню о том, что у нас электронные билеты, а у них нет, ладно, не будем грустить по пустякам.

    Зато загрузили нас в турбовинтовой самолётик мест примерно на 60, три кресла в ряду, разделённые проходом, без всякого досмотра и даже угостили в полёте баночкой колы и пакетиком чипсов. Нас встречают и разбавив нашу небольшую группу двумя парами американцев со своим гидом, везут на место. Два раза останавливаемся по дороге. Первый раз, чтобы взглянуть на водную гладь озера Петен-Ица, второй, чтобы сфотографировать замеченных в кронах обезьян, обезьяны высоко, солнце напротив, снимки получаются не очень.

    Пребываем на место, гид ведёт нас к макету Тикаля и показывает маршрут путешествия, в общей сложности нам нужно будет пройти порядка 5-7 километров, чтобы ознакомиться с главными достопримечательностями. Проходим мимо пруда с выводком черепах и замаскированным, различимы только спинные гребни, крокодилом и углубляемся в джунгли. Небольшой трекинг по пересечённой местности и мы выходим на столбовую дорогу. Первое, что привлекает наше внимание, – гигантское дерево, здесь оно называется seiba, в английской транскрипции silk cotton tree за то, что семена, появляющиеся раз в несколько лет, снабжены подобно нашим тополям пухом, напоминающим хлопок или шёлк. Мощный голый ствол серого цвета переходит в мощную крону толстых веток заселенных бромелиями, кажется на фоне сине-голубого неба раскинул свои щупальца гигантский паук, ткущий паутину облаков. А вот и первые археологические объекты, для начала взбираемся на невысокую пирамидальную платформу, с неё видны лишь кроны деревьев и верхушка ближайшей пирамиды.

    Эта самая знаменитая и наиболее часто тиражируемая в открытках и буклетах пирамида Ягуара. К ней и отправляемся, фотографируем её со всех сторон и ракурсов. Подняться на неё нельзя, зато можно подняться на пирамиду напротив и на постройки сбоку. Всё перечисленное ограничивает большую прямоугольную площадь и составляет наиболее впечатляющий архитектурный ансамбль, или как пишут в путеводителях, сердце Тикаля. Кроме пирамиды Ягуара, заслуживает упоминания Храм Масок, названный так из-за нескольких каменных изваяний, отрытых здесь, представляющих собой устрашающие индейские лица-маски. Побродив по живописным развалинам, отправляемся дальше к самой высокой пирамиде Тикаля семидесятидвухметровой пирамиде Двуглавого змея.

    По дороге фотографируем сидящих на ветках диковинных птиц, одна из которых очаровательный тукан с разноцветным клювом. Подъём на пирамиду осуществляется не по каменным ступеням её центральной лестницы, ведущей к храму на вершине, это опасно, все пирамиды Тикаля очень крутые, гораздо круче Чичен-Ицевских и Теотиуакановских, речь не о впечатлениях, а лишь о градусе наклона, да и труд реставраторов нужно пожалеть. Мы видели, что собой представляют не отреставрированные пирамиды, а таких в Тикале ещё много, это в худшем случае просто каменная горка, густо поросшая деревьями, а в лучшем лестница пирамиды, оставшаяся нетронутой с майских времён, больше напоминает склон, подвергшийся обильному камнепаду. Итак, на пирамиду Двуглавого Змея, также как и на другие, исключая первую малоценную и сравнительно невысокую платформу, там мы шли по подлинным каменным ступеням, поднимаемся по деревянной лестнице, специально для этой цели сооружённой. Жарко, тяжело, но охота, как известно, пуще неволи.

    Отдыхая на полдороге, замечаем в кроне деревьев довольно крупных чёрных обезьян. Они тоже отдыхают и, поскольку укрыты густой листвой, на нас никак не реагируют. Вид с вершины самый грандиозный – голубое бездонное небо да бескрайнее море джунглей, зелёный ковёр, сквозь который просвечивают серые стволы и ветви "сейб", кое-где полыхают костры цветущих оранжево-розовым деревьев другой породы, да вершины пирамид и храмов, здесь они как на ладони. Для полноты картинки не хватает какой-нибудь мелкой, но живописной детали. А вот и она – пара кружащих, нет не кондоров, птиц чуть помельче каких-нибудь орлов-ястребов, но тоже впечатляет.

    Тикаль, а точнее "тик"аль" в переводе с майянского - место, где слышны голоса духов, экономный язык, ничего не скажешь, возник в 7 веке до нашей эры, в 5-9 веках уже нашей эры выбился в основные индейские мегаполисы. Его население по разным оценкам составляло от 100 до 200 тысяч человек. Тогда он, кстати, назывался Йаш-Мутуль – зелёная связка, а сегодняшнее название получил, видимо, уже после десятого века, когда был полностью заброшен жителями. Почему, до конца осталось неясно, и на этот счёт существует несколько версий. Наиболее экзотичная – уменьшение солнечной активности, которое дурно повлияло на гормональную активность индианок и, как следствие, на их плодовитость. А вот несколько более прозаических из возможных причин упадка – сильные землетрясения, засуха, эпидемии лихорадки и малярии. Наиболее популярная версия, возможно, в советской исторической науке – ряд народных восстаний и внешняя интервенция.

    Первые упоминания испанских авторов о руинах Тикаля относятся к XVII веку, а в 1848 году была организована первая научная экспедиция для их исследования, в 1979 году национальный парк Тикаля включён в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Постройка наиболее впечатляющих пирамид-храмов Тикаля относится к VIII веку, это было установлено благодаря русскому учёному Юрию Кнорозову, расшифровавшему майанские иероглифы и замечательно-четкой системе счисления майя. Они, кстати, первыми додумались до изображения нуля. Первые исследователи Тикаля перенумеровали главные пирамиды римскими цифрами, а археологические комплексы латинскими буквами, и только позже наиболее значительные объекты получили собственные имена. Кроме уже помянутых Двуглавого змея и Великого ягуара, можно привести в пример комплекс построек с поэтическим названием Mundi Perdido, "затерянный мир", если перевести.

    Недалеко от этого самого мира мы поднялись на ещё одну пирамиду, она пониже Змея, но поскольку очищена от подступающих джунглей, ощущение высоты значительно острее. Многие даже бояться спускаться с неё, помним, что подъём-спуск ведётся по специально сколоченным деревянным лестницам, передом, а спускаются задом, чтобы не видеть далёкую землю.

    После экскурсии был обед и дорога в аэропорт с обязательной остановкой у сувенирного магазина, где можно было приобрести резные фигурки, довольно тонкой работы и довольно высокой цены, маски, в том числе и из нефрита, а также прочие "колониальные" товары. В магазине был установлен автомат, угощающий всех желающих крепким ароматным кофе. Да, кофе в Центральной Америке умеют готовить превосходно, а вот чай не умеют готовить вообще, тот, что предлагают, пить практически невозможно.

    Обменялись с женой мнением об увиденном за день. Безусловно, впечатляет, но ожидали большего, несколько однообразно, пирамиды похожи одна на другую, постройки уныло прямоугольны. Увы, с накоплением груза впечатлений, каждому новому поразить и взволновать всё труднее.

    До перелёта в Коста-Рику нам оставался ещё двухдневный вояж по памятным индейским местам с посещением городов-памятников Киригуа и Копан, последний, кстати, находится в другом государстве с поэтическим для Аркадия Арканова названием Гондурас. У нас новый гид и новый водитель. Гид представился на английский манер "Энтони", мы же переделали все свои имена сообразно моменту на испанский лад. Энтони, которого мы чаще звали Антонио, поделился с нами ещё кое-какой новой полезной информацией. Он напомнил нам, что выборы столицы зимней олимпиады 2014 проходил именно в Гватемале, причём вроде бы ВВП жил в той же гостинице, что и мы. Говорил, что население долго смеялось над выбором Олимпийского комитета места проведения жеребьёвки, меньших знатоков зимних видов спорта, чем жители Гватемалы, найти трудно.

    Наши, чтобы как-то просветить народ, привезли с собой оборудование, для создания искусственного катка, который и открыли на тридцатиградусной жаре, каких это потребовало энергетических затрат и, соответственно, финансовых ресурсов, история умалчивает. Имеется альтернатива, можно посетить сначала Копан, а на следующий день, так по программе, Киригуа. Можно сделать рокировку и первым осмотреть Киригуа, это позволит нам сэкономить немного свободного времени и раньше вернуться в Гватемалу, поэтому так и поступаем. По дороге, а она неблизкая, обедаем в заведении типа столовки советских времён, подносы, тётки на раздаче, но еда сносная, особенно радует суп из чёрной фасоли.

    Кстати, по цене получается примерно так же, как и в каком-нибудь небольшом уютном ресторанчике с обслуживанием. Добираемся до места, Киригуа, по майанским меркам, город сравнительно молодой, основан выходцами из Копана во 2-й половине 7 века н.э. Какие-то поселения тут были и раньше, некоторые источники называют второй век нашей эры, но свою известность Киригуа снискал, когда выбился в процветающие, независимые города-государства.

    Это случилось в середине восьмого века, майя тогда уже "загнивали" в своей пышной декоративности и творили из камня совершенно невообразимые вещи. Постройки Киригуа ничего особенного и выдающегося из себя не представляют, а вот четырёхметровые четырёхгранные стелы уникальны, прекрасны и ни с чем не сравнимы. Для них специально расчищена от леса прямоугольная поляна, где они и стоят под навесами из пальмовых листьев, с каменным спокойствием наблюдая за суетящимися вокруг туристами. Каждая стела это хорошо сохранившийся скульптурный портрет вождя, царя или правителя, называйте как хотите, в парадном облачении, с атрибутами власти в руках, а на голове невообразимая шлем-корона, представляющая собой маску с изображением какого-нибудь мифического существа.

    Это только с одной парадной стороны стелы, а на трёх других сторонах всё покрыто вязью таинственно-прекрасных иероглифов и причудливым каменным орнаментом так, что на камне буквально живого места не остаётся. Кроме высоких прямоугольных стел имеются и внушительные округлые камни, столь же богато украшенные резьбой. Причём часть из них – зооморфы, то есть напоминают головы или тела фантастических животных, часть антропорфы, эти с людскими портретами. Я написал, что сравнить увиденное ни с чем нельзя, сравнить нельзя, но сравнивать то можно. На мой взгляд, больше всего эти изваяния похожи на работы индийских или камбоджийских каменных дел мастеров, так что ошибка Колумба имела под собой солидное основание. Для подтверждения выдвинутой гипотезы, я разослал нескольким друзьям фотографии, сделанные в поездке, с вопросом "где я, собственно, был", большинство ответило – в юго-восточной Азии.

    Во второй половине дня пересекаем границу Гондураса, в память об этом историческом событии нам ставят в паспорта красивые памятные печати, мне почему-то на отдельную страницу, с изображением воина майя. Собственно на гондурасскую территорию мы проникаем неглубоко, всего на какие-то 13-14 километров. Но этого достаточно, чтобы обозреть бескрайние, когда-то собственность пресловутой United Fruit Company, надвигающиеся ровными рядами банановые плантации, где все плоды на ветвях, если так позволено говорить об этом травянистом растении, аккуратненько укутаны от птиц в голубые полиэтиленовые пакеты. Действительно, Арканов был прав, сплошные бананы и никакого рабочего класса. Кстати эту самую его песенку, точнее припев, поскольку рифмы при переводе не пострадали, мы исполнили нашем гиду Энтони на английском языке, не знаю, понял ли он весь её скрытый глубокий смысл.

    Honduras, Honduras
    In the hearts of all of us!
    Honduras, Honduras
    Where is your working class?<

    Предназначенный нам отель был расположен близко от исторического Копана, зато далеко от современного. Это значит, в город никуда не выбраться и коротать свободное время в отеле. Слава богу, там есть бассейн с холодноватой водой, но у нас ещё остался ром и немного колы, а также джакузи, где вода тёплая даже через чур.

    Для осмотра руин Копана нам придают местного сертифицированного англо-говорящего гида с нехарактерным для латиноамериканцев именем Саул. Он бывший рокенрольщик, но дело своё знает и рассказывает увлечённо. Копан, безусловно, входит в список самых известных городов майя, а в списке том не более десятка наименований, просуществовал где-то с 5 по 12 века нашей эры. Копан означает мост на одном из индейских языков, так его поименовали жители, пришедшие сюда, после того как майя свой город покинули. Перед входом в парк руин замечаем стайку разноцветных попугаев ара. Они свободно перелетают с дерево на дерево, являя взору сине-красно-жёлтое буйство красок, попугай в полёте гораздо живописнее сидящего на ветке собрата. Спрашиваем, дикие ли это попугаи, нас заверяют, что да, хотя лукавят, замечаем и кормушки и открытые клетки. Похоже, эту стаю специально сюда завезли для потехи туристов, но "домашними" этих попугаев тоже не назовёшь, они свободны в перемещении, их крылья не подрезаны, другое дело, зачем улетать от корма и крова.

    Впрочем, хватит о ярком, но сиюминутном, перейдём к вечному, пусть временами и тусклому. Архитектурно Копан более разнообразен, чем уже виденное. Тут есть прекрасно сохранившаяся площадка-стадион для игры в мяч с трибунами для зрителей, вторая по размеру из существующих, понятно речь о священной игре древних майя, современные стадионы не в счёт, хотя один из наших туристов поинтересовался в какую игру тут играли индейцы, в футбол или баскетбол. Одна из главных достопримечательностей Копана – Акрополь, целый комплекс разнообразных построек пирамидального, но не только, типа на общем основании, кстати, Копан иногда называют Майанскими Афинами.

    Южнее Акрополя расположено "кладбище", я поставил кавычки, так как оказалось, что многочисленные каменные сооружения, принятые первоначально за гробницы, оказались особняками знати, и место это не что иное, как Копанская Рублёвка. Там Саул нам поведал о традиции майанской знати туго бинтовать головы своим детям для придания головам особой, отличаемой от простолюдинов, вытянутой формы, так что изображения майя не гиперболизация, а точные портреты. Да, похоже курение табака не единственное зло, завезённое Колумбом из Нового света, привычка народов выбирать себе правителей, у которых не всё в порядке с головой, тоже отсюда. Акрополь соседствует с ещё одной важнейшей и крупнейшей копанской достопримечательностью - главной площадью, названной исследователями Гран-Плаза. На этой площади установлено несколько стел, подобных, но всё же чем-то уступающих, киригуанским, несколько алтарей, небольшая пирамида, на которую можно забраться. Одной из границ Гран-Плаза служит так называемая Иероглифическая лестница, состоящая из 63 массивных каменных ступеней, покрытых иероглифами.

    Как уже сообщалось, главная заслуга в дешифровке письменности майа принадлежит русскому учёному Юрию Кнорозову, причём история дешифровки полна тайн и загадок. По легенде в 1945 году в поверженном Берлине советский солдат Кнорозов спас из огня, охватившего библиотеку, две книжки "Сообщение о делах в Юкатане" францисканского монаха XVI века Диего де Ланды и "Кодексы майя" в гватемальской публикации братьев Вильякорта. Почему призванному в армию студенту истфака, занимавшемуся в университете Древним Египтом, попались в руки и заинтересовали именно эти книги, позволившие в конечном итоге прочесть тексты древних майя, неизвестно. В таких случаях сейчас говорят, божий промысел. Неужели промысел того самого бога, именем которого столько тех самых текстов пожгли и уничтожили. Позже выяснилось, что части, в которых служил Кнорозов во взятии Берлина не участвовали, а сам он встретил победу телефонистом 158-го артиллерийского полка резерва ставки главнокомандующего, расквартированного под Москвой. Сам учёный о тех далёких годах вспоминать не любил, лишь однажды пояснив, что доставшиеся ему книги лежали в ящиках подготовленной для эвакуации немецкой библиотеки и оттуда были взяты советскими офицерами. Впрочем, это не тема нашего повествования, вернёмся в древний Копан, на ступени иероглифической лестницы, куда, конечно, не пускают, а всё сооружение находится под укрывающим от непогоды огромным тентом. Что же написано на этих ступенях, спросили мы Саула. Это неизвестно, ответил он. Как, удивились мы, ведь благодаря русскому учёному Кнорозову письменность майя расшифрована. Он начал оправдываться, что расшифрованы только отдельные иероглифы и надписи. Вот тут он заблуждался, нельзя сомневаться в русском гении, невозможность дешифровки самый длинной надписи на памятниках майя лежит не в несовершенстве криптографии, а в несовершенстве реставрации. Лишь первые 15 из имеющихся ступеней были раскопаны в первоначальном порядке, остальные же 48 сложены произвольно.

    Прежде чем пуститься в обратный путь, заглянули в сувенирный магазин. Выбрали пару сувениров, поторговались, впрочем без особого успеха, а сдачу в один доллар попросили выдать в местной валюте. Нам надавали бумажек совокупной ценности 18 "лемпирас", мы попросили одну из бумажек заменить монетами, на что нам ответили, что набор монет стоит два доллара, факт интересный, поскольку номинально приобретённая нами "бумага" стоит в десятки раз дороже монет, продающихся за 2 доллара. В Гватемалу мы, как и было намечено, вернулись сравнительно рано, отдохнули, привели себя в порядок, посетили местный минимаркет, где закупили понравившейся ранее сальсы, соуса из зелёного жгучего перчика, а потом отправились отмечать отвальную в разрекламированный гидом ресторан гватемальской кухни с несколько неожиданным названием Какао. Нас обслуживали предупредительные официанты в национальной одежде, только мы не разобрались, в одежду какой именно национальности они были одеты. Мужчины в специфически повязанных цветных платках и передниках чем-то неуловимым напоминали бедуинов. Впрочем, наверное, также ходили либо неизученное нами племя индейцев, либо первые поселенцы старого света. Заказали себе по фирменному блюду с одноимённым ресторану названием. Гарнир всё тот же, фасоль, рис, чипсы, авокадо, к нему пара солидных сочных кусков мяса-гриль разного цвета, поскольку готовились с разными добавками, да пара сосисок-гриль, которые в фирменном блюде нам показались неуместными. Еда качественная, но ничего выдающегося, что касается цены, то она где-то вдвое выше пробованного ранее. Вернувшись в отель, благополучно избавились от остатков гватемальского рома, поскольку кола кончилась раньше, пришлось его запивать кофе, благо в номере имелась электрическая кофеварка и ежедневно пополняемый запас этого порошка.

    Утром нас отвезли в аэропорт. Зарегистрировавшись на рейс до Сан-Хосе, столицы Коста-Рики, отправились гулять по магазинам беспошлинной торговли. Приобрели пару пакетов гватемальского кофе в зёрнах, упакованного в красивые платяные с индейским орнаментом мешочки, да пополнили запас рома. В этот раз свой выбор остановили на ямайском белом роме, "ямайским ромом пахли сумерки", как тут устоять. Кроме рома пришлось взять и текилы, уж больно выгодные условия предлагались – одну бутылку берёшь, вторая в полцены. Долетели мы без приключений, наблюдая под крылом самолёта вместо "зелёного моря тайги", голубые воздушно-океанические пейзажи с конусами курящихся внизу вулканов. Без приключений – это относилось к нам с женой, но не к оставшейся части нашей маленькой группы, отцу с двумя дочерьми на выданье. Дело в том, что накануне по дороге из Гондураса в Гватемалу наш автобус остановился у придорожного рынка фруктов. Мы с женой, не торгуясь, взяли небольшие дыньку с арбузом, да и что там торговаться, цены и так невысокие, а выигрыш в пределах чаевых носильщику, снижать то, что и так отдают почти даром – себя не уважать, но наши товарищи по туристическому счастью рассуждали иначе. Затратив всего каких-то десять минут на торговлю, они вернулись с увесистым пакетом манго. Вот, наставлял мудрый отец, неопытных дочерей, нужно знать, где и что покупать, здесь я взял вдвое дешевле, чем вы на базаре в Чичикастенанго. В итоге наши арбуз с дыней были благополучно съедены вечером, для того и покупались, а взятые по дешёвке манго отправились в международный полёт и были подчистую конфискованы коста-риканской таможней. И Гватемале и Коста-Рике фруктов не жалко, просто они боятся болезней растений, которые уже неоднократно добиравшись на фруктах из Европы губили местные плантации, поэтому ввоз фруктов на самолёте в эти страны категорически запрещён.

    В Сан-Хосе в гиды нам досталась хохлушка Ирина. Что-то женщин из "нэзалэжной" в рядах русскоговорящих гидов Латинской Америки подозрительно много. Мы уже сталкивались с подобным феноменом в Боливии, да и в Антигуа испанские монологи Хулио нам переводила выданная на день Людмила. Характерно, что у них у всех примерно одна и та же история. Познакомилась с будущим мужем, когда тот учился в России, уехала с ним на его родину, родила ему двух, тут возможны вариации, сыновей, после чего он показал своё истинное лицо, и с ним пришлось расстаться. А ещё их объединяет неистребимый оптимизм, в Коста-Рике с её Карибским лозунгом "don"t worry, be happy" он попал на особенно благодатную почву, своеобразное видение мировой истории и способность много говорить на любую тему, кроме экскурсионной. От Ирины, в частности, мы узнали о её предпочтениях в одежде, о видах её трудовой деятельности и местах проживания в Новом свете, о взаимоотношениях с мужчинами и любимой корове Кате Какашкиной, получившей свою фамилию из-за любви удобрять дорожку, ведущую от калитки к дому. Но это всё будет потом, а пока Ирина даёт нам ценное указание не подпускать к своему багажу, снующих вокруг нас сомнительных личностей, норовящих поднять наши сумки с асфальта в багажник микроавтобуса, ибо за каждое такое поднятие будет потребована плата не меньше 5 долларов. Причём многие из гильдии таких "добровольных народных носильщиков" до того тщедушны, что вряд ли самостоятельно смогут поднять тяжёлую сумку, но даже, если просто подержатся за багаж, помогая морально, будут требовать плату.

    Микроавтобус сразу везёт нас на обзорную экскурсию по городу, скоро стемнеет, надо спешить. По дороге узнаём, тут Ирина, надо отдать должное, не уклоняется от темы, что главная статья доходов Коста-Рики это не туризм (второе место), не кофе (четвёртое), а, кто бы мог подумать, электроника. А мы то недоумевали, как в пассажиры самолёта затесалась группа китайско-корейского вида в одинаковых непрезентабельных куртках защитного цвета. Оставшиеся не перечисленными основные статьи дохода Коста-Рики экспорт фруктов, в основном ананасов (пятое место) и экзотических растений и цветов (оставшееся вакантным третье). Причём, по словам Ирины, много растений идёт в Голландию, после чего хитрые голландцы перепродают их доверчивым клиентам как свои.

    Наша первая остановка у Музея золота. Нас заставляют пройти через металлодетектор, после чего требуют, чтобы я свою кепку переодел козырьком назад, это для того, чтобы видеокамерам, следящим в музее за посетителями, было видно моё лицо. Золотая коллекция в музее небольшая, но интересная. Золотые лягушки, крокодилы, мифические существа, немного украшений, всё интересной невиданной формы. Является ли это золото "доколумбовым" не знаю, уж больно подозрительно ярко блестят, но в любом случае, если не подлинники, то точные копии. Кроме золота в музее небольшой этнографический уголок. Осмотр этой экспозиции Ирина сопровождает своими неповторимыми комментариями. Глядя на образцы индейских тканей, она произносит: не знаю, откуда это тут, местные такие ленивые, да они и вязать то не умеют. Ничего они тут не выращивают – это уже комментарий к выставке злаков, которые индейцы возделывали до прибытия Колумба. Кстати, он побывал в этих местах во время своей четвёртой экспедиции. Он же и нарёк страну, увидев богатые приветственные дары туземцев. "Сosta rica" с испанского – богатый берег.

    Похоже, чтобы не сказал Колумб, всё превращалось в названия. Как-то искупавшись и поныряв в другом месте американского побережья, Колумб на вопрос команды "как оно", ответил односложно "глубоко", по-испански это звучит "honduras". Наибольший интерес у меня вызвала витрина с теми самыми, во всяком случае так было заявлено, бисерными бусами, на которые испанцы выменивали у индейцев золото и другие богатства. Поскольку сегодня и золото, и бусы находятся в соседних витринах, обмен можно считать равноценным. Ещё в музее выставлены чучела нескольких характерных представителей животного мира. Экспозиция организована не без выдумки. Стоит нажать на кнопку у названия животного, загорается лампочка, освещается самого зверя. Ирина и тут внесла свою ложку дёгтя. Показав на чучело обезьяны-паука, она сказала, что в музее всё неправильно, поскольку у этой обезьяны должно быть четыре пальца, а не пять. Конечно, у обезьяны любого вида четырёх пальцев быть не может, всё-таки мы с ними родственники, другое дело, что обезьяна-паук, прозванная так за активное использование хвоста при лазании по деревьям, прямо пятая конечность, хватается за ветки четырьмя пальцами, это и ввело в заблуждение не ведающую сомнений Ирину.

    Следующий объект изучения – национальный театр, выстроенный в неоклассической традиции, в Европе он бы конечно затерялся среди более именитых сородичей, но здесь является значительным архитектурным достижением. В зал пройти нельзя, поэтому довольствуемся осмотром фойе и буфета, атмосферой и интерьером переносящего лет на 80 назад. Выходим на центральную площадь. В Сан-Хосе наконец-то испанская пылкость победила индейскую сдержанность – парочки на скамейках обнимаются и целуются, но как-то вяло, жаркий климат и остатки индейской крови. Далее нас везут в сувенирные ряды, по утверждению Ирины цены там не высокие, но поскольку сувенир это овеществлённые воспоминания о путешествии, а в Коста-Рике особыми впечатлениями мы не разжились, сердце ничего не трогает. Тем более, что хитрые и ленивые костариканцы, используя достижения глобализации, выставляют на продажу сувенирные изделия чуть не со всего света, снабдив некоторые, там где это возможно, надписью "Costa-Rica" или "I love CR". Из местных производств отметим живопись на перьях, обычно попугаевых, но тоже как-то не зацепило. Темнеет, и нам пора в отель. Отель достался приличный, особенно впечатляет громадная стеклянная галерея, украшенная экзотическими растениями, куда выходят двери номеров на всех этажах, являя захватывающий вид каждому постояльцу, выходящему из своей комнаты. Ещё стоит отметить тренажёрный зал отеля, целый двухэтажный комплекс с кучей занимающегося там народа, неужели среди постояльцев настолько популярен здоровый образ жизни. После тяжёлого, можно сказать трудового, дня мы выбрали джакузи и находящуюся в непосредственной близости парную, сауной из-за влажности используемого пара её назвать никак было нельзя.

    Следующий день важный и насыщенный, нам предстоит пересечь чуть не пол-страны. Первый объект посещения – вулкан Ирасу. Вообще-то раньше в аналогичном туре предлагался к осмотру вулкан Поас. Это спящий вулкан с двумя огромными округлыми кратерами, в одном расположено озеро с водой небесно-синего цвета, в другом бьёт гейзер. Но не так давно в тех местах было землетрясение, завалило камнями дорогу, и вулкан некоторое время был закрыт. Поэтому в нашей программе заменили Поас вулканом Ирасу. Во время нашего посещения Поас снова открылся, но менять уже ничего не стали, всё-таки документ. Стоит отметить, что вулкан Ирасу тоже чрезвычайно интересен. Во-первых, он выше Поаса, 3431 метр против 2705, это самый высокий вулкан Коста-Рики, а во-вторых, озеро в его кратере, пусть и не такой правильной формы как поасовое, но совершенно невообразимого, яркого, насыщенного, изумрудного цвета, мы в полном восторге.

    А открывающиеся со смотровых площадок дали и глубины вообще неописуемы. На автомобильной стоянке нас ждала ещё одна интересная встреча с характерным представителем местной фауны – зверьком куати, по-русски биологически правильно его называть носухой. Забавный зверёк из семейства енотов с вытянутой, как читатель догадался, мордочкой и длинным хвостом. Куати смело идёт на контакт с человеком, становится на задние лапы, выпрашивает сладости, с удовольствием ест печенье, чипсы, конфеты, наверное, и что-то ещё, но экспериментально этот факт не был проверен. Поскольку Поас по мнению специалистов считается более красивым, нам в довесок к Ирасу добавляют Сады Ланкастера. Это тропический парк, где богато представлены орхидеи, они, как и везде, в силу своей исключительной капризности собраны в оранжерее, лишь отдельные нетребовательные к условиям обитания представители и, как следствие, скромной внешности растут на свободе. Есть в дендрарии и небольшой уголок кактусов, тут им несладко, слишком влажно, и заросли бамбука с китайскими беседками, но наибольший интерес, во всяком случае для нас, представляет кусочек сельвы – непроходимого тропического леса, иллюзия полная, по которому можно прогуляться, любуясь растениями и не страдая при этом от москитов и влажной удушающей жары. Потом нас везут на обед, тоже путь не близкий, Ирина критикует планировщиков маршрута, у которых гладко получается только на бумаге. Я запоздало заглядываю в программу и сообщаю Ирине, что у нас ещё запланировано "древнее археологическое поселение, сохранившее остатки города и следы потерянной культуры индейцев Центральной Америки". Да мы тут проезжали – ни секунды не растерявшись, спокойно отвечает Ирина, - я просто не обратила ваше внимание. Ни следов неловкости, раскаяния или тем более угрызений совести, её душевное спокойствие неколебимо. Пребываем на место обеда, небольшой построенный недавно отель, имитирующий колониальный стиль, шикарные пальмовые аллеи, стриженые лужайки, на одной из которых расположился небольшой четырёхместный вертолёт, беседки, увитые зеленью, всё дышит покоем и негой. Нас также неспешно обслуживают. Первое, второе, десерт и напиток можно выбирать из нескольких вариаций. Еда безупречна, а вот заказанный ананасовый напиток, хоть и красиво украшен звёздочкой-карамболем, явно содержит излишек воды, которая в процессе предательски отслаивается.

    До места ночлега тоже ехать порядочно. По дороге любуемся кофейными плантациями. Оказывается, кофе – культура капризная, растёт лишь на высотах от 500 до 1500 метров над уровнем моря. Коста-Рика в экспорте кофе по валу уступает Бразилии и Индонезии, по качеству же не уступает никому. Ещё попадаются заросли сахарного тростника и ананасовые плантации. Ирина ругает американцев, якобы они, плантации их собственность, чтобы избавиться от сорняков и добиться созревания ананасов в строго определённое время, травят коста-риканскую землю, она сказала "нашу", всякими химикатами, проникающими глубоко и надолго. Вообще, отношения Коста-Рики с США более чем дружественные. Американцы любят отдыхать на здешних пляжах, а Коста-Рика, надеясь на дядюшку Сэма, даже не имеет своей армии. Политическая система Коста-Рики стабильна, у власти постоянно правые. Лишь однажды левым удалось прорваться к вершинам политического олимпа, им удалось провести законы о бесплатности образования и медицины. На большее их не хватило, но принятые законы до сих пор действуют. Место нашего ночлега – подножие действующего вулкана Ареналь, известного, как написано у нас в программе, своими извержениями, которые происходят почти каждую ночь на протяжении уже 35-ти лет. Его вершина с одной из сторон украшена потёками раскалённой лавы, к сожалению, хотя некоторые бы могли подумать, что к счастью, не со стороны нашего отеля. Нас обещают отвезти на нужную стону, чтобы пронаблюдать за светящейся в темноте лавой. К сожалению, погода по дороге портится, начинает накрапывать дождь, вершина Ареналя закрыта облаками, и зрелище переносится Ириной на следующий день. Заселяемся в отель, который представляет собой скопище деревянных бунгало, утопающих в тропической растительности. Улицы этой деревушки разбиты, так кажется на первый взгляд, хаотично, виноваты особенности рельефа. Поэтому отыскать свой номер, задача, хоть и выполнимая, но довольно сложная, особенно в темноте. Договариваемся о времени выезда на завтра, у нас заказан кораблик в Каньо-Негро, там мы будем наблюдать за птицами, на 9.30, езды километров 50, поэтому Ирина предлагает выехать в 8.30, я, зная специфику туристических сборов, настаиваю на 8.00.

    В итоге выехали мы в 8.15, до этого я поснимал оказавшийся прямо перед нашей верандой, понятно, что на некотором отдалении, но вид изумительный, Ареналь в ласковых лучах восходящего солнца и пене смутившихся и порозовевших облаков. Потом сидение в кресле качалке с бокалом разбавленного колой и льдом рома или чашечкой кофе и взиранием на Ареналь стало нашим любимым отельным времяпровождением. На этот день у нас, кроме наблюдения за птицами, запланировано купание в горячих термальных источниках, нагреваемых всё тем же Ареналем. Между мероприятиями двухчасовая пауза, поэтому Ириа предлагает принять участие в канопи-туре, это когда подвешенный с помощью специальных приспособлений к тросу плавно скользишь над верхушками деревьев, наблюдая флору и фауну джунглей, от вышки к вышке, находящихся друг от друга на расстоянии от 200 до 500 метров. Я с радостью соглашаюсь.

    Первая наша остановка – не включённый в программу, а потому неожиданно-радостный сюрприз, знакомство с семьёй, или какая там у них форма социальной организации, кланом игуан. Когда-то владелец заурядной придорожной забегаловки приобрёл пару молодых зелёных игуан, причём "зелёных" это название вида, полученное из-за характерного окраса, который имеют только молодые, зелёные, тут я в другом смысле, игуаны. Эта пара, не рискуя быть съеденной, вообще у местных мясо игуан деликатес, дала обильное потомство, заселившее окрестные заросли. Теперь от желающих посмотреть на игуан и заодно перекусить в кафе просто нет отбоя. В неволе, нам было с чем сравнить, игуаны растут лучше и достигают более внушительных размеров. Особенно живописны самцы с ярко-желтым драконьим гребнем и того же цвета массивной кожистой складкой под подбородком. Вот, что значит иметь экологическое сознание, или, как тут говорят, кстати, почти национальный лозунг, think green. Взятый в качестве эпиграфа, он предлагает в коста-риканских гостиницах не менять излишне часто постельное бельё и полотенца, экономя тем самым чистую воду. Коста-Рика активно включилась в акцию, она имела место как раз во время нашего прибытия в аренальский отель, отключения на час электричества по всей планете. Нет, свет у нас в бунгало не отрубили, но телевизор смотреть было невозможно, не работала антенна. В заповедник Каньо-Негро мы прибыли с опозданием более чем на два часа. Дело в том, что последние 20 километров нужно было ехать по грунтовой дороге, приличной скорости не разовьёшь, да к тому же заблудились, водитель не разобрался в поворотах и указателях, это ещё лишних десять километров. Но кораблик без нас никуда не уплыл, мы были его единственные пассажиры, но лучшее время было упущено. Уже довольно жарко, но выбирать не приходится, занимаем свои места и отправляемся в речной круиз. В рекламке написано, что река петляет среди сельвы, на самом же деле видим лишь жидкие заросли по берегам. Обещаны тапиры, оцелоты, якобы обитающие тут, где им тут прятаться, непонятно. Из млекопитающих видим рыбачащих с лодок людей, да пасущихся по берегам коров. Ан, нет, забыл ещё об одном увиденном виде – тёмное пятно в высокой кроне, сопровождающий утверждал, что это ленивец. А вот птицы действительно попадаются и много. Рекламой обещаны попугаи, но их мы так и не встретили, зато видели много бакланов, цапель разных видов, не только белых, но и голубоватых тонов, так называемую апельсиновую уточку, небольшую разноцветно крашеную птичку, снующую туда-сюда по берегу на ножках в розовых чулках.

    Видели и ещё несколько видов, названий которых не знаю, некоторые экзотичны. В принципе фотоохота удалась, птиц снимать не просто, они пугливы, а потому интересно. Кроме птиц, порадовали рептилии: уже виденные, но в неволе, а тут в естественной среде игуаны; черепахи, похожая на маленького злобного дракончика зеленоватая ящерица просто, таких раньше не видел, сказочного вида; ну и самое главное, видели отдыхающих у берега в тени корней и стволов кайманов в изрядном количестве. На нас эти небольшие крокодильчики совсем не реагировали, впрочем, вплотную, чтобы погладить, мы к ним не подплывали. Поскольку дальше наша лодка плыть не могла, путь преграждало упавшее в воду дерево, река не широка, повернули назад. Когда ожидаешь слишком многого, разочаровывает даже приличный результат, и это как раз тот самый случай. Прежде чем убраться восвояси, отобедали в находящемся в Каньо-Негро лодже. Была некоторая специфика в обслуживании. Большой обеденный зал, в котором обедаем только мы, пятеро туристов, гид и водитель. Перед нами навытяжку стоят человека четыре в белых колпаках и куртках, к ним нужно было подходить с чистыми тарелками, а они туда накладывали разную еду, число подходов не ограничено. Достаточно вкусно и разнообразно, и рыба телапия, и мясо говядина, и несколько гарниров, но без особенных изысков. Кстати, о говядине, коста-риканские коровы в основном индийской породы с небольшим характерным горбом. Если бы бедные индусы знали, для чего у них купили этих священных животных! Во время послеобеденной сиесты осторожно интересуюсь у Ирины, что с нашим канопи-туром, мы всё также опаздываем. Да, похоже, накрылся – лучезарно улыбаясь, отвечает она. Следы душевных переживаний на её лице и где б это ни было искать бесполезно, человеку с таким душевным здоровьем остаётся только позавидовать.

    Во второй половине дня отправились на термальные источники. В нашем отеле был бассейн с термальными водами, но место, куда привезли нас было гораздо шикарней. Семь расположенных каскадом небольших бассейнов образую некое подобие водопада. Вода из бассейнов, по пути охлаждаясь, переливается из одного в другой. Соответственно в нижнем вода самой низкой температуры, но тоже довольно тёплая, а в верхнем самая горячая, сразу и не зайдёшь, поэтому нужно постепенно, предаваясь по дороге неге подниматься снизу вверх. А потом, достигнув высшей точки, также медленно спускаться. Всё это сооружение утопает в зелени и цветах, а за живописный задний план отвечает всё тот же могучий Ареналь. Устав от водных процедур, можно отдохнуть в шезлонге, время вечернее, и воздух приятно холодит. На все эти развлечения у нас уходит полтора часа. Мы заторможены, расслаблены, поэтому Ирина берёт нас легко. Оказывается, мы не поедем за 10 км смотреть на лаву, якобы она опять поменяла своё направление стока, а поедем в пятизвёздный отель, в котором останавливался сам Роман Абрамович, ужинать. И во время изысканного ужина, глядя в громадные панорамные окна, куда смотрел и он, наблюдать за красными змейками, ползущими из жерла вулкана. Окна в ресторанном зале и в самом деле оказались громадными. Мы выбрали из предложенного нам разнообразия горячих блюд. Я остановился на "мясе в аргентинском стиле". Из возможных трёх степеней готовки попросил "хорошо прожаренное". Глянул в карту вин и ужаснулся, ниже 100 долларов обнаружить вина было просто невозможно, да и по этой цене шло самое простенькое, похоже, визит российского олигарха не прошёл бесследно. Пришлось потреблять принесённое мясо "в сухую", впрочем и мясо не порадовало, они его практически сожгли. Наверное, после этого писать, что никакого красочного извержения и языков лавы мы не увидели, излишне. Официальная версия – вулкан плотно закрыт облаками, но думаю, что Ирине с водителем просто не захотелось вести нас ещё куда-то за 10 километров, поскольку никаких дополнительных поощрений они от нас не получали. В Латинской Америке, да и не только, но тут особенно, принято давать чаевые гидам, водителям, носильщикам, горничным, такова традиция, и мы с женой её свято соблюдали, пока не натолкнулись на стойкое игнорирование этой традиции другой половиной группы. Во время одной из первых двухдневных экскурсий по Гватемале ко мне подошёл гид и сообщил, что услуги водителя оплачены как бы не полностью, и нужно его поблагодарить чаевыми. Передайте это и, далее он назвал имя главы семейства, путешествовавшего с нами. Только я хотел возразить, что это не моё дело, и пусть говорит сам, но гид быстро ретировался. Пришлось, наступив на собственную гордость, идти выполнять указание. Ответ мудрого отца семейства был твёрд и лаконичен: перебьются. Далее у него также перебивались все остальные водители, гиды и носильщики. Про горничных писать не буду, не видел, но, судя по тому, как часто наши туристические друзья меняли один на другой номера под надуманными предлогами, горничные тоже. Поэтому мы с женой решили оплачивать чаевыми только персональные услуги, а групповые, чтобы не играть роли добрых родственников, в этом смысле игнорировать.

    Да, - говорил я жене за завтраком на следующее утро, Ареналь извержениями не порадовал, наверное, уснул, а в программе обычная туристическая лабуда. Как только я закончил свой монолог, слушавший до этого нас безмолвно и на почтительном удалении Ареналь, не смог совладать с нахлынувшими на него эмоциями, грозно загрохотал, выпустив из своего жерла солидное облако пара. Завтракающие туристы повскакивали со своих мест и бросились, но не в рассыпную, а за фотоаппаратами.

    В полдень за нами должен был прийти автобус и переместить нас на побережье Тихого океана к спокойному пляжному отдыху. Оставшееся свободное время я решил использовать для участия в упущенном накануне канопи-туре, трасса которого находилась в непосредственной близости от нашего отеля. После необходимой оплаты мне предложили подписать бумагу, что я по своей доброй воле, в трезвом уме и памяти, а не под воздействием алкоголя или наркотиков, решился на данную авантюру. Хорошего настроения это не прибавило, но отступать поздно. Выдали необходимое оборудование: защитную каску, крепёж к натянутому между вышками тросу и специальную перчатку, с помощью которой нужно держаться за трос. Нашу небольшую группу, пять человек, все кроме меня американцы, быстро проинструктировали на английском, причём настолько быстро, что я не понял и половины сказанного. Пришло время отправляться в полёт над джунглями. Я наивно полагал, а возможно так сначала и было, что такой оригинальный способ, скольжение по стальном тросу над деревьями, лишь средство добраться к невиданным, нетронутым уголкам дикой природы с неповторимой флорой и фауной, наблюдение за которыми со смотровых вышек и является целью такого рискованного путешествия. Оказалось же, что наша канатная дорога через особо интересные места не проходит, а представляет собой зигзагообразный спуск с вершины склона к его подножью, то есть основное удовольствие канопи – драйв от движения на высоте. Нас построили в колону, и мы один за другим должны были начать движение. Очередь доходит до меня, и я отправляюсь в полёт, ноги крест на крест, чтобы не создавать вращающего момента, рука в перчатке держится за трос.

    Трасса от земли довольно высоко, но поскольку движение осуществляется над верхушками деревьев, высота скрадывается, и особого ужаса не испытываешь. Скорость движения мне показалась чрезмерной, и я, вроде бы легонько, сжал рукой трос. Этого было достаточно, чтобы скорость существенно замедлилась, а непродолжительное время спустя, увы, законы сохранения энергии работают и в Коста-Рике, упала до нуля. Пришлось половину пути до вышки добираться "своим ходом" перебирая трос руками. Глянул вниз, деревья почему-то стали ниже, а их верхушки дальше, но пугаться и впадать в панику не место и не время. Вышка приближалась страшно медленно, конечно мне было значительно проще, чем Сталлоне в "Скалолазе", почему-то я сразу вспомнил об этом фильме, точнее об одном моменте в самом начале ленты. В итоге к промежуточному финишу я добрался совершенно измученным и с содранными до крови на одной руке пальцами. Инструктор объяснил, что я зря сжимал пальцы той руки, которой держался за трос. Вышка, до которой я добрался, представляла собой деревянную платформу на высоченном и толстенном дереве, с которого не спустишься. Поэтому, несмотря на полученные лёгкие травмы, продолжаю участвовать в следующих этапах, рука на тросе лежит расслаблено, и всё проходит благополучно, но состояние далеко от эйфории. После очередного этапа замечаю, что вышка, к которой прибыл, касается склона, то есть можно сойти на землю, поэтому решаю прекратить самоистязание. Инструкторы вызывают машину, и она доставляет меня в отель. Первым делом смешиваю себе коктейль, рома в этот раз добавляю существенно больше, чем обычно, до отъезда ещё целый час и я отправляюсь к бассейну с термальной водой, там меня и накрывает волна слабости да так, что буквально не пошевелить ни рукой, ни ногой.

    Чтобы прийти в норму, часа оказывается достаточно. Автобус приходит вовремя, и мы движемся к побережью, останавливаясь для панорамных снимков, встречи с тройкой храбрых куати, стоящих у дороги в дозоре и собирающих съестную дань с проезжающих, наблюдением за сидящим на высокой ветке туканом. Отель, в который нас часа через три привезли, сильно разочаровал. Вообще подозрения о его качестве у меня зародились ещё в Москве при получении туристических документов. Я заметил, что анонсированный до этого отель заменён другим. Поинтересовался, почему так. Удалось достать для Вас ещё более лучший, легко нашлась девушка-туроператор. Но как говориться в известной пословице, лучшее враг хорошего, так и оказалось. Поинтересовались у обслуживающего персонала, сколько звёзд у их отеля, нам были положены четыре. Ответ дали правильный, но длинная пауза и минута обсуждения друг с другом, заставляли в нём усомниться. В принципе к номерам, одноэтажные блокированные бунгало, плавательному бассейну, большой, просторный, претензий нет. А не понравилось следующее: расположение, в сорока километрах от ближайшего города, а рядом никакой инфраструктуры, но главное неухоженный пляж с грязноватым тёмным песком, заросший акацией и, судя по кучке собачьих экскрементов, крайне редко убираемый. Расположившись на пластиковых лежаках у океана, а куда деваться, мы с женой глянули вверх и заметили обрывок верёвки, привязанный к толстой ветке. Ой, что это, спросила жена. Верёвка, на которой с тоски повесился приехавший в этот отель отдыхающий, ответил я. У неухоженности есть и свои плюсы. На такой пляж заглядывают уже хорошо знакомые нам куати и игуаны, а ещё видели белочку странно пегого окраса, да несколько диковинных птиц.

    Кстати, фолиант "Птицы Коста-Рики" настольная книга большинства отдыхающих тут американцев. Но ко всему привыкает человек, и Герасим наконец… всплыла сама собой Тургеневская строчка. Искупнулись в Тихом океане, вода хоть тёмная и мутная, это из-за песка, но тёплая, понаблюдали закат, переместились в бассейн, он с подсветкой, зашли в Интернет, он в отеле бесплатный, а уже потом отдали дань уважения рому и кофе. На следующий день мы с солнцем проснулись практически одновременно. Оно, не торопясь, двинулось по небу, я же заспешил к океану. Утром вода оказалось исключительно прозрачной и приятно освежающей. Неспешная пробежка по мягкому песчаному берегу, свежий прохладный воздух, который вдыхаешь полной грудью и тишина, и свобода от всех проблем и волнений, что ещё нужно человеку. Восходящее солнце золотит и греет кожу. Пару часов такого блаженства, и приходит голод, пора на завтрак. Завтрак не порадовал, ассортимент весьма скудный, мало того, потери продуктов, которые неизбежно несёт раздача из-за нашествия отдыхающих, никто не спешит восполнять, сок в кувшины, был только апельсиновый, не доливается, фрукты не добавляются, мясное в тот день вообще отсутствовало. Пришлось набивать желудок поднадоевшим рисом с чёрной фасолью, да жареными бананами, которые я стойко игнорировал на протяжении всей поездки. Наш гид Ирина нам раньше хвалила этот универсальный овощ-фрукт. Захотелось мне, например, говорила она, жареной картошки, беру зелёненькие бананчики, режу, жарю на масле и пожалуйста, захотелось картофельного пюре, беру бананы, варю, тру… ну и так далее… Честно говоря, с моей точки зрения, если сходство банановых и картофельных блюд есть, то скорее внешнее, чем вкусовое. После завтрака снова на океан, пока не становится жарко. Пляжный отдых хорош, но однообразен и потому быстро надоедает. Решаем, нужно что-то делать, идём к отельному гиду, чтобы справиться о дополнительных экскурсиях. Судьба забросила нас на самый север страны далеко от главных туристических достопримечательностей Коста-Рики, зато близко к Никарагуанской границе, поэтому из предложенного списка выбираем однодневный тур по Никарагуа. Сообщаем, что мы россияне и интересуемся, нужна ли нам никарагуанская виза. Гид наводит по телефону справки, виза нужна, но эта проблема решаема, от нас лишь требуются паспорта и дополнительные 50 долларов на двоих сверху.

    Рано утром за нами в отель заезжает микроавтобус с водителем и персональным гидом. Гида зовут Эдуардо, он никарагуанец, мы рады знакомству, активно общаемся, настроение, как всегда перед встречей с новым, неведомым, приподнятое. Болтая друг с дружкой…, добираемся до заправки, и тут случается неприятность. Наш микроавтобус вместо положенного бензина заправляют соляркой, поскольку эта модель чаще, но не в нашем случае, комплектуется дизелем. Перед нами извиняются и предлагают, пока будут сливать топливо и заправлять бак по новой, отойти позавтракать. Завтрак входит в оплаченный нами тур, и мы неспешно поглощаем омлет с кукурузной лепёшкой тортильей, тут её специфический вкус гасит поданная нам сметана, а лепёшка свежая, тёплая. Заедаем всё тем же рисом с бобами и запиваем апельсиновым соком. Во время завтрака сообщаем гиду, что сегодня в России день смеха – первое апреля, когда уместно посмеяться и подшутить над окружающими. Так то, что с нами случилось, дань русской традиции включается в игру Эдуардо. Если бы мы только знали, что на сегодня шутки этим не закончатся… Микроавтобус заправлен по новой, и мы мчимся, дорога исключительно ровная с редко встречающимися машинами, к никарагуанской границе. Пограничный контроль проходим без эксцессов, на никарагуанской стороне пришлось ждать подольше, но нашими документами занимался Эдуардо, а мы в это время обследовали местные магазины duty free. Цены там оказались ещё ниже, чем в подобных магазинах Гватемалы и Коста-Рики, поэтому я никак не мог пройти мимо сувенирной коробки с двумя бутылками чёрного выдержанного никарагуанского рома, многократного золотого медалиста, разделённых шейкером.

    Наконец все пограничные формальности позади, и мы быстро углубляемся внутрь никарагуанской территории. Недалеко от границы видим остатки каменных бараков, в которых ютились беженцы, пытавшиеся от ужасов гражданской войны укрыться в соседней Коста-Рике. Эдуардо о том времени рассказывает скупо. Поскольку наша Родина тоже принимала некоторое участие в тех печальных событиях, Эдуардо во избежании могущих возникнуть двусмысленностей расставляет все точки над и: "мы прекрасно относимся к простым русским людям, но были против присутствия в нашей стране российского военного флота и армии". Впрочем, хватит о грустном, о прошлом, нас ждёт интереснейшая встреча с никарагуанской действительностью. Немного статистики, Никарагуа самая большая по площади страна Центральной Америки, самая большая и самая бедная. Вторым и по площади, и по бедности идёт Гондурас. Однако, тенденция, похоже, российские тернии написаны ей на роду. Кстати, Никарагуа и Гондурас связывает ещё кое-что – изображение пирамиды на денежных знаках, таким образом, гипотеза некоторых мистиков о крепости доллара вследствие изображения на нём этого культового сооружения статистически не подтверждается. Знакомство с новой страной начинаем с изучения её флоры и фауны. Нас ждёт лодочная прогулка по озеру, изобилующему маленькими, поросшими густой растительностью островками, многие из которых для своего жилища облюбовали птицы. Вся эта прогулка была бы повторением пройденного, в подобном туре мы уже принимали участие в Коста-Рике, если бы не остров обезьян. До этого так близко и так отчётливо видеть обезьян нам, речь понятно идёт об описываемом туре, не приходилось. А представленных там капуцина – очаровательную обезьянку с розовой мордочкой и в чёрном с белой опушкой "капюшоне", и снующих туда-сюда, неимоверно проворных обезьян-пауков раньше не приходилось видеть вообще. Конечно, строго говоря, это нельзя было назвать знакомством с дикой природой, поскольку обезьян этих на островок насильно поселил человек и каждый день искусственно подкармливал, но иначе мы вряд ли бы смогли наблюдать их так близко. После окончания лодочной экскурсии мы выразили желание воспользоваться туалетом. С нас взяли пол доллара, сдав сдачу местной монетой, но потрясло нас не это, а состояние и интерьер этого санитарного заведения. Преодолев мгновенно громадное расстояние и солидное время, мы очутились в одном из худших образчиков общественных туалетов советской эпохи, похоже, помощь СССР дружественной Никарагуа не прошла бесследно.

    Далее был сити-тур по Гранаде, городу, возникшему довольно рано на карте Нового света. Мощёные камнем улицы, малоэтажные весёленьких расцветок домишки, католические соборы. Словом вид, который мы уже успели узнать и полюбить, типичного латиноамериканского городка с историей. Прошли мимо школы, дети очаровательны и непосредственны. Двое мальчуганов, увидев, что жена снимает происходящее на камеру, стали перед ней скандировать "Revolution! Revolution!", за что были премированы мной шариковыми ручками. Оказывается, наше посещение этой свободолюбивой страны состоялось в юбилейный год тридцатилетия никарагуанской революции. Побывав на главной площади Гранады, заметили одно важное отличие никарагуанских городов, от остальных латиноамериканских. Площадь эта называлась не Place Mayor, то есть дословно главная площадь, как обычно, а Place Libertad, площадь свободы. Что ещё сказать о городе, довольно чисто, конечно, попадаются нищие. Не без этого, приветствующие вас стандартной фразой "give me a dollar", впрочем, подобное мы наблюдали и в коста-риканском Сан-Хосе, здесь чуть более навязчиво, поскольку туристов существенно меньше. Наша следующая остановка – действующий вулкан Масаи. Уже на подступах замечаем безжизненные поля, залитые остывшей тёмно-серой лавой, следы извержения тысяча семьсот семьдесят какого-то года. Подъезжаем к самому кратеру, очень похоже на вход в преисподнюю: жутко пахнет серой, больше 20 минут находиться рядом настоятельно не рекомендуется, а из жерла валит густой дым, иногда рассеиваясь и являя взору ощетинившиеся острыми камнями внутренние стенки кратера, уходящие в таинственные пугающие недра. Говоря коротко, зрелище незабываемое. Утолив исследовательский духовный голод, разбудили голод обычный, физический, но страдали им недолго, в ближайшем городке с тем же вулканическим названием Масаи нас ждал обед. Посовещавшись, единодушно признали никарагуанский обед одним из лучших за всю нашу поездку. Главным блюдом было мясо или рыба гриль, можно было выбрать, мы взяли то и то, и располовинили, посыпанные овощами и поданные на горячей металлической прямоугольной тарелке с деревянной подставкой. Всё свежее, шипящее, буквально брызжущее ароматом. К основному блюду листовой салат, картофель фри, плошка белоснежного риса и тарелочка фасоли, но не чёрной как у соседей, а учитывая революционную историю страны, красной. Всё это запивалось вполне достойным, но главное освежающе-холодным никарагуанским пивом. Мы полностью удовлетворены, но оказывается это ещё не всё. Дав нам полчасика отдохнуть и побродить по городку, нас везут смотреть на то, что Эдуардо называет лагуной. Мы с восхищением взираем сверху на вулканического происхождения озеро, отделённого узким перешейком от ещё более громадного водоёма, а на этом дальнем перешейке раскинулась уже виденная изнутри, но тут предстающая совсем в другом свете Гранада, с различимыми куполами главного собора. Впечатление огромное, снимки потрясающие, в пейзаже столько синего, что на ум приходят чужие строки "под небом голубым, есть город золотой…".

    Пора и обратно, мы в прекрасном настроении, интересуемся можно ли нам будет остановиться в Коста-Рике около придорожных торговцев, а то завтра улетать, и хочется привезти тропических фруктов домой. Зачем в Коста-Рике, патриотически протестует Эдуардо, в Никарагуа вам дёшево продадут свежайшие фрукты. Останавливаемся, и правда, на доллар нам отваливают десяток манго, не очень больших, но настолько ароматных, что занеся их в микроавтобус, почти теряем сознание от чудесного запаха. Вот и граница, тепло прощаемся с Эдуардо, и щедро одариваем его чаевыми, функции гида закончены, и до отеля мы сможем добраться только с водителем. Спокойно проходим никарагуанский контроль, а вот на коста-риканской стороне неожиданно возникает заминка.

    Поданные нами паспорта с вложенными въездными анкетами пограничница брать почему-то не хочет и что-то темпераментно объясняет, страхующему нас водителю Маурисио. Тут меня осеняет, у нас однократные коста-риканские визы, которые мы погасили, въехав в Никарагуа. Таким образом, мы оказались в дальнем далеке на нейтральной полосе между двумя странами, не имея в паспортах ни одной действующей визы. Да, весёленькая первоапрельская шутка. Предупреждал же Галич своей песней "нет ребята, нужно ездить поближе, не на край раз перемать его света. Мы ж им гадам помогаем, и мы же пропадаем как клопы через это". Я на повышенных тонах высказываю Маурисио всё, что мгновенно накипело в душе по поводу возникшей ситуации. Маурисио смотрит растерянно и никак не реагирует, где-то на пятой минуте монолога я догадываюсь поинтересоваться, понимает ли он по-английски. Ответ даётся уклончивый, ситуация усугубляется, мой испанский ориентированный большей частью на общение с торговцами и заказ блюд в ресторане, это в нормальном состоянии, в стрессовой ситуации основательно захромал. К счастью Маурисио по телефону вызывает не успевшего убраться далеко Эдуардо. Является Эдуардо, просит не волноваться и намекает, что разрешить проблему помогут дополнительные финансовые вливания. У меня наконец-то появляется слушатель, и я повторяю свой гневный монолог о том, что тот, кто организовывает такие поездки, должен знать все правила, а мы предоставили все необходимые документы и полностью оплатили свою поездку. Потолкавшись среди пограничных чиновников, Эдуардо предлагает следующий план. Он берёт наши паспорта и отправляется с ними на Никарагуанскую границу, там аннулирует никарагуанские печати, тогда получается, что в Никарагуа мы не были и из Коста-Рики не выезжали. Помня печальный опыт профессора Плейшнера, с паспортами, а куда деваться, расстаёмся неохотно. Минуты тревожного ожидания тянутся бесконечно, наконец, появляется Эдуардо, паспорта нам возвращаются, но сверх этого никакого позитива, договориться с никарагуанской стороной не удалось. Маурисио и Эдуардо ещё о чём-то беседуют с властями, но, судя по их хмурым лицам, ничего хорошего нас не ждёт. Потом они у нас спрашивают, во сколько наш самолёт и из какого аэропорта вылетает, как вариант предлагают заночевать в Никарагуа, а рано утром получить коста-риканскую визу, мы против. Тогда предлагается ночевать в ближайшем к границе коста-риканском городке, чтобы визу получить там. Нам это тоже не подходит, мы твёрдо настаиваем на ночлеге в своём отеле. Видя нашу непреклонность и ещё потянув паузу, Маурисио и Эдуардо неожиданно соглашаются везти нас в наш отель. Мы не верим своим ушам, переспрашиваем, мы можем ехать в свой отель? Да, отвечают нам они, но у вас завтра на вылете могут быть неприятности. С русской пословицей "утро вечера мудренее" они не знаком, поэтому считают наше решение безрассудным, но выполняют его беспрекословно.

    Похоже нас вывозят, точнее ввозят контрабандой. Мы на время успокаиваемся, но неожиданно нашу машину тормозят на полицейском посту. Что, читатель, страшно? Нам было тоже, но полицейские просто просят подвезти трёх их завершивших смену коллег. В другой ситуации мы бы возмутились, но не в данной. Мне осталось саркастически поинтересоваться у Эдуардо: это что у нас, общественный транспорт? Ага – мгновенно нашёлся он – начинай продавать им билеты. До отеля добрались без приключений, единственным нашим требованием было остановиться у супермаркета с целью приобретения рома, на этот раз в ход пошёл доминиканский, для снятия стресса. Прощаясь по новой с Эдуардо, снова поблагодарили его за поездку, но более сдержано, заявив, что его тур ещё более экстремальный, чем любой канопи. В отеле, изрядно хватив рому, полез в бассейн, плавать в одиночестве в свете ночных фонарей было восхитительно, но тревога не отпускала. В мозгу сам собой прокручивался вариант завтрашнего разговора на вылете в аэропорту. Да, у нас аннулирована виза, но мы и желаем покинуть вашу страну. У нас есть билеты, и мы можем это сделать на рейсовом самолёте. Если Вас это не устраивает, давайте звонить в российское посольство, пусть там свяжутся с премьером Путиным, и он пришлёт за нами к Вашим берегам атомную подводную лодку. Вам это надо?

    Автобус для трансфера в аэропорт пришёл на следующее утро без опоздания. Похоже, слух о группе, не желающей оставлять чаевые, достиг ушей руководства фирмы, и нас решили примерно наказать. Присланный нам водитель был мрачен, немногословен и совершенно не понимал английский. Отец путешествовавшего с нами семейства посадил старшую дочь рядом с водителем для осуществления с ним необходимой коммуникации. Велено было сказать водителю, чтобы он по дороге завёз нас в ресторан пообедать. Юля, назовём так сидящую рядом с водителем девушку, честно попыталась выполнить это ответственное поручение. Дело в том, что тут в отеле на отдыхе она познакомилась с одним молодым человеком, и её английский резко пошёл в гору. Водитель, не прерывая движения и не меняя его направления и скорости, утвердительно покивал. Спустя некоторое время Юле захотелось в туалет, о чём она прямо и сообщила нашему шофёру, он снова покивал, но скорость не сбавил, она повторила свою просьбу, результат был тот же. Тут то и выяснилось, что наш водитель по-английски не понимает, и вообще почти не разговаривает. Девчонка обратилась за помощью к отцу, но тот сказал, что лично он чувствует себя прекрасно, ни в чём не нуждается, так что пусть дочь выпутывается сама. Последовало ещё несколько более эмоциональных попыток, где слово "туалет" произносилось на разные лады и с разными акцентами, безрезультатно. Конечно, я мог бы прервать этот спектакль, поскольку знал заветные слова на испанском, можно было бы их и девочкам за две недели путешествия по испано-говорящим странам выучить, нужно было сказать "banyo, por favor", и мучения бы прекратились, но поступить так, это всё равно как полезть на сцену спасать от волка бабушку в "Красной шапочке", show must go on. Выход из ситуации был найден неожиданно. Дело в том, что водитель беспечно оставил на передней панели свой мобильный телефон, которым Юля и завладела. Сначала она позвонила молодому человеку, с которым познакомилась в отеле, попросила его перезвонить по этому номеру и сообщить водителю об обуревавших её желаниях на испанском. Но видимо и у латиноамериканцев "с глаз долой из сердца вон", молодой человек не перезвонил. Тогда нерастерявшаяся Юля позвонила нашему гиду Ирине, ввела её в суть проблемы и передала трубку водителю. Тому ничего не оставалось делать, как выполнить просьбу.

    Добравшись до аэропорта, мы заплатили транспортный сбор, зарегистрировали билеты и отправились в зону вылета, на визы в наших паспортах никто даже не взглянул, первое апреля закончилось.

    С.Серый
    17/06/2009 09:55


    Мнение туристов может не совпадать с мнением редакции.
    Отзывы туристов, опубликованные на Travel.ru, могут быть полностью или частично использованы в других изданиях, но с обязательным указанием имени и контактов автора.

    Новости из Гватемалы

    21.12.15 По следам "Звездных войн": 20 мест, где проходили съемки киносаги
    11.12.15 Пансион в Гватемале предлагает номер Че Гевары всего за $9
    12.10.15 Названы лучшие и худшие страны для вождения
    27.01.14 В Гватемале создан приключенческий тур по следам майя
    12.12.13 В Гватемале создан новый активно-экскурсионный маршрут
    31.10.13 В Гвадалахаре ко Дню Мертвых состоится необычный фестиваль
    25.10.13 В Коста-Рике начался сезон круизов
    06.09.13 Фестиваль шоколада пройдет в Мексике
    14.08.13 Гватемала приглашает на кладбище ночью
    29.05.13 Тихоокеанские страны хотят создать общую визу
    [an error occurred while processing this directive]