Путешествие в Перу



    Подготовка к поездке началась ещё в августе. Изначально я планировал посетить в новогодние каникулы северную часть Австралии и какие-либо острова. Фиджи или французскую Полинезию. По одной неделе на каждую часть путешествия. Однако, взглянув на цены предложения, решил найти что-то подешевле. Стоимость тура на одного человека начиналась от шести тысяч долларов. Тратить такие деньги на наполовину пляжный тур не хотелось. Так образовалось направление на Америку. Из всей палитры предложений наиболее интересной показалась тема Перу. Ну, понимаете, южное полушарие, золото инков, а главное, в этой программе звучала волшебная фраза: Новый год в амазонских джунглях! Цивилизация Майя как то поблекла от такого соседства. К тому же, имидж Мексики сильно подпортил Голливуд. Ну, это ж провинция какая-то! Решение было принято, и я принялся за изучение истории и географии Перу.

    Выловленных из инета статей и книжек оказалось достаточно для создания довольно чёткой картины прошлого и нынешнего этой страны. Цивилизации доинкской истории аккуратно построились по времени и месту, инки сменились испанцами, испанцы были выгнаны коренными перуанцами, перуанцы подрались немножко с Эквадором и с Чили и теперь с нетерпением ждали в гости меня. Английский язык у меня в зачаточном состоянии. Всемогущий инет свёл меня с туроператором (не стану уточнять каким), который предложил мне русскоязычных гидов на всю сумасшедше насыщенную программу поездки. В этот раз меня согласилась сопровождать дочка, Настя, которая владеет языками, но ей тоже утомительно всё время работать переводчиком, поэтому русская речь гида была нелишней.

    Тур был забронирован. Оставалось забронировать авиабилеты, а это тянулось довольно долго. Сначала предполагалась Люфтханза через Франкфурт и Каракас, но потом возникла Иберия с пересадкой в Мадриде. Только 24 ноября я оплатил поездку, при этом из-за отсутствия билетов на 29 декабря, мы вылетали 28 и получали дополнительно свободный день в Лиме. Общая стоимость тура на двоих составила 134000 руб. за наземную программу + 82000 руб. – авиабилеты, т.е. 216000 руб. Отели **** с включённым завтраком везде, а что ещё входило в оплаченную часть вы поймёте из дальнейшего рассказа. Опираясь на опыт прошлых путешествий, я взял с собой запас сигарет, необходимую одежду, обувь, фонари, медикаменты, салфетки, нож, универсальный сетевой адаптер, бинокль, фото и видеокамеру, аккумуляторы и батарейки, средства для загара и после загара. Для резервирования средств завёл отдельную карту VISA, положив туда 50000 руб., наменял 1000 долларов мелкими деньгами, ну и основную карту VISA положил в дальний карман.

    Нужно сделать прививку от жёлтой лихорадки, если раньше её не делали (она действует 10 лет). Таблетки от малярии мы не стали принимать, т.к. район сельвы, куда мы собирались, малоопасен.

    ДЕНЬ ПЕРВЫЙ(28.12.07)

    Для россиян виза в Перу не требуется. Но, при наличии открытого шенгена, есть возможность посетить Мадрид. Билеты у нас были электронные, что позволило не беспокоиться об их потере. Итак в три часа ночи такси доставило нас в Домодедово. В Дьюти фри закуплена традиционная бутылка джина, упакована по новым правилам и аэрбас помчался в Мадрид. Аэропорт Барахас остался в памяти в тот раз только тем, что на посадке таможенники отобрали джин с милой формулировкой, что упакован он не на территории Евросоюза. Падддонки! Перелёт до Лимы занял 11 с половиной часов. Передать впечатления от трансатлантического перелёта мне, курящему человеку, трудно без крепких выражений. Какое-то развлечение появилось лишь, когда под нами появилась земля. Земля Южной Америки! В 19 часов по местному времени или в три ночи следующего дня по московскому самолёт мягко коснулся земли этого континента. Дорога от Москвы до Лимы продолжалась ровно сутки.

    Встретила нас милая девушка Эрика. Родом из Эквадора, она несколько лет жила в Москве и довольно бойко щебетала нам о погоде, о традициях и особенностях Лимы и Перу, трогательно шепелявя при этом. Ночная Лима в рождественских огнях. Запахи незнакомой страны, щебет девушки, прерываемый вызовами мобильника и целая вечность впереди.

    Отель наш находился в районе Мирафлорес, который считается безопасным и довольно фешенебельным. Эрика проводила нас на рецепшен и довольная побежала по своим девичьим делам (позже, гуляя по ночной Лиме, мы встретили её с молодым человеком в обнимку). Отель "Jose Antonio" вполне соответствовал заявленным звёздам. Только надо учитывать обычную медлительность перуанцев. Душ, немного джина, купленного в аэропорте Лимы, и мы идём гулять по ночному городу. Тепло. Градусов восемнадцать. Пахнет дизельными двигателями и цветами. Кругом огни рекламы и рождества. Настороженно вглядываемся в лица прохожих. Из отзывов о стране было известно, что тут небезопасно. Однако лица людей были доброжелательны. Мирафлорес действительно очень спокойный район. Сразу приятно удивила неназойливость местных торговцев и рестораторов. Зашли поужинать в небольшой ресторанчик. Англоговорящие официанты, приятная музыка, вкусная и недорогая еда. Обменянные в аэропорте новые соли превратились в приятный ужин.

    Новые соли - местная валюта, менялись в Перу в диапазоне 1$=2,7 – 2,95. В аэропорте курс обмена оказался самым низким. Как выяснилось со временем, в ходу и доллары, а вот евро не знают. Во всех магазинах и ресторанах принимают карты VISA. Торговаться следует везде кроме супермаркетов. Чаевые обычно несколько солей или доллар, в ресторанах около десяти процентов от суммы счёта.

    ДЕНЬ ВТОРОЙ(29.12.07)

    Утро началось со странностей. Дверь ванной комнаты не открывалась. Вызванные с рецерпшена работники открыли заветную комнату, но починить не смогли. Куда-то ходили, возвращались неспешно, занимались в наше отсутствие весь день, но так ничего и не сделали, решив проблему заклеиванием язычка замка лейкопластырем. Мы же после утренней прогулки по полупустым улицам (улыбка и "Буэнос диас" от каждого встречного; люди, старательно моющие мостовые перед своими владениями) позавтракали и поднялись на крышу отеля, где располагался маленький бассейн со стеклянными барьерчиками по краю крыши и узенькими газончиками. Плавали, загорали под утренним солнцем и наслаждались видом города. Горизонтальные полосы пастельных тонов по вертикалям высоток и небольшие особнячки по первому плану улиц. За высотками виднелся серый Тихий океан. К нему-то нас и потянуло.

    Район Мирафлорес расположен на высоком обрывистом берегу. Внизу под обрывом лишь узкая полоса земли, по которой проложена дорога, а частные теннисные клубы стиснуты между ней и отвесным берегом. В доиспанскую эпоху индейцы предпочитали свежий воздух и сухой климат предгорий. Испанцы же выбрали для своей столицы место с очень высокой влажностью, хотя дожди тут крайне редки. Вода в океане почти коричневая. Огромный город сливает всё в океан. Только километров за тридцать от Лимы можно купаться, хотя и в этой жуткой воде на непрерывных и высоких волнах скользят многочисленные сёрферы. Виды с высокого берега на город и побережье фантастичны и графичны. Спустившись к океану мы, конечно, помочили ноги и отправились в ресторанчик на сваях, где, глядя на непрерывные волны с оседлавшими их сёрферами, сидели у огромного окна и беседовали под лёгкую латиноамериканскую музыку.

    А с океана тем временем на город наползал туман. Он рождался на стыке тепла высокого берега и влажного выдоха океана. Туман поднимался к домам и, продираясь через зубы высоток, клочьями плыл над улицами. Не знаю, насколько далеко океан проникал в Лиму, но на восьмой этаж, в открытое окно нашего номера заглядывали обрывки тумана. Через облака и эти клочья вертикально пробивалось солнце и незаметно жгло кожу.

    Славная авиакомпания "Иберия" раздолбала мой пластиковый чемодан, что сподвигло нас на шопинг. Настасья с энтузиазмом составила мне компанию, рассчитывая что-нибудь зацепить для себя. Не торопясь, мы бродили по улицам, кое-что покупали, кое-где фотографировали. Нашли подходящий чемодан, немного обуви для дочери.

    Пообедали в уличном ресторанчике национальными блюдами. Настя заказала супчик, а я тоже супчик и ещё изюминку перуанской кухни "Куи". Это запеченная маленькая… морская свинка. По виду это блюдо похоже на цыплёнка, только с когтистыми скрюченными лапками, маленьким хвостиком и запечённым крысиным лицом. Увидев ЭТО, я попросил принести водки. Официантка сообщила, что у них водку подают с соком. "Ладно, только принесите две порции и сок отдельно!" - простонал я. О, Боже! Эти тоненькие рёбрышки, эти коготочки, эта мордочка с зубками! Да, дорогие читатели, я сделал это. Всё происходило под аккомпанемент уличного музыканта-мальчишки, который на гитаре и местной свирели классно ваял национальную музыку. Парня вскоре прогнал полицейский, дав ему, тем не менее, собрать деньги в публике.

    Продолжая шопинг, побрели дальше. Возле одного из магазинов, оставшись покурить на улице, я совершил оплошность, дав доллар подошедшей плохо одетой девочке, что привело в возбуждение её мать, и несколько кварталов она канючила то справа, то слева, пока не была активно послана моей дочерью. Надо заметить, что в Перу меня поразило и вызвало уважение чувство собственного достоинства местных торговцев и нищих. Нарочитого самоуничижения я не встречал. Описанный случай был единственным и объяснялся цыганской национальностью женщины.

    Вечер предполагалось посвятить перуанским танцам и песням. Появившаяся после звонка в принимающую фирму Эрика рассказала, как найти ресторан с фольклорной программой. Ресторан располагался в самом нижнем ярусе многоуровневого торгового центра "Ларго" на берегу океана. Программа только началась и за 99 солей с человека мы смогли не только вкусно поужинать, но и увидеть великолепные интермедии, показывающие обычаи и танцы различных народностей Перу. Танцоры производили впечатление прекрасных профессионалов. Костюмы поражали необычайностью фасонов и буйством цвета. В действо вовлекалась и публика. В этом ресторане мы впервые попробовали местное вино. Перуанское вино не вдохновило.

    Вечер завершился в интернет-кафе общением с московскими друзьями.

    ДЕНЬ ТРЕТИЙ(30.12.07)

    Утро. Это утро было солнечным. Прошла усталость перелёта, пришла уверенность в правильности выбора страны. Душ, завтрак с непременными фруктами и отвратительным кофе, бассейн. В этот день начиналась плотная опека туристической фирмы. После завтрака нас ждала в холле группа русскоязычных туристов и гид Тамара. "Обзорная экскурсия по Лиме, включая осмотр собора Сан-Франциско с изумительной коллекцией картин de Zurbaran и Rivera, разнообразные арки в стиле Мориско, подземные Крипты "las Catacumbus". Затем посещение Уака Пуайна – магического церемониального и административного центра IV века. Названный инками как "Naupallaqta" - Священный город. Посетим Уака Янамарка – типичная священная пирамидальная постройка, предназначенная для жертвоприношений. Дополнительно предлагается посетить музей золота, в котором собраны сокровища инкской и доинкской эпох и великолепная коллекция оружия". Так описан этот день в туристической программе. Что же нас ждало на самом деле?

    Тамара оказалась русской женщиной, которая жила в Перу уже около двадцати лет. Русский язык её за это время серьёзно обеднел. Иссяк, вероятно, и интерес к работе гида. А впрочем, может быть, в этот день она была усталой. Мы проехали по разным районам города с рассказом об истории и архитектуре. Уака Янамарка была ознаменована некоторым снижением скорости. Уака Пуайна не мелькнула даже в окне автобуса. Подъехав к старому городу, прошли пешком по улочкам нежилого бывшего жилья. Очень живописно, но это были только фасады. Через окна домов виднелось небо. Посетили вышеупомянутый собор, где особенно мне запомнилось полотно с изображением тайной вечери. Своеобразие трактовки заключалось в придании этому действу вида удалого пира с играющими близ стола детьми и животными, с обилием яств, среди которых было и любимое местное блюдо – морская свинка. Мебель соборов украшена великолепной объёмной резьбой по дереву. Относительно арок… Ну, ведь каждый собор в испанском стиле обязательно имеет внутренний дворик, украшенный арками и фонтаном. Собор огромен. Не взирая на снующих туристов, своим чередом шла служба. Снимать на видео и фото не разрешено, хотя и буклетов нигде не продавали. Завершилась экскурсия по старой Лиме пробежкой в катакомбах. Для подогрева интереса Тамара рассказала о людях терявшихся в этих подземелиях и. конечно, о золоте, которое держали в руках трупы потерявшихся. Тем не менее, впечатление от этого кладбища с грудами костей по всему маршруту осталось неприятным.

    Погрузились в автобус и с лёгким сердцем покинули цитадель католичества старой Лимы. Нам предстояло ещё посетить музей золота, вход куда стоил 20 долларов с человека. Эти деньги отданы не зря. Хотя комментарии Тамары не отличались глубоким знанием вопроса, а мои вопросы чаще оставались без ответа, но увидеть своими глазами золотые изделия различных цивилизаций было необыкновенно интересно. То, что называют "золотом инков" различалось и техникой исполнения и формой и орнаментами в разных культурах, обитавших на территории Перу задолго до инков.

    Отдельная тема – музей оружия. Мальчишки, там есть всё! От первых пищалей до современного стрелкового оружия, от каменных ножей до изящных рапир. Коллекция содержит уникальное личное оружие знаменитых людей. Оружие всех стран и всех времён. Как жаль, что нельзя было снимать! Там собрана разная военная форма, награды, эмблемы, пуговицы и пр. и пр. Этого богатства хватило бы на несколько обширных экспозиций. Но информационного материала не было и там.

    После музея экскурсия закончилась в отеле, где нас ждала представитель принимающей компании, Ирина. Следующий день предстояло посвятить перелёту в сельву. Ирина рассказывала о завтрашнем утре и перелёте, нас же интересовал ещё и обещанный новогодний ужин, но Ирина ничего не знала и отделалась обещаниями, что всё будет хорошо. Как выяснилось, в дальнейшем путешествии нашими попутчиками будет семейная пара из Иванова, Женя и Алексей, и девушка Алёна из Москвы. Тур получался практически индивидуальным. Ребята оказались общительными и приятными людьми, и мы договорились отправиться вместе на побережье в рыбный ресторан. В процессе заказа блюд к нам подошёл человек, решивший помочь в выборе блюд. Он был родом из Украины, женат на японке и постоянно жил в Перу. Работает в винной промышленности в качестве сомелье. Вообще в Перу живёт много русских и русскоязычных людей. Мы их встречали в каждом городе.

    Окна ресторана выходили на океан, а с самого обрыва взлетали яркие парапланы. Конечно, Настя не могла это пропустить. С замиранием сердца она подошла к тусовке парапланеристов и каким-то чудом уговорила взять её в полёт. Перуанский украинец оказался тоже тут и очень кстати, одолжил дочке куртку для полёта. Минут двадцать она с инструктором кружила над городом и океаном. Восторг не давал ей вразумительно поделиться ощущениями.

    По возвращении в отель переоделись, сбегали в бассейн и я сел записывать в дневник, дочь занялась какими-то косметическими процедурами. Впереди ещё был целый вечер в Лиме. Близость экватора означает примерно равное время дня и ночи. В семь уже темно. Ощущая себя аборигенами, решили предложить нашим будущим попутчикам, которые прилетели на день позже, показать вчерашний фольклорный ресторан. Пока ребята собирались, мы забрались на крышу отеля. Надо сказать, что посещать крыши наша любимая традиция. Неожиданные виды и приключения на задницу там всегда гарантированы.

    По ночной Лиме уже гуляли привычно. Ресторан, правда, в этот вечер не работал, что сбило настрой наших спутников и они отправились в отель. Ну, а я убедил дочку зарулить в боулинг. Под коктейли мы весело сгоняли пару партий. На обратном пути заскочили в Интернет-кафе на несколько минут и довольные и усталые пришли в отель.

    ДЕНЬ ЧЕТВЁРТЫЙ (31.12.07)

    День начался в 5.30. Разница во времени с Москвой составляет 8 часов. Организм слегка обалдел и растерялся. Заснуть не получалось. Спустился на рецершен. Там уже вовсю кипела жизнь. Приезжали белые люди с восторженными глазами, уезжали побронзовевшие с восторженными глазами. А я отправился в бассейн. Долго плавал один неярком утреннем свете. Тянул время, чтобы не будить дочку. В 7.30 всё же разбудил. Собрали вещи и пошли завтракать. Подтянулись и наши компаньоны.

    Минивен доставил нас в аэропорт, где, пометавшись, нашли свой рейс и вылетели в Пуэрто Мальдонадо. Внутренние перелёты в Перу на удивление цивилизованы. Новые самолёты боинг или аэрбас, отличные пилоты, доброжелательные стюардессы. Всё по расписанию. В условиях горной страны это единственно удобный транспорт. При этом никакой дискриминации местного населения в угоду иностранцам. Наш рейс имел промежуточную посадку в Куско. Я заметил, что в Пуэрто Мальдонадо летело гораздо меньше людей, чем в Куско. В самолёте остались в основном индейцы. И ещё один золотоискатель. Высокий и худой немолодой человек, оказавшийся русским из Архангельска. Десять лет назад он приехал в Перу по линии защиты лесов амазонии, но остался тут мыть золото.

    Выйдя из самолёта, мы оказались в бане. Очень влажно и 38 градусов. Наш новый знакомый утешил, что сейчас для здешних мест довольно прохладно. Местные водители с воодушевлением хватались за наши чемоданы, готовые отвезти нас куда угодно и на чём угодно. Встречающего среди них мы обнаружили далеко не сразу. После звонка в Лиму ясность появилась. Оказалось, что русскоговорящего гида в джунглях не будет и один из водителей и есть наш гид, Оскар. Он отвёл нас к странному сооружению на колёсах. Это был сарай с тростниковой крышей на шасси грузовика. В программе он значился, как "типичный автобус", на котором нам будет проведён тур по городу. Напряжённо всматриваясь в буйную растительность и редкие хижины в ней, города я так и не увидел. Подъехали к "офису" местной туркомпании, где зачем-то выгрузили вещи, а потом загрузили вновь и присоединили к нам человек десять разноязыких туристов. Дорога к "порту" шла через сплошную зелень сельвы, лишь кое-где расчищенную для выращивания более полезной зелени: бананов, манго и прочих фруктов и злаков. Иногда наш гид что-то рассказывал о сельве. Раздал еду в корзиночках. Судя по набору сухого пайка, нас ожидало вегетарианство.

    Примерно через полчаса сарайчик подъехал к другому сараю гораздо больших размеров. Оказалось, что это и есть "порт" со звучным именем Пуэрто Мальдонадо. Наши вещи понесли куда-то вниз по одной из двух деревянных лесенок, вероятно к реке. Оскар настоятельно рекомендовал приобрести в местном магазинчике дождевики и фонарики, особенно упирая на фонари. Помня проблемы в кенийских лоджах, я взял фонари с собой, а дождевики закупил тут. Спустившись вслед за вещами к реке, обнаружили длинную узкую лодку с мотором и под такой знакомой тростниковой крышей. Лодка была уже нагружена нашими вещами и несколькими перуанками с несчётным количеством перуанят. Вероятно, к работникам лоджа на Новый год ехали их домочадцы. Выдали спасательные жилеты оранжевого сочного цвета. Только туристам. Местные жители, наверное, не тонут. Признаться, перуанские женщины не влекут. Невысокие, смуглые, с грубыми чертами лица в молодости они выглядят детьми, а с возрастом становятся сразу старухами с очень широким тазом. Подчёркивая плодовитость ещё и пышными цветастыми юбками. На мой взгляд, перуанские мужчины выглядят лучше своих женщин. Типичное индейское лицо мужчины с возрастом становится мужественнее.

    Река Мадре де Диос является притоком Амазонки. Река довольно широкая и очень мутная. Близость гор подтверждалась быстрым течением. Солнце пекло через дымку, которая уже начала приобретать форму дождевых облаков. Кое-где над сельвой серыми полосами шёл дождь. Затарахтел двигатель и чёлн, в описании названный моторным катером, двинулся в амазонию.

    Что же предлагало нам описание маршрута? "Спуск по реке через нетронутые джунгли до Экоамазония Лодж. По дороге наблюдая за активной жизнью животных (кайманов, черепах, множества млекопитающих, птиц…), за работой золотоискателей, моющих золото на реке". Наш Оскар делал всё возможное, чтобы выполнить обещания программы, не отрываясь он оглядывал берега и воду в поисках животных и птиц. И кое-что ему удалось. Видели черепаху (1 шт.), пекари (2 шт.), капибару (1 шт.), попугаи (1 шт.). Драги встречались часто, но, друзья мои, кто же работает 31 декабря?! Хотя, я бы немножко поработал, если честно. Раздали нам какую-то очень вегетарианскую еду, завёрнутую в банановые листья Тем временем дождь усиливался. Появились полиэтиленовые стены. По-прежнему было очень тепло. Причалили к лесенке, уводящий вверх, в сельву, а дождь всё не кончался. До местных четырёх часов или до московской полночи оставалось меньше часа. Больше ждать было нельзя. Оделись в дождевики и гуськом побрели по узкой тропе. Книга "Сто лет одиночества" Маркеса ярко всплыла в памяти. Тропинка казалась бесконечной. Наконец среди зелени как-то сразу выросли крыши каких-то строений.

    Строения стояли на сваях, были соединены переходами, укрытыми такими же тростниковыми крышами, к которым мы начали привыкать. Бросилось в глаза огромное количество резиновых сапог, развешанных под навесом при входе. Как и предвещала программа, нас встретили освежающим напитком, только вещи наши с запасом спиртного ещё не прибыли. А время поджимало. В Москве провожали старый год. Почему-то из всей группы остались только россияне и американская пара. Остальные быстро разошлись по своим номерам. У Жени с Лёшей оказалась бутылка виски в рюкзаке и, пригласив в компанию американцев, под песенку про ёлочку мы встретили московский Новый год.

    Девушка с рецепшена выдала нам не ключи от номера, а резные таблички с цифрами. Теперь представьте такую картину:

    Крытый переход привёл нас к номеру, который закрывался вместо двери шторками. Стены были сделаны из бамбука и не доходили до крыши, которая накрывала все номера разом и была сделана искусным плетением из того же тростника. Стены не очень защищали не от звука даже! От взгляда! Среди комнаты стояли две кровати с антимоскитными сетками, висел гамак, сбоку стоял стол и пеньки вместо стульев. А главное, одной стены просто не было. Были перила, а за ними джунгли! Стены санузла тоже были просто перегородками, правда, заштукатуренными глиной. В санузле присутствовал унитаз, раковина и душевая кабина с холодной, точнее с подогретой самой природой водой. После первого шока мы пришли в полный восторг. Мы реально будем спать в амазонской сельве! Добавлю к этому, что электричества не было вовсе. Освещение состояло из двух керосиновых ламп в сквозных нишах стены, для того, чтобы светло было и в переходе между номерами. Второй раз мы поблагодарили мысленно Оскара за фонари и дождевики.

    Тем временем, принесли наши вещи, и можно было подготовиться к праздничному ужину, который назначили на 20.00. Приняли бодрящий душ, приоделись и пришли по длинному крутому переходу на сваях в обеденный "зал". Зал был большим навесом без стен. Перуанцы не особенно разукрашивали помещение, да и ужин не блистал разнообразием, но это не могло нас обескуражить. Вся соль ситуации заключалась именно в этой первозданности, нетронутости природы, которая резко контрастировала с сусальной парадностью новогодних городов. Настасья и Женя вышли в свет в вечерних платьях, чем несколько обескуражили прочих дам вечера. Прочий народ выглядел обыденно. Немножко выпивали за Новый год в разных городах и странах, представители которых поочерёдно начинали горланить за разными столами по мере движения праздника на запад. Потом Атлантический океан дал паузу, и народ собрался у барной стойки и игровых столов с шахматами. Наши друзья немножко повздорили с американкой из-за наряда Жени и отправились отдыхать. Ну а мы с Настей решили развлекать себя и остальных на полную! Организовали танцы, конкурсы. Сначала заказывая музыку, а затем сами стали ставить диски. Вокруг бегали довольные перунята, для которых у меня оказались детские жевачки из Москвы. Ирландцы сделали конкурс с подлезанием под верёвочку, я научил танцам на газете, были состязания на количество выпитого… Праздник получился общим и весёлым. Как оказался в номере точно не помню.

    ДЕНЬ ПЯТЫЙ (01.01.08)

    Проснулся в четыре часа. Ночь в памяти не осталась, голова не болела! Принял холодный душ и стал собираться. На утро был назначен поход. Рыбалка на пираний. Лёха – рыбак конкретный, я тоже не мог отказать себе в таком удовольствии. За стеной послышалось Лёхино кряхтение в холодном душе. В половине пятого все стали просыпаться и готовиться. Позавтракали с непременным ассортиментом местных фруктов и с обычным для них отвратным кофе. Предстояло по реке добраться до какой-то заводи. Собравшись на рецепшене, выбрали себе сапоги по размеру и цвету, намазались репеллентами и почавкали через сельву к пристани. Дорожка оказалась вовсе и не долгой. Опять река и опять эти красоты. Рассвело по дороге. Приплыв на место ещё долго шли сквозь сельву к старому руслу реки. Среди зелени то тут, то там вспыхивали неожиданные цветы самой причудливой формы и расцветок. Где-то высоко кричали не по-русски птицы. Кругом было сыро и пахло грибами. Впереди заблестела вода.

    У берега причален катамаран, то есть те же две пироги соединённые помостом с лавочками. Сзади имелось огромное весло, при помощи которого сооружение двигалось по глади довольно чистой воды. Наш новый гид Луис (Оскар не выдержал Новогодней ночи и остался болеть в лодже) попросил нас не очень шуметь. Чуть плескало весло, неярко пробивалось в облаках солнце, пронзительно чистый воздух, прозрачная вода, сочная зелень берега и звуки птичьей жизни. Мы оказались в раю. Луис показывал направление кормчему, и катамаран направлялся к месту, где он заметил птиц. Их было не так уж и много. Казалось, что в такой красоте и тишине должно быть царство животных и птиц, но это была, видимо, окраина рая. Огромные глупые птицы, похожие на ярких петухов, лениво перелезали по веткам, нависшим над водой. Как выяснилось, они не очень-то любят летать, предпочитая в случае опасности плюхнуться в воду. Крупные чёрные птицы, похожие на воронов кричали уж совсем неприлично. Много мелких жёлтых птичек летало над камышами. Там, в камышах разгуливали цапли. Трогательно было наблюдать восторг нашего Луиса по поводу каждой новой птички, показанной нам. Он подходил к каждому с орнитологическим справочником и показывал их на картинках. Видно было, насколько этот человек влюблён в сельву и в свою работу. В одном из затончиков мы около получаса рассматривали семейство летучих мышей, спящих на стволе над водой. Луис был самым заинтересованным зрителем.

    В воде между тем шла своя драматическая жизнь. Выскакивали мелкие рыбёшки, спасаясь от хищников, плескалась крупная рыба. После нескольких проездов по заводи Луис подобрал место для рыбалки. Из-под настила появились удочки. Вы бы видели эти удочки! Местная рыба была непритязательна. Вспомнились детские деревенские снасти из орешины. Они были круче перуанских. Крючки тут, однако, были на проволочных поводках. Только очень тупые, полагаю, не без умысла нашего любителя природы. Пираньи сдирали мясо мгновенно. Подсекать не успевали. Но через некоторое время Лёха изловил первую маленькую хищницу. Поймал и я серебряную пиранью. Третьей удочкой овладела индийская девушка. Девушка миниатюрная и необыкновенно азартная. Она яростно выдёргивала леску, крючок свистел над головами туристов под какие-то индийские… междометия. Свою удочку я отдал Алёне, которая, составляя контраст индианке, довольно неловко, но, сохраняя грацию, поучаствовала в акции. Простите за каламбур)). Лёха приноровился и таскал рыб одну за другой, а Луис их отпускал. Наконец индианка поймала рыбку и, облегчённо вздохнув, мы тронулись в обратный путь.

    Лёша, окрылённый удачной рыбалкой, бодро шёл впереди. Тропинка петляла в джунглях. Луис время от времени останавливался, показывая насекомых, рассказывая о термитах или о деревьях любимого леса. Вдруг из-за поворота тропы раздался дикий Лёхин крик. Затем топот и не менее дикого вида Лёха, задыхаясь и отчаянно жестикулируя, заорал: "Там… Там во такая! Как бревно! Метра полтора там!". Успокоив его Луис спросил, как выглядела змея. По описаниям страдальца решили, что это был удав, Боа Констриктор. Подойдя к роковому месту, змею, к сожалению, не обнаружили. Бедное создание спряталось от воплей ивановского негоцианта. Лёша же оставшуюся часть пути смиренно брёл в середине каравана.

    На обратной дороге часть нашей разноязыкой группы начала раздеваться. Оказалось, что предполагалось купание в реке. Нас предупредить забыли. Купальники мы не взяли. Настасья решила плыть в одежде. Мы с Лёхой с завистью смотрели на их радостные физиономии. Первым не выдержал он. Разделся и в трусах, без спасательного жилета прыгнул в воду. Тогда я тоже перестал заботиться об имидже представляемой державы и последовал за ним. Вода была мутная, но не холодная. Сильное течение несло нас и лодку вниз по реке к лоджу. Через некоторое время Лёша явно пожалел, что не одел жилет. Плыть долго он не рассчитывал. Мне это было не сложно, а он, вероятно, не привык к долгим заплывам. Наконец показалась лесенка нашего эколоджа. Только возле берега река коварно меняла направление движения и пришлось напрячься по-настоящему.

    Выбрались на берег с трудом, но ведь это было купание в Мадре де Диос, притоке Амазонки. Игра стоила свеч.

    После такого заплыва как хорошо было развалиться под жарким тропическим солнцем с бокалом сухого белого вина! В этот день погода радовала нас ярким солнцем. На опушку перед лоджем вылетали огромные голубые бабочки, яркими пятнами по зелени вспыхивали необыкновенные цветы. Отдых затем обед и мы вновь на знакомой тропе. Направляемся в гости к местному шаману.

    Как в горной части оптимальным средством передвижения является самолёт, так в сельве единственной дорогой служат реки. Лодка причалила в более обжитом месте. Тропа имела вид неширокой дороги. Наблюдался какой-то порядок в расположении деревьев. Это была плантация шамана. Сам шаман вышел к нам, когда мы заняли места на лавках под обширным навесом. Это был мужчина лет шестидесяти, одетый в джинсы и клетчатую рубашку, поверх которой его грудь украшали ритуальные бусы. Несколько минут он рассказывал о себе и о своём племени, а затем мы пошли по плантации, где он собирал материалы для своей практики. В амазонскую сельву отправляются на излечение не только жители Латинской Америки, но и отчаявшиеся в официальной медицине уроженцы всего мира. Местные шаманы вылечивают самые страшные болезни. Шаман сам определяет, сможет он помочь человеку или нет. Если берётся за дело, то это означает, что он получил согласие своих лесных духов, и сами духи помогают ему бороться с недугом. При этом шаман использует снадобья, сырьё для которого растёт в сельве. Лечение может длиться несколько дней или месяцев и не всегда это простое дело для пациента. К примеру, для лечения алкоголизма и наркомании используется средство под названием "айваска". Применяется оно после нескольких дней подготовки больного. Действует как галлюциноген и слабительное и рвотное. Человек очищается в буквальном смысле. Шаману приходится возрождать его к жизни. Но показали нам и более приятные растения. Приворотное дерево позволяет на три месяца влюбить в себя объект своих мечтаний, а растение "para-para" на эти три месяца даст мужчине потрясающие сексуальные возможности. Ну, по крайней мере, шаман так говорил)). Деревьев с табличками нам показали очень много. Создавалось впечатление, что шаман всемогущ. Многие закупали у него бутылки с чудодейственными зельями. Особенно "para-para". Я же, как человек православный, решил надеяться на Бога, да на себя самого. А вот фикусы меня поразили. Два дерева стояли рядом. Мужское дерево и женское дерево племени. В несколько обхватов каждое. Это были знакомые с детства фикусы из кадки. Я с уважением спросил шамана о их возрасте, предполагая почтенные столетия. Лет сорок или пятьдесят, был ответ.

    Вернулись мы уже в темноте. После ужина Настя с Алёной соблазнились прогулкой по ночным джунглям под предводительством Луиса, а я поставил перед собой в номере бутылку джина и сел за написание этого дневника.

    ДЕНЬ ШЕСТОЙ (02.01.08)

    Стало уже привычным раннее пробуждение. Проснулись в 5.00. Оживший Оскар повёл нас в джунгли к башне, собранной как тура. Высота её составляла 37 метров. Оказалось, что это было единственное место, где работал мобильный телефон. Вот только, отчаявшись связаться с миром за эти два дня, я не обратил внимания на севший аккумулятор. Связаться не удалось и тут. Представляете? Никаких звонков, никаких СМС в Новый год и два дня после.

    Мы были выше самых высоких "железных" деревьев, которые, кстати, являются природообразующим элементом, поскольку некоторые виды птиц живут только в его коре. Среди сплошных зарослей извивалась широкая бежевая река Мадре де Диос. Над морем зелени кое-где с криками летали стаи попугаев, издали доносились грозные вопли обезьяньих вожаков. Было уже светло, но за облаками солнца ещё не видно. Как и поверхность вчерашней заводи, сельва была ровной и спокойной, лишь иногда покой этот тревожили яростные крики далёкой обезьяньей жизни. Мы прощались с великой Амазонией, глядя на бескрайние просторы лёгких планеты и вдыхая самый чистый воздух. Это было отмечено гортанным воплем Лёхи с биением себя в грудь, что явилось достойным ответом на вызов обезьяньего вождя.

    После завтрака по родной тропинке пришли к реке, и лодка направилась в Пуэрто Мальдонадо. Не смотря на отсутствие всяческих удобств, не смотря на то, что не было ни электричества, ни связи, ни даже горячей воды мы с грустью расставались с этими местами и с нашими гидами, которые передали нам часть своей любви к удивительной и прекрасной Амазонии.

    Пуэрто Мальдонадо был всё тем же сараем, но уже не казался таким убогим после двух дней в лодже Экоамазония. В аэропорт нас на этот раз доставил современный микроавтобус. Боинг 737 местных авиалиний довольно быстро перенёс нашу уже сплочённую группу в столицу инкской империи, город Куско. Надо сказать, одеты мы были в соответствии с тридцатиградусной жарой, а Куско встретил дождём и, мягко говоря, прохладой в 15 градусов. Обгорелые физиономии несколько притухли от такого контраста. У Жени и Лёши куртки были в багаже и в ожидании они озябли.

    Встретила нас новый гид, Лена, оказавшаяся очень приятным и знающим человеком. Она обратила наше внимание в первую очередь на то, что Куско находится на высоте 3200 м., а с этим связаны определённые изменения в самочувствии. Следовало не делать резких движений, не бегать и обязательно принять таблетки, которые тут же нам дала. Аэропорт находится в самом городе и мы довольно быстро оказались в отеле "Dorado". Уютный отель полностью соответствовал четырём звёздам. В фойе стоял большой водонагреватель с "мате де кока". Чай из листьев коки необходимо пить для акклиматизации в высокогорье. Напиток довольно приятный и ароматный. К моменту приезда в отель начали проявляться признаки недомогания: головокружение, покалывание в кончиках пальцев, головная боль. Приняли таблетки, выпили коки и аккуратно поднялись в номер. Нам предстояло быстро пообедать и отправляться на экскурсию по городу.

    Моросил дождь, кружилась голова, но Лена рассказывала настолько интересно и подробно, что я не замечал неудобств. В Куско сохранилось много храмов и дворцов, потому что их было очень много до испанцев. Конечно, испанцы стремились уничтожить память об империи Инков. Они разрушали храмы инков и на остатках старых стен возводили католические храмы. Остались лишь те строения, разобрать которые испанцы не сумели. Огромные камни были настолько плотно подогнаны друг к другу, скреплены такими замысловатыми каменными замками, что разрешить это головоломку не могут до сих пор. В храме Солнца, Кориканча, Лена показала нам в стене среди массивных прямоугольников маленький квадратный торец камня. Существует предположение, что, вынув из стены этот маленький брусочек, можно затем, как разгаданную головоломку, разобрать весь храм. Всё что смогли сделать завоеватели, это включить ритуальные здания инков в свой архитектурный ансамбль. Разумеется, ободрав всё золото со стен храма Солнца и серебро с храма Луны.

    Сильное впечатление оставило искусство камнетёсов древнего Перу. В Куско действовал водопровод и канализация из каменных труб. Фрагменты водопровода поражают идеально круглыми отверстиями внутри каменных блоков, которые и служили трубами. Надо учесть, что в Южной Америке не знали других металлов, кроме золота, серебра, меди, а позднее бронзы. Не знали колеса. Не существовало лошадей и тягловых животных. Лама и альпака могли перевозить грузы не более тридцати килограммов. При этом инки транспортировали многотонные камни, подгоняли их друг к другу со множеством углов так, что и сейчас невозможно просунуть в стык лезвие бритвы. Впрочем, инки ли? Империя инков существовала с 1200 года нашей эры. Чем больше рассказывала Лена, тем менее прочной казалась конструкция истории древних цивилизаций Южной Америки. Странным было, к примеру, что камни фундаментов некоторых храмов инков были обработаны и подогнаны лучше основной стены. Письменности у древних цивилизаций Перу не обнаружено, или она не разгадана. Я не специалист в этой области, но, насколько понимаю, теории перуанских цивилизаций нет. Есть много гипотез, одну из которых принято считать предпочтительной.

    Доподлинно известно лишь то, что увидели в этой стране испанские завоеватели, да и они уничтожили империю инков, не особенно заботясь о её изучении. В новогоднем Куско миражём великолепного золотого сада стояли светящиеся контуры деревьев, животных и людей. Золотой сад был отдан испанцам за освобождение Инки.

    Далее по нашему маршруту поднялись ещё метров на 200 выше уровня Куско. Это был огромный комплекс сооружений крепости Саксайуаман, где по преданию главный Инка проводил праздник Солнца. Вытянутая огромная площадь с двух сторон ограничена сооружениями, в плане изображавшими зигзаги (молнии). Зигзаги эти выложены очень большими камнями неправильной формы, но столь же виртуозно подогнанными друг к другу. Один из них весом в 125 тонн считается самым большим камнем в постройках Южной Америки. На площадке над этой стеной во время праздников находился народ инков в строгом соответствии с общественным положением, а на другой стороне располагался верховный Инка с высшей прослойкой. Империя инков была тоталитарным государством.

    Поднявшись ещё выше на площадку над этими сооружениями, смогли увидеть панораму всего города, который сверху казался красным от черепичных крыш. Вся архитектура города была выдержана в едином стиле, если смотреть на него с высоты. Среди красных кварталов выделялись зелёные островки площадей, чистая полоса аэродрома, чаша стадиона. Куско – уютный город, но высота давала себя знать. Хорошо, что местный мальчишка продал нам пучок травы, которую нужно было нюхать, разминая в пальцах. Трава обладала удивительным свойством снимать неприятные ощущения высокогорья.

    Последней точкой сегодняшней экскурсии были священные источники комплекса Тамбомачай. Это было самое высокое место нашего маршрута. Перед походом вверх по широкой мощёной дороге перекусили варёной кукурузой с сыром. Зёрна кукурузы были раза в два крупнее привычных европейских. Может быть, мне показалось, но это блюдо придало сил. Шли медленно, останавливаясь, чтобы отдышаться. Наш экскурсовод тоже дышала трудно, но постоянно рассказывала об истории этого места. Не стану пересказывать, чтобы не перепутать какие-либо подробности. Всё это можно прочитать в книгах. Скажу только, что правитель инков единственный из всех мог совершать омовения в этих источниках. Он тут излечивался от всех своих недугов. Так было. Ну а мы, умывшись этой священной водой, облегчения от высокогорья не ощутили.

    На обратном пути по нашей просьбе Лена показала нам базарчик в окрестностях Куско. Надо же купить сувениры для московских родственников и друзей. Большой ангар был заполнен изделиями из ламы, альпаки, различной керамикой. Перуанцы виртуозно обращаются с шерстью, но не умеют выделывать шкуры. Вещи из шерсти викуньи выносили по особой просьбе. Это очень дорогой товар. Торговаться с перуанцами приятно. Не так театрально, как в арабском мире. Все происходит с достоинством и в разумных пределах, но торговаться надо обязательно. Иногда можно снизить цену в два раза.

    По возвращении в город наши ивановские спутники попросили показать им ювелирные магазины, где и зависли. Затем был ужин с довольно комичным поеданием "куи", которая тут подавалась целиком запеченная на вертеле. Это делало блюдо совсем трагичным, но ребята чувствовали себя обязанными отведать морскую свинку. Смотреть на них было жалко, хотя и смешно. Вернувшись в отель, все разошлись по номерам. Мы не увидели всего, что было записано в программе тура. Ни храм Кенко, ни крепость Пука-Пукара нам увидеть не пришлось, но и на то, что посетили, сил хватило с трудом.

    А на завтра в программе был записан Мачу-Пикчу.

    ДЕНЬ СЕДЬМОЙ (03.01.08)

    Встали рано утром, как обычно, позавтракали, выпили мате-де-коки и поехали на машине в священную долину инков. Дело в том, что поезд идёт до городка Агуас Кальентес, что у подножия Мачу-Пикчу, из Куско, но выбирается он из Куско по серпантину. В отличие от автотранспорта серпантин для поезда означает движение лесенкой вперёд-назад, что очень долго. Проехав половину дороги на машине, мы сэкономили целый час, за что большое спасибо Елене, которая это организовала. Поезд довольно комфортабельный. Проверка билетов, проверка паспортов на входе и мы начинаем движение. Мимо гор, вдоль священной реки Урубамба (тоже довольно мутной), мимо предджунглей. Эти леса в Перу называют бровями джунглей, поскольку они ещё не столь буйные, как в амазонии, но уже гораздо обильнее растительности в окрестностях Куско. Здесь гораздо теплее. Вдоль дороги много эвкалиптов, растений привезённых сюда европейцами. Тут растёт самая крупная в мире кукуруза. Система террасных полей мало изменилась с инкских времён.

    Дорога следует всем извивам быстрой реки. Вокруг теснятся горы неописуемой красоты. Они безжизненны лишь местами, где вертикальные сколы породы относительно недавние. В основном же горы мохнатые от бурной зелени. Через два часа пути прибыли в Агуас Кальентес. Мачу-Пикчу совсем недавно был причислен к чудесам света, что сразу отразилось на жизни небольшого городка. Повсюду видны следы строительства, хотя места для этого совсем не много. Отвесные стены гор сжимают городок со всех сторон. На станции Лена купила пакет с листьями коки и показала, как её надо жевать. Что ж? На вкус довольно приятная штука.

    Двадцать минут на автобусе по красивейшему серпантину и мы прибыли в затерянный город Мачу-Пикчу. Собственно говоря, как назывался город неизвестно. Мачу-Пикчу переводится, как старая гора. Уаина-Пикчу – молодая гора. Между двух этих гор и располагается сам город инков. В сам город мы шли уже по горной тропе. С каждым поворотом и подъёмом виды становились всё величественнее. Внизу виднелась река и станция, а перед нами фантастическим продолжением линий гор возник город. Мы поднялись на площадку выше главного поселения. Это место считается местом лечения или жертвоприношения, или кладбищем. Сам город имеет только один узкий вход, к которому приводит тропа. Тропа ведёт во внешний мир через пропасть по подвесному мосту, который убирали в случае опасности. По свидетельству Ирама Бингхема, нашедшего город в 1911 году, в нём всё выглядело так, будто люди из него ушли в один момент, бросив всё. Сейчас Мачу-Пикчу выглядит живописной руиной. Частично дома и храмы стоят на фундаментах более ранних построек. Фундаменты эти выглядят лучше их продолжений. Камни лучше пригнаны друг к другу, поверхность их лучше обработана. Весь город окружен террасами, на которых выращивали орхидеи для дворца инков. Мы обошли весь город, потрогали энергетический камень (тёплый такой!), посидели возле бассейнов, поговорили о разных версиях предназначения этого города, вплоть до темы пришельцев. Надо сказать, что особенной энергетики я не ощутил, хотя, по словам Лены, некоторые люди испытывают там явное жжение даже через обувь.

    На выходе с территории Мачу-Пикчу в загрнпаспорт поставили местный штамп. На обратном пути наш автобус провожал мальчишка, пронзительно прощавшийся с нами возле каждого поворота серпантина. Он так и прибежал вниз раньше автобуса с гортанными воплями и улыбкой. До поезда оставалось два с половиной часа. Пообедали и разбрелись по городку. Горы нависали над станцией, внизу копошился рынок и туристический водоворот. Иногда набегал короткий ливень. Мы с Настей забрели в Интернет-кафе и, сидя у огромного окна с видом на городок и живописные горы, писали письма в далёкую новогоднюю Москву.

    С Леной мы расстались, тепло поблагодарив её, в Агуас Кальентесе. На обратном пути в поезде нам устроили костюмированное шоу. В священной долине нас встречал местный водитель. Вечерний Куско светился всевозможными огнями. Лёша с Женей залегли, а мы, будучи молодёжью, пошли гулять по городу. Болтали. В разговорах прошёл вечер. Город, уходящий в горы, вечером светился, как ёлка в гирляндах.

    ДЕНЬ ВОСЬМОЙ (04.01.08)

    В это утро нам никуда не надо было торопиться. Автобус в аэропорт должен был подъехать к 12.30. Все разбрелись по городу. Прогулка по Куско без суеты вокруг гида, без ожидания отставших и без заданного маршрута внесла разнообразие в жёсткий ритм путешествия.

    Перелёт Куско – Хулиака – Арекипа показался довольно долгим. Взлетая из Хулиаки, смогли увидеть размеры и красоту озера Тити-Кака.

    Арекипа встретила дождём, но было довольно тепло. Градусов 18. Нашим гидом в Арекипе оказался перуанец Юрий, который когда-то учился в Москве и слегка владел русским. Микроавтобус вёз нас по сельскохозяйственным окраинам Арекипы. Окружающие город вулканические горы были скрыты облаками. Первое впечатление было совсем не таким, как описывали рекламные статьи. На первый взгляд город казался бедным и тусклым, но это на первый. Ближе к центру архитектура стала подтверждать название "белого города". Ажурное великолепие белокаменных соборов и жилых зданий старой части города подчёркивалось эффектной вечерней подсветкой. Разместили нас в отеле на главной площади Арекипы, Пласа де Армас, конечно. Отель "Honesta Posada del Inca" примечателен в первую очередь рестораном, который имеет столики на втором этаже арок, окаймляющих центральную площадь. Экскурсию по центру Арекипы проводила интеллигентная пожилая перуанка на испанском. Юрий с грехом пополам переводил на русский. Женщина очень старалась показать и рассказать побольше, но времени уже было много, стемнело и экскурсия получилась беглой. Впрочем, мне не так интересно было испанское наследие в Перу, как природа этого края. Но архитектура "белого города" очень эффектна. Нас проводили в ресторан, где было столь же стильно, как и в центральной части города.

    Как обычно наши друзья, Женя и Лёша, отправились после ужина отдыхать, а мы решили побродить в сопровождении Юрия по ночной Арекипе. При этом Юрий настоятельно рекомендовал не демонстрировать дорогие камеры и держать крепче сумки, поскольку тут воровство у туристов не редкость. Близкие к центру улицы были освещены и не производили впечатления опасного места, но стоило отойти на два квартала и окружение сильно менялось. Света было мало, и люди вызывали подозрение, поэтому далеко от центра мы не уходили. Компания наша постепенно таяла. Вначале попрощался Юрий, затем Настя запросилась домой, а мы с Алёной решили посидеть на балконе ресторана нашего отеля. Любовались ночной площадью и беседовали.

    ДЕНЬ ДЕВЯТЫЙ (05.01.08)

    Утро началось в 7.00. Поднялось солнце, поднялся и я и обнаружил отсутствие кофра с камерой, фотоаппаратом и телефоном. Перерыв всё, понял, что оставить его мог только на балконе ресторана. Тягостное предчувствие беды поднималось от середины груди к голове и затмевало, подобно туче, слабую надежду на невероятность такой потери. Вспомнилась Индия и потерянный в последний день фотоаппарат со снимками. Побежал в ресторан с отчаянным лицом, спрашиваю официанта о кофре. И, о чудо! Мне отдают кофр, и в нём всё цело! И как после этого относиться к рассказам о кражах вещей из номеров? Я отблагодарил официанта и с лёгким сердцем отправился на крышу отеля. Прыгнул в бассейн. Вода довольно холодная, но зато, какой роскошный вид был в это солнечное и радостное утро! Все величественные вулканы, окружающие Арекипу, сияли снежными шапками. Соборы белого города сегодня тоже слепили глаз белизной. А что самое радостное, так это нашедшиеся камеры со всем отснятым за поездку материалом!

    Поскольку до отправления в Колкинский каньон было пару часов, мы с Настей оставили наших попутчиков осматривать внутренность соборов, а сами отправились гулять и фотографировать. Конечно, при свете дня город не казался таким уж чистым, но как же колоритны дворики испанского колониального стиля! Какие удивительные резные балконы на фасадах старинных домов. Купили для наших попутчиков плоды кактуса. Такие мы уже пробовали в Тунисе, а для них это было в диковинку.

    Часов в десять подошёл автобус. Наш индивидуальный тур превратился в групповой. При этом в автобусе были и перуанцы, что привело к тому, что гид говорил свой текст на испанском и английском, а Юрий с трудом подыскивал русские слова. Вообще-то Юрий – человек хороший, но с ним нас начали посещать неудобства и нестыковки, многие из которых более энергичный человек мог бы легко преодолеть. И то, что наша русскоязычная группа не сидела в автобусе рядом, было не самым неприятным следствием его стеснительности. В дальнейшем проблем становилось всё больше. Но об этом в своё время. А пока под стекот молодого перуанского гида мы выезжали из Арекипы. Он попросил всех представиться и назвать страну, из которой прибыли. И тут проявилась особенность, о которой я раньше читал. Одна из перуанок гордо заявила, что она из страны Арекипа. Жители этой провинции считают себя независимыми "арекипеано".

    Дорога меж тем уходила в предгорья. Деревья сменились кустарником, кустарник тоже стал попадаться реже. Мы въезжали в заповедник, где обитали викуньи или бикуньи, поскольку в испанском нет буквы "в". Эти животные были настолько милы, что паслись недалеко от дороги. Автобус остановился для проведения фото сессии. Викуни меньше ламы. Шерсть их очень тонка и растёт очень медленно. Стригут их один раз в три года. Для этого собирается около двухсот загонщиков, окружают стадо и сгоняют в загон. Вся поверхность предгорий изборождена канавами, которые, по мнению перуанцев, совершивших эту титаническую работу, задерживают влагу в почве и способствуют лучшему произрастанию травы. Мне эта затея показалась похожей на массовое избиение воробьёв в Китае. Ну, в самом деле! Тысячелетиями существовали эти места без канав и неплохо снабжали травой животных. Водились тогда и естественные регуляторы численности – пумы. Человек же уничтожил пуму и решил ещё подкормить травоядных. Впрочем, это их страна и их решения. Вдоль речушек, лениво разливающихся по пологим склонам, можно было наблюдать небольшие стаи птиц, которые тут проводили зиму. Тут мы тоже немного постояли и погуляли вдоль дороги. Следующую остановку сделали возле стада лам и альпак. Последние являются гибридом ламы и викуньи и ростом ниже ламы но выше викуньи. Некоторые животные были стрижены недавно. Ночью, вероятно, мёрзнут. А кругом сияли снежные вершины Кордильер (на языке кечуа они называются Анды, т.е. медные).

    Через два часа пути среди горной долины показался очаг цивилизации с туалетами и кафе, где можно было приобрести мате-де-кока. Высота уже была приличной – 3800м., однако в шортах и рубашке вполне комфортно. Близ кафе навесы торговцев. Торговцы полны достоинства и ниже десяти процентов дискаунта не опускаются. Дальше подъём становится всё сложнее. Соратники запросили таблеток и стали жевать коку. Кока не действует явно и сразу, но мысль о предпринятом противодействии природе несколько успокаивает. Растительности всё меньше. Появляются ледяные лужицы и полоски снега. Мы поднимаемся всё выше, и двигатель заметно теряет мощность от недостатка кислорода. И вот перед нами площадка самого высокого места маршрута. Высота 4910м. Все вулканы видны, как на ладони. Везде, на сколько хватает глаз, высятся пирамидки камней. Это апочете. Сложишь такую пирамидку, загадывая желание, и оно исполнится. Как много на свете романтиков!

    Дышать трудно. Местами лежит снег. Призываю всех москвичей потрогать снег, поскольку в Москве он до сих пор не выпал. Облака были и выше и ниже нас. Солнце сияло и сильно пекло кожу. Вокруг везде были снежные вершины. Почва каменистая, но даже на этой высоте между камней кое-где примостились кустики любимой альпаками травы.

    Эта стоянка была самая длительная. После неё начался спуск по живописному серпантину в каньон реки Колка. Мы спускались по всё более зелёной местности в долину реки. Городок Чивай имеет помпезные ворота, где продают красочные билеты, и трущёбный вид улиц и домов. Обед нас ожидал в соответствующей внешнему виду городка забегаловке. Отель "Casa Andina", тем не менее, вполне тянул на четырёхзвёздочный лодж. Хотя в бунгало было холодно, электрообогреватель вполне справился с задачей, пока я осматривал ухоженную территорию отеля. Тем временем набежали тучи, и начался уверенный дождь. Подъехал автобус и, взяв с собой купальные принадлежности и гостиничные зонты, мы бодро отправились к термальным источникам.

    Источники имели открытые и закрытые бассейны. Крытый бассейн привёл меня в ужас. Нечто среднее между общественной баней и святым источником. Толпа мужских и женских тел, душевые кабины из шестидесятых годов, мрачные мысли о множестве болезней со всей планеты. Открытые выглядели не лучше. Просто светлее и при дожде. Просидев в крохотной кафешке полтора часа, вышли на дождь к своему автобусу. А водителя нет! Тем, кто погрелся в источниках, было ещё хуже на холодном дожде с ветром. Водитель появился минут через пятнадцать. Ещё столько же ждали сбора всей группы. Всё это время наш Юрий топтался возле нас, сочувствуя, но ничего не предпринимая. Уже стемнело, когда нас довезли до отеля. Переоделись и подготовились к ужину с развлечениями местным фольклором. Юрий позвал нас в автобус, и мы, как лохи, сели в него, чтобы куда-то ехать. Из своего отеля, где был прекрасный ресторан!

    Привезли нас в какую-то столовку с тесными длинными столами. И вдруг выясняется, что за это удовольствие мы должны ещё и заплатить. Тут я не выдержал и взял инициативу в свои руки, не смотря на мучительное смущение Юрия. Я предложил ему немедленно доставить нас в отель, где мы будем выяснять отношения с руководителем принимающей компании, Ириной. Лицо бедного Юры выражало искреннюю преданность и полную беспомощность. Приехав в свой отель, заметили, что фольклорный ансамбль уже давно играет и поёт. После нескольких минут переговоров с Ириной недоразумение, чьим виновником был наш рассеянный и стеснительный Юра, разрешилось. Ансамбль к тому времени уже свернулся, но ещё пару раз пнув Юрия, удалось организовать приятный вечер.

    Настасья отправилась в номер, Женю, которая было собралась веселиться, забрал строгий муж, а мы с Алёной и Юрием остались в каминном зале. Алёна решила разбудить интерес к активной жизни в этом человеке, который просто занимался не своим делом. Мне пришлось стать соучастником. Полагаю, Юрий надолго запомнит этих странных русских, которые, терзая его уснувшую душу, рисовали блестящие варианты реализации его невостребованных способностей.

    ДЕНЬ ДЕСЯТЫЙ (06.01.08)

    Проснулись в 5.15 от звонка с рецепшена. Сомневаясь в необходимости срочного сбора вещей, пошли завтракать. Однако автобус вскоре подошёл, и нас повезли на смотровую площадку Крус Дель Кондор. На этот раз все передние места в автобусе были уже заняты, и я оказался на самом заднем сидении. Было прохладно, окна запотевали, но виды из окна потрясали сказочной графикой горных склонов, аккуратно оформленных террасами. Вновь зазвучал испанско-английский комментарий юного гида. С некоторым усилием удавалось заставить Юрия организовать остановки в тех местах, где нам хотелось фотографировать, но виды стоили наших усилий.

    С несколькими остановками добрались до смотровой площадки. Погода разгулялась. Солнце, синее небо, шершавые склоны гор. Народ разбрёлся по многочисленным дорожкам к разным смотровым площадкам. Вид на каньон, на глубине которого текла Колка, пересказать невозможно. Им можно было бы любоваться часами. А кондоры… Ну что сказать о кондорах? Огромные птицы жили своей жизнью, кружа над каньоном в поисках еды или просто наслаждаясь полётом. Растопырив от восторга пальцы крыльев, птицы совершали плавные круги над безжизненными на первый взгляд скалами. Они там что-то находили, поскольку семья состояла из девяти птиц. Родители были с белой головой и шеей, а дети, пока были детьми, носили коричневую расцветку. Среди пожелтевшей травы торчали кусты кактусов. Некоторые с цветами. Плоды были очень похожи на те, что мы покупали в Арекипе, но листья кактусов не были плоскими, как в Тунисе.

    Люди нависали на парапетах, изо всех сил стараясь приблизиться к свободе полёта кондоров. А птицы не прилагали усилий для понимания пёстрой ползающей массы. Масса состояла из предлагающих и избегающих предложения. Туристы не замечали, что в этой сцене действующими лицами оказывались вовсе не они, а кондоры и торговцы. Хотя с точки зрения организации кормления, первым звеном этой цепочки являлись птицы, которыми эмоционально насыщались двуногие белые животные, в свою очередь становясь добычей маленьких смуглых женщин-торговок в несвойственной хищникам яркой раскраске одежд. Каньон Колка жил новой экосистемой, постепенно теряя свою кожу из жёсткой травы и кактусов, вытаптываемую несчётным племенем белых, оставляющих здесь душу и деньги взамен щемящего чувства невозможности полёта. Шкура гор, местами надрезанная людскими дорогами, обтекала осыпями вырванных из неё частиц и, как всё живое, стремилась затянуть ноющие раны дорог обвалами и селями. Над шрамами кожи каньона кружили кондоры.

    Туристы насыщались и переходили на другие площадки. Некоторые оставались на скалах дольше других. Они уже были близки к тому, чтобы, как кусочек жевательной резинки между двух поверхностей, между небом и землёй, вытянуться тонкой белой полоской и порваться пополам. Ветер неба трепал их дреды, а глаза их царапали небо, стремясь уцепиться за синеву.

    Мы разделились на группы. Кое-кто решил пройти вдоль канона пешком, я же предпочёл доехать до места встречи на автобусе и, в ожидании пешеходов, побродить по склонам в одиночестве. Постоянное присутствие большой группы людей начинало утомлять. Ушёл вверх от дороги. Там было тихо. Летали птицы, в том числе ярко жёлтые. Красными пятнами цветов их привлекали кактусы. Кругом росли дикие люпины ярко синего цвета на серебристой зелени. Вскоре подошли путешественники, и автобус быстро поехал в Чивай. Почти не останавливались. Было как-то угрюмо. Настроение не изменилось и по приезде в город, поскольку обед был в какой-то столовке со шведским убогим столом. Долго не собиралась группа. Наконец подошли все, и автобус отправился в Арекипу. Ехали через тот же перевал, но восторга не было. Не было и горной болезни. Солнце затянули низкие облака. Было дождливо и сумрачно. На перевале вышли только две девушки, которых не было с нами в первый день этого путешествия. Похоже, юный гид подрабатывал сам на себя, взяв попутчиков до Арекипы.

    Угнетала мысль о ночном переезде на автобусе в Наску. Дело в том, что в программе московского туроператора никакого ночного автобуса не было. Я не согласился бы на это испытание и выбрал бы другой маршрут или другого туроператора. А вот в программе принимающей стороны этот подводный камень всплыл, только обратил внимание я на это слишком поздно. Сходные настроения испытывали и наши попутчики. На одной из остановок было решено звонить Ирине и немножко скандалить. Возможно, получится долететь в Наску самолётом.

    В шесть вечера прибыли в Арекипу. Наши вещи поселили в каком-то отельчике вблизи центральной площади. Оттуда я и позвонил Ирине, но разговор не получился. Она меня убеждала, что всё идёт по программе, я ссылался на московское турагенство, говорил о недочётах её сотрудников. Так или иначе, договорились, что она выяснит о самолётах в этот вечер в Лиму. Но оказалось, что от Лимы до Наска на автобусе ехать шесть часов, что практически равно времени от Арекипы до Наски. Вопрос снялся сам собой. Пришлось смириться с судьбой, отложив разбирательства до Москвы.

    Простившись с Юрием, отправились гулять по Арекипе, потом пришли в свой прежний отель и поднялись на балкон. Там ужинали и беседовали. Вечер проходил в приятном ничегонеделании. Ближе к восьми часам появился микроавтобус, который после незначительного метания перуанцев всё же отвёз нас на автовокзал.

    Автобус был роскошный. Скания в два этажа с офигительно большими расстояниями между креслами. В автобусе была даже стюардесса, которая умудрялась, проходя задевать крутым бедром, как бы я ни устраивался в кресле. Всё было здорово. Рождественская ночь пробегала редкими огоньками за окном двухэтажного автобуса на пути в Наску. Джулия Робертс отвратным голосом разговаривала по-испански с экранов салонных мониторов. Как я её ненавидел тогда! Однако день был утомительным, и мы провалились в сон до четырёх часов утра, когда автобус вытряхнул нас на пустынной улице города Наска.

    ДЕНЬ ОДИННАДЦАТЫЙ (07.01.08)

    Ощущая себя людьми второго-третьего сорта, зашли в отель. Встретила нас там заспанная Эрика. Создание лёгкое и симпатичное. Это было приятным моментом, хотя как гид она не очень, но человеческие качества компенсировали некоторую не профессиональность. К тому же, хоть и было темно, я разглядел бассейн во дворике отеля. После целого дня и ночи в автобусах заплыв в ночной Наске очень вкусен! Ребят развели по этажам досыпать, а я отправился гулять по отелю. Вышел на крышу, сделал зарядку. Хотелось взбодрить своё тело и встретить рассвет в Южной Америке. Чуть крапал дождь и свет от невидимого за горами солнца потихоньку распространялся на всё небо. Гимна солнечного диска не было. Свет начинался везде одновременно. Одновременно начали кричать петухи на окраинах. Появились съёженные местные жители, начали сигналить машины. В Перу принято часто сигналить. Гуляя по отелю провёл два часа.

    В это утро мы должны были летать на маленькой Сесне над пустыней Наска. Отправились в аэропорт без завтрака во избежание недоразумений в полёте. Разрешение на полёт было получено сразу, и мы загрузились в шестиместный самолётик. Первый раз в жизни отрывался от земли на такой игрушке. Впечатление такое, будто легковой автомобиль вдруг взлетел.

    Пустыня вся расчерчена линиями и фигурами. Какие-то вытянутые трапеции и линии местами пересекают вполне различимые фигуры животных. На одном из холмов отчётливо виден человек с поднятой рукой, круглой головой и большими глазами. Пилот выдал нам карты, с обозначенным маршрутом. Над каждой фигурой он делал восьмёрку, чтобы с каждого борта самолёта было видно эти рисунки. Восторг полный, чему ни мало способствовало чувство необычного полёта на автомашине. Правда, Лёхе поплохело сразу. Бедный предприниматель и в автобусе стремился занять место ближе к водителю, потому как укачивало его. Тут же он просто погибал. По возвращении он на некоторое время куда-то пропал. Нам же вручили сертификаты участников полёта над линиями Наска.

    Вернувшись в отель, позавтракали под щебетание веселушки Эрики. Но надо было ещё увидеть музей или лабораторию камней, о которой нам рассказывала Лена. Из её слов следовало, что теория Дарвина окончательно перестала быть наукой. Камни, найденные возле Лимы, были покрыты окаменевшим же составом, возраст которого по результатам анализа составил около пяти миллионов лет. А фишка в том, что под этим составом находятся рисунки, на которых изображены сцены охоты на динозавров, сложнейшие операции по пересадке внутренних органов человека, при чём больному переливалась кровь от беременной женщины. На некоторых камнях есть подробные карты Америки и Европы. Изображения животных с других континентов. На более ранних камнях нет изображений женщины. На более поздних изображено изготовление женщины из мужчины. Есть и рисунки, показывающие изготовление животных. Всё это необходимо было увидеть.

    После некоторой путаницы Эрика поняла, куда мы хотим попасть. Мы приехали на площадь Оружия города Наска. За дверью с невзрачной вывеской лаборатории камня находилась комната, заваленная камнями. Хозяйкой этой комнаты, а как позже выяснилось, и других помещений была пожилая интеллигентная перуанка. Ассистентка умершего уже профессора. На стенах висели старинные портреты, запах старины плотно висел в двух маленьких комнатах со стеллажами. Некоторые камни были огромны. До метра в диаметре. Все они имели природную форму. Рисунки на них, выполненные методом насечки, были хорошо видны. Как оказалось, для этого камни специально покрыли тёмным лаком, чтобы рисунки выделялись светлым на этом фоне.

    Там стоял стол профессора, где рабочий беспорядок указывал на ежедневные труды по изучению камней. Труды этой женщины, продолжательницы дела мужа, любовника, хозяина? Не известно. Мы видели камни с динозаврами и кометами, изображения различных медицинских операций, заморских животных. Все рассказы Елены подтверждались. Только закрадывались сомнения в подлинности всего этого, т.к. вряд ли артефакты стали бы покрывать лаком для наглядности. Женщина-учёный повела нас в соседнее помещение, где камней было ещё больше и они были разложены по темам. Всего было так много, что не верилось в возможность мистификации, но ощущение подвоха осталось. Мы вышли под палящее солнце города Наска, а в темноте лаборатории осталась женщина-загадка. Ещё одна из загадок этой удивительной страны.

    В процессе осмотра лаборатории Настя почувствовала себя дурно. Я сбегал за водой. Она отсиделась в прохладе, но выглядела слабой. Оказывается, она с утра чувствовала недомогание и боли в желудке. Надо было всерьёз обратить на это внимание раньше, но я, к сожалению, решил, что можно ограничить её во фруктах и всё нормализуется. Позже это легкомыслие обернулось проблемой. Ну а пока…

    А пока мы ехали в Ику. Дорога из Наски в Ику идёт через пустыню, пересекая все линии и даже рисунки. Это знаменитое пан-американское шоссе. Подъезжая к пустыне, обращаешь внимание на то, что обычный перуанский пейзаж с неровностями, валунами и пучками травы вдруг преображается. Метра на полтора выше привычной поверхности, будто насыпанная и выровненная бульдозерами возникает пустыня Наска. Почва там состоит из белого песка вперемежку с коричневыми небольшими камушками. Когда мы подъехали к смотровой вышке у обочины шоссе, стало понятно, как были сделаны все эти фигуры на земле. Чтобы создать линию, просто снимали с поверхности слой сантиметров двадцать. Углубление заполнялось по дну песком. Этого достаточно, чтобы создать переход цвета от коричневых камней к белому песку, который с некоторого расстояния был хорошо заметен. С самолёта всё выглядело несколько нереально. Как на экране телевизора. С вышки же ощущение реального присутствия было очень ярким. А Настя лежала в микроавтобусе безучастно.

    Следующим этапом этого бесконечного дня было посещение винного производства и производства "PISCO" (перуанской виноградной водки). Приехали в какой-то ресторанчик в одном из обширных оазисов. Заказали, ввиду жары, лёгкую еду и, ведомые местным гидом и Эрикой, пошли осматривать производство. Виноград ещё не созрел. Производство простаивало, но давильня и пресс были налицо. Кругом стояли глиняные сосуды, в которых вино бродило, но самое яркое впечатление оставил самогонный аппарат немыслимого размера и распятие над выпускной трубой. Жара стояла неуёмная. Даже под навесом из виноградных лоз. Одолевали москиты. Настя ничего не ела, а мы с Лешей активно участвовали в дегустации местных напитков. Вино у них получалось плохо, а вот водку мы оценили вполне. При условии соблюдения нехитрого ритуала пития. Принесли юкку – корнеплод, наподобие моркови или турнепса, на вкус очень похожий на картофель. Пообедали салатами, набрали с собой вина и pisko и покатились дальше. В отель "Mosone" в одном из оазисов Ики.

    Оазис оказался реальным отражением детских представлений. Среди песчаных гор стояло озеро, окруженное пальмами и отелями. Наш отель располагался непосредственно у набережной водоёма. Типично испанской архитектуры с большим внутренним двором, пальмами и фонтаном в центре. Номера – большие и старые. Настя сразу попросилась поспать часа два, а наше маленькое общество отправилось гулять Рождество.

    Небольшое озерцо в обрамлении огромных пальм и балюстрады вдоль берега, чем-то напоминало Гагры. Роскошные деревья в ярко-алых соцветиях и увитые цветущими лианами кусты добавляли опереточного декора. Опереточные перуанские пейзане исполняли поодаль заученные движения. Чуть выше располагались одноэтажные отели в испанском стиле с непременными внутренними двориками в кружеве арок. Суету деталей оазиса охраняли высокие песчаные барханы, по которым маленькими пёстрыми точками двигались непоседливые туристы, чтобы скатиться с вершины на доске или лыжах.

    Бассейн нашего отеля находился чуть выше игрушечной набережной и отделялся от неё стеклянным заборчиком. Только четверо русских решили купаться в это предзакатное время. У нас был повод. У нас было Рождество! Похожий формой на дыню местный арбуз и перуанская водка "Pisco". Русское Рождество в оазисе Южной Америки. На другой стороне планеты. От одной этой мысли можно было заорать в восторге! Но мы не орали. Наше путешествие подходило к концу, и впечатлений было так много, что новые сочные эмоции уже не рождались. Пофыркивая в бассейне, подмосковный негоциант лишь иногда растерянно сообщал самому себе: "Живут же люди!".

    Пришло время будить дочку. Я вошёл в её комнату и ужаснулся. Она вся горела. Желудок болел. Я попросил зайти Алёну. Мы стали звонить в страховое агентство в Москву, звонить Ирине, чтобы найти Эрику и вызвать местного врача. Пришли и Женя с Лёшей. Температура у Насти была 39. Женя предложила, не дожидаясь врача, сбить температуру таблеткой. Я некоторое время ждал, надеясь на приезд врача, но потом решился сбить жар и повезти Настю в ближайший госпиталь. Женина таблетка начала действовать на улице. Резкое падение температуры совсем подкосило девочку. В машину я её нёс на руках. Алёна помогала изо всех сил. С нами поехала Эрика.

    Госпиталь был муниципальным. Это означало, что на нас обязательно обратят особое внимание, как на иностранцев. В отличие от наших больниц, все страдания и некрасивость болезни скрашивались перуанским темпераментом. В приёмном отделении висел телевизор. Работала спортивная программа. Время от времени люди бросались к телевизору и что-то кричали.

    Доктор была миниатюрна, вся в белом, черна лицом и бела зубами. К ней в кабинет дверь не закрывалась. Непрерывно заходили плохо одетые люди с бумажками или без, но с болью. Поскольку разговор их был непонятен, странность ситуации усиливалась. Настасью положили на кушетку и стали осматривать. Я вышел, дабы не смущать. Врач не определила ничего, кроме острой кишечной инфекции, предложила всё же сдать анализы. Мы с Эрикой отправились в аптеку и купили всё требуемое для уколов и анализов (за сущие копейки по сравнению с московскими ценами). В процедурном кабинете висел плакат с призывом к тишине, и громко работало радио. Укол сделали аккуратно. Затем ждали результата анализов, ждали куда-то запропастившуюся чёрно-белую женщину-врача. А глаза уже просто не смотрели, ведь день начался с четырёх утра, а сейчас было половина двенадцатого.

    Наконец Алёна не выдержала и пошла искать врача. Пришёл какой-то мужчина, вероятно старший в смене, и стал снова осматривать Настю. Тем временем появилась прежний доктор. Они посовещались и вынесли девочке диагноз: кишечная инфекция. Прописали кучу лекарств, которые были куплены в той же аптеке, но уже через решётку. Район, по всей видимости, был небезопасный. Я спросил у Эрики, сколько должен дать денег врачам. Она ответила, что это не обязательно, но 50 солей вполне достаточно. Это около пятисот рублей. Я вновь подивился местной дешевизне, поблагодарил врачей и мы пошли к дороге, чтобы взять такси до отеля. Настя уже сама держалась на ногах. Приехали, и я рухнул в кровать. Так завершился день православного Рождества.

    ДЕНЬ ДВЕНАДЦАТЫЙ (08.01.08)

    Первое, что обнаружил поутру, что посеял телефон. Видимо при посадках и высадках из такси. Ну, что ж? Похвалил себя за то, что беру в поездки дешёвые телефоны. Сходил на завтрак, который был довольно скуден в этом отеле и вернулся собирать вещи. Настасья была слабенькая, но без температуры. Погрузились в микроавтобус и поехали по направлению к океану в Паракас. Ехали через оазисы. Где меня поразили жёлтого цвета розы, в огромном количестве растущие на полях. Оказалось, к стыду моему, это цвёл хлопчатник.

    Паракас представляет собой типичный приморский город-курорт. С многочисленными небольшими отелями, особняками состоятельных перуанцев и обилием торговых заведений и ресторанчиков. Много цветов, пальм и каких-то разновидностей акации, которые буйно цвели алыми гроздьями. Целью нашего приезда было посещение островов Балестас – малых Галапагосов, как их тут называют. До отхода катера было немного времени, поэтому народ разбрёлся по лавкам. А я направился к пляжу. Океан тут был относительно чистый, и мне необходимо было искупаться. Эрика предупреждала о возможности встречи со скатами, но разве это могло остановить меня в желании поплавать в Тихом океане? Лёшка отказался составить компанию, и я пошёл по песчаному дну в океан. Под ногами попадало что-то мягкое и стремилось выскочить из под пяток. Я нырнул и поплыл на глубину. В бухте рыбаки тянули сети, бросая мелкую рыбёшку пеликанам, доверчиво пасущимся поблизости. По берегу носились собаки, не теряя из виду столики ресторанов на набережной. Было по-деревенски спокойно и размеренно. К десяти часам начало сильно припекать солнце. Поплавал немного. Вода солёная и тёплая. Повалялся на песке (спасибо полотенцу из "Экспедиции"). Затем зашли в одну из лавок, где можно было купить даже ткани культуры паракас и деформированные черепа того же времени. Никто, однако, не обещал, что с этими сувенирами не арестуют на границе.

    На катере собралась шумная многоязыкая толпа, которая весело расселась и облачилась в радостные оранжевые жилеты. Было яркое солнце, яркое небо и запах моря. Через короткий промежуток времени мы, сопровождаемые чайками, оказались возле загадочного канделябра или кактуса – огромного рисунка на скале, который был сделан, как и всё в Перу, неизвестно кем, неизвестно когда и непонятно зачем.

    Приближение к островам Балестас обозначилось сильным запахом птичьего базара, многоголосием миллионов птиц и шумом бьющих в скалы волн. Птицы не обращали на катер ни малейшего внимания. Они тут были хозяевами. Но самый большой восторг вызвали не бесчисленные стаи птиц, и даже не пингвины, а то, что открылось при повороте за один из утёсов. На небольшом пляже лежали и копошились морские котики. Они фыркали, резвились или дрались, сползали в море или вылезали на такие отвесные скалы, куда и цепкому человеку забраться было бы трудно. Блестящие светло- и тёмно-коричневые тушки нежились на солнце, подставляя то спинку, то толстенький животик. На вершинах скал графично выделялись тяжелоносые пеликаны, время от времени раскрывая огромные крылья, становясь величавыми красивыми птицами. Иногда группа пеликанов срывалась с места и подобно эскадрильи истребителей низко над водой уносилась куда-то в океан. Яркое солнце, голубая вода и небо были выгодным фоном серо-коричневым силуэтам птиц.

    Чайки, бакланы и прочие виды составляли несчётные стаи орущего и непрерывно двигающегося покрова островов, создавая в этом движении ценный для человека продукт – гуано многометровой толщины. На одной из скал обиняком проживали пингвины, столь же разные по цвету. От чёрно-белого родительского одеяния до светло-коричневых маскировочных халатиков детей. Всё это великолепие горланило о своей прекрасной жизни, дралось между собой за удобные места и было представлено в таком количестве, что становилось понятно: рыбы в здешних водах достаточно. Видимо были и охотники за этими курортниками, поскольку кто-то должен был чистить территорию от больных и слабых особей, но их мы не увидели. Живописные гроты и пещеры дополняли сказку. Пеликаны привыкли к людям и с удовольствием добирали мелкую рыбёшку, оставляемую им местными рыбаками. А рыбаков было тоже не мало. И даже рядом с берегом.

    Обратный путь был как будто короче. Теперь мы стали замечать появляющиеся иногда над водой хвосты или головы котиков, которым или хотелось поплавать вдали от гомона птиц, или просто проводить наш катер. Прибыли в порт и отправились в ресторанчик на набережной. Возле нашего стола примостился старый перуанец или испанец и старательно пел латиноамериканские песни, аккомпанируя себе на гитаре. Палило солнце, звучала гитара, щебетала что-то Эрика.

    Обратный путь в Лиму занял часа четыре по отличному панамериканскому шоссе. Ужинали в Ларго-центре на побережье. Было заметно, как устали наши бизнесмены. Ругались иногда. При этом, однако, было понятно, что они составляют единое целое, что друг друга не подведут никогда, как и за всю свою трудную жизнь. Отправив их спать, а Настю в инет, гуляли по Мирафлорес с Аленой и болтали. Рано утром она улетала через Каракас и Франкфурт. Наш рейс был во второй половине дня.

    ДЕНЬ ТРИНАДЦАТЫЙ (09.01.08)

    Первое утро, когда никуда не надо было спешить, не надо просыпаться чуть свет и собирать вещи. Какое это сладкое слово – свободный день! Позавтракали, прошлись по магазинам и отправились в бассейн с очередным арбузом. Сладкое время пляжного отдыха на высоте восьмого этажа. Нет, немножко поваляться на пляже конечно хорошо! Нежились на солнышке до часу, затем пошли в город, делать последние и предпоследние закупки сувениров. Лима казалась родным городом, отель родным домом после всех путешествий по южной части Перу.

    В аэропорт нас провожал только водитель минивена. Интерес к нам принимающей конторы иссяк. Перелёт до Мадрида прошёл незаметно. Спали. Мадрид встретил десятью градусами тепла и полной неразберихой в наших с Настей действиях. Перерыв между рейсами составлял около восьми часов. Женя и Лёша отправились смотреть город, а у нас с Настей открытого шенгена не было. Решили найти зону отдыха и принять душ. С большим трудом отыскали VIP-зал, о существовании которого знала только одна уборщица в аэропорту. Это было огромное помещение со своим баром, душевыми, курительными, спальнями и Интернетом. 20 евро с носа за всё, включая бар. Вещи бросили там, а сами бродили по аэропорту. Время убивали, как могли. Наконец, объявили посадку на Москву...

    Михаил Петраков
    12/09/2008 09:28


    Мнение туристов может не совпадать с мнением редакции.
    Отзывы туристов, опубликованные на Travel.ru, могут быть полностью или частично использованы в других изданиях, но с обязательным указанием имени и контактов автора.

    Новости из Перу

    30.06.17 Поток туристов в древний город Мачу-Пикчу ограничат
    09.12.16 Посещение Мачу-Пикчу дорожает
    03.01.16 Самые опасные места для туристов-одиночек
    21.11.15 Куда туристам отправиться на поиски сказки
    18.11.15 В Перу создан новый национальный парк
    16.09.15 Роспотребнадзор: россияне привозят лихорадку Денге из тропических стран
    25.04.15 В Мачу-Пикчу появились новые экскурсии
    21.04.15 Монастырь в Перу открыл для туристов музей
    20.02.15 Все больше стран мира упрощает визовые режимы
    05.02.15 В Лиме снова открыт Парк фонтанов
    [an error occurred while processing this directive]