It’s Greek to me: Греция, впечатления и встречи



    It's Greek to me. Эта фраза обижает греков. По-русски она переводится так: "для меня это греческий язык" и означает примерно то же, что и русское выражение "для меня это китайская грамота". Будучи в Греции, я не раз слышала от местных, что это выражение не имеет смысла, так как почти четверть слов в английском языке имеет греческое происхождение. Первые слова, которые вас встречают в афинском аэропорту, - это фраза на плакате, рекламирующем греческое пиво Mythos. Звучит она примерно так: "Греция подарила миру 51807 слов и только одно оставила себе - Mythos". И бутылка этого пива рядом со столбиком греческих слов, осчастлививших человечество.

    Греция не понравилась мне с самого начала. Мой самолет приземлился в Афинах в 11 часов вечера. Я быстренько получила багаж и побежала к остановке такси, так как еще дома была предупреждена, что поймать такси ночью в аэропорту в Афинах практически невозможно. Кроме этого с 11:59 вечера и до 5:00 утра цена за такси удваивается. Попросту таксисты включают двойной тариф: на табло, слева от цифр, показывающих сколько надо заплатить, загорается двойка. И числа скачут с удвоенной скоростью. Надо было успеть сесть в такси хотя бы до без пяти 11. Прибежав на остановку одной из первых, я долго не могла уехать: почему-то таксисты не хотели меня брать и подсаживали пассажиров, пришедших гораздо позже. Было полпервого, и я уже приготовилась ночевать в аеропорту, когда супружеская пара американцев, летевших вместе со мной в одном самолете и видящая мое отчаянное положение, категорически отказалась сесть в такси раньше и потребовала от таксиста забрать меня. Они же и объяснили мне, почему водители не хотят возить таких пассажиров, как я. Оказывается, в Греции существует правило, что за каждый чемодан (или рюкзак, или сумку), засунутый в багажник, пассажир доплачивает определенную сумму. А у меня был маленький сьюткейс, который я могла не ставить в багажник, а держать просто на коленях. Вот водители и старались взять пассажиров с большими сумками, чтобы побольше заработать. Короче говоря, таксист меня забрал и уже через полчаса я была в районе Омониа, где находилась моя гостиница. Водитель остановил такси и предложил мне рассчитаться. И хотя мы не доехали до отеля, я предпочла не выступать и заплатить: вокруг не было ни души, и неизвестно, чем все это для меня кончится. На счетчике было около 30 евро, но таксист сказал, что я должна заплатить 45. Я молча заплатила, машина тронулась. Именно тогда фраза: It's Greek to me, впервые пришла мне в голову.

    Через несколько минут я была возле отеля. Отель назывался "Аристотелис" и находился в самом центре Афин, в двух минутах ходьбы от сквера Омония - старейшей площади Афин.

    Парень, сидящий на регистрации в отеле, спросил, зарезервирован ли мой номер. Я ответила утвердительно и назвала свое имя. Он с интересом посмотрел на меня: русиа? Я обрадовалась и закивала: Да-да, русиа, русиа. Давай скорей ключи, умираю - спать хочу. Но вместо того, чтобы, как обычно в таких случaях, дать мне ключи от номера и пожелать хорошего отдыха, молодой человек выдал следующее: если я хочу поселиться в отеле и собираюсь платить кредиткой, то должна полностью оплатить свой номер сейчас. В противном случае должна платить кэш каждый день, и кредиткой мне уже нельзя будет расплачиваться. Я обалдела. Это было настолько "greek to me", что я моментально проснулась и спросила его, в своем ли он уме. Может, он не платит налоги и поэтому требует от туристов кэш? На что парень испуганно ответил, что он простой работник и ничего не знает, а завтра утром будет менеджер, и я смогу спросить его об этом. "Давай ключи", - прошипела я и, забрав ключи, поднялась на свой этаж. Номер был неплохой: телефон, телевизор, кондиционер, лоджия. С лоджии на улицу свисал флаг Греции.

    День первый - Афины

    Завтрак я, естественно, проспала. Проснувшись около двенадцати часов, я спустилась в холл и подошла к конторке администратора. Вчерашнего парня не было. Вместо него в регистратуре сидел мужик - вылитый отец героини из фильма "Моя жирная греческая свадьба" (My fat Greek wedding), если кто видел. Вообще перед тем, как поехать в Грецию, я бы посоветовала всем желающим, перечитать книги Гомера и Куна (интеллигентный человек, как известно, не читает, a перечитывает), а также посмотреть этот фильм. Короче, я спросила администратора, какие проблемы у него с наличными. Администратор уверил меня, что таких проблем он давно уже не испытывает, вполне счастлив и желает мне того же. Расплачиваться могу, когда захочу. Нет проблем. Одним словом, добро пожаловать в Грецию. После чего предложил посетить достопримечательности и подарил брошюрку с описанием святых для Греции мест.

    Я взяла брошюрку, прошла в холл, где стояли диваны и кресла и где находился компьютер, доступ к которому, согласно рекламе отеля, был свободным, а интернет доступен 24 часа в сутки, причем бесплатно. К моему удивлению это оказалось чистой правдой. Я проверила свою почту, послала домой сообщение, что еще жива и села на диванчик просматривать туристический буклет.

    Брошюрка была от компании Key Tours. Компания предлагала различные экскурсии как в Афинах, так и загородные. Рассмотрев все предложения, я остановилась на трех. Я решила заказать однодневную экскурсию в Микены и Эпидавр с заездом в Нафплион (90 евро, включая обед), однодневный круиз по близлежащим островам - Эгины, Порос и Идра (88 евро), и двухдневную поездку в Дельфи и Метеоры (126 евро + 25 у.е. за одиночество). Все остальное можно посмотреть самостоятельно. Я планировала пробыть в Греции 8 дней и рассчитывала, что этого будет достаточно на первый раз.

    Вернувшись к стойке администратора я объявила ему, что хочу заказать три экскурсии: эту, эту и вот эту вот, в Метеоры.

    - Она двухдневная,- удивился администратор.
    - Да, - злорадно сказала я. - И я хочу на нее поехать.
    Мужик загрустил. Стал что-то подсчитывать в своем блокнотике и наконец выдал:
    - Это будет стоить 329 евро.
    - Ну, что ж, - согласилась я. - Только здесь написано, что если заказываешь несколько туров сразу, то будет скидка.
    - Я даю тебе 29 евро скидку. Всего надо заплатить 300 евро.
    - Сейчас?
    - Нет, завтра, если поедешь на экскурсию.

    Он до сих пор не верил, что я серьезно собираюсь брать туры. Интересно, за кого он меня принимает? Почему такое странное отношение? Именно после того, как я назвала свое имя и подтвердила: да, русиа. Русских в отеле вроде больше не было. Чем же мы так навредили бедняжке? Спросив дорогу на Акрополис, я вышла из отеля и, ориентируясь по карте, которую взяла в отеле, пошла в сторону Парламента, по дороге обследуя окрестности.

    То, что я обнаружила, не обнадеживало. Выяснилось, что Омониа - самый старый и самый бедный район центральных Афин, с множеством дешевых кафе и ресторанчиков, недорогих отелей и хостелей, старых облупившихся домов, где живут сейчас, в основном, эмигранты, выходцы из Индии и Пакистана. Здесь же размещается и офис Коммунистической партии Греции - одной из самых влиятельных и любимых народом партий страны. Я давно заметила, что, чем беднее страна и чем хуже живут люди в ней, тем большее влияние имеют в ней коммунисты. Такова вот загадка человеческой натуры.

    Плаза Омониа произвела гнетущее впечатление: где былое очарование старейшей площади Афин? Даже обрамляющие сквер пятизвездные отели не сглаживают негативное впечатление от затянувшейся реконструкции. Зато ведущая от парка Ареос (в просторечье - Марсово поле) почти до самого Акрополиса улица имени 28 октября с Археологическим музеем и Политехническим университетом, примыкающим к музею, - великолепна. Множество бутиков, магазинчиков, кафешек и ресторанчиков открыты круглые сутки. А там, где улица 28 октября соединяется с улицей Еолоу (это между Стадиоу и Панапистимиоу), - будьте осторожны: на этой маленькой улочке, находящейся всего в нескольких метрах от площади Омония, вы не поверите, - левостороннее движение. Как в Англии. Почему? Никто не знает. На всех остальных улицах Афин движение правильное - правостороннее.

    От площади Омониа лучиками отходят около десятка улочек и проспектов, соединяющих центр с различними районами города. Улочки все очаровательны, хотя и невероятно грязные, особенно Афинас в районе центрального рынка. Несмотря на то, что в Афинах около пяти месяцев вообще не было никаких осадков, лужи в центре города присутствуют в самых неожиданных местах. Что тоже явилось для меня следствием загадочной греческой души. It's Greek to me, - бормотала я, перескакивая через очередное "море разливанное".

    Улица Стадиоу приведет вас прямехонько к площади Синдагма, где находится греческий Парламент. Ежечасно сотни человек собираются здесь, чтобы посмотреть на забавную процедуру смены караула возле могилы Неизвестного Солдата, находящуюся рядом со зданием Парламента.

    Самое интересное, что пройдя через Национальный сад, который начинается сразу же за зданием Парламента, и выйдя на улицу Иродоу Аттикоу, вы попадете к бывшему Королевскому дворцу, ныне Президентской резиденции, где также каждый час происходит смена караула и где нет ни одного туриста.

    Можно спокойно фотографировать караул в любых ракурсах, никто не помешает и не надо подскакивать, стараясь через головы туристов запечатлеть хоть что-то. Почему туристы не знают о Королевском дворце? Ответ известен. Это Греция. Здесь все не так.

    Рядом с королевским дворцом стоит небольшая вилла, возле которой, когда я там была, собралась толпа журналистов с фотоаппаратами, явно ожидая кого-то.

    Когда я приблизилась к ограде виллы, ко мне подошел молодой человек в штатском и попросил перейти на другую сторону улицы.
    - Почему? - удивилась я.
    - В целях безопасности.
    - Но мне ничто не угрожает, - попыталась я протиснуться ближе к входу.

    На что вежливый молодой человек ответил, что о моей безопасности никто и не беспокоится. А в здании виллы сейчас находится премьер-министр Греции, это именно его поджидают репортеры, которые, кстати, получили на это специальное разрешение, и именно за безопасность премьер-министра отвечает этот молодой человек, и я должна немедленно покинуть стратегический объект, если не хочу иметь неприятности.

    - Но щелкнуть-то можно разочек? - взмолилась я.
    - Разочек можно, - благосклонно согласился страж порядка.
    Когда я начала снимать, уже другой молодой человек, сделал мне знак: Прекрати съемку.
    - Мне разрешили, - обиделась я. Но камеру выключила и перешла на другую сторону улицы.

    Так и не дождавшись явления премьер-министра, я пошла в сторону площади Стадиоу и через несколько минут очутилась перед Олимпийским стадионом, который греки еще называют Стадионом Спиридона Луиса - в честь первого греческого олимпийского чемпиона в марафонском забеге 1896 года. Он был сыном владельца компании, торгующей минеральной водой, и помогал отцу доставлять товар заказчикам. Может поэтому на всех русских сайтах его называют почтальоном.

    Напротив стадиона - вход в Национальный сад, перед входом - памятник борцу за независимость Греции в войне 1821 года Георгиосу Караискакису. Как и положено в стране, стремящейся к коммунистическому идеалу, весь пьедестал памятника исписан граффити.

    А на южном конце парка на перекрестке двух проспектов, названных поэтическими женскими именами Ольга и Амалия - Vasilisis Olgas и Vasilisis Amalias - рядом с Аркой Адриана и Храмом Зевса Олимпийского стоит памятник еще одному борцу за независимость Греции, английскому романтику и аристократу, поэту и дон жуану, Лорду Байрону.

    На памятнике молодая женщина, олицетворяющая Грецию, принимает дар от поэта. К сожалению, прежде чем освободить Грецию от завоевателей, Байрон подхватил лихорадку и умер в 1824 году в провинциальном городке Миссолoнги так и не дождавшись независимости. Его тело было отправлено на родину, в Англию. Но ни настоятель Вестминстерского аббатства, ни глава собора Святого Павла не захотели принять его, и в конце концов поэт был похоронен в бывшем своем родовом имении, которое он недальновидно поторопился продать за шесть лет до смерти.

    Байрон любил Грецию и Афины. Особенно Plaka, район, где в декабре 1809 году во время своего первого путешествия по Европе он жил и где в монастыре Капуцинов, который находился тогда в районе сквера Лисикратос, были написаны первые главы "Паломничества Чайльда Гарольда". Основанный французскими монахами монастырь просуществовал до 1821 года и был разрушен во время революции. Все, что от него осталось - это монумент Лисикратос, который называют еще Фонарем Диогена. Монумент был установлен на этом месте (согласно надписи на постаменте) в 335 году до нашей эры в честь победителя ежегодного драматического фестиваля в театре Дионисия, который находится неподалеку, возле Акрополиса, и стал частью монастыря в 1669 году. Монахи использовали его под читальню, прорубив отверстие в задней части монумента.

    От памятника Байрону хорошо просматривался Акрополь. Но район Плака, в котором я очутилась, перейдя просто через дорогу от Арки Адриана, имел такие запутанные улочки, что, видя Пантеон, я петляла по узким тропинкам до тех пор, пока не вернулась снова к перекрестку Ольги и Амалии.

    Район был очень оживленный, и я решила спросить дорогу у кого-нибудь из прохожих. Выбрать надо было молодого (чтобы говорил по-английски) и местного (чтобы знал дорогу). Я наметила одного типичного грека и спросила по английски, как пройти к Акрополису. Парень почему-то обрадовался и ответил на чистом русском языке: - Шуба нужна?

    Чтобы понять степень моего изумления, надо все это себе представить: на улице жара около 30 градусов, я в шортах и футболке, у меня в руках карта города, на шее фотоаппарат, на плече камера. Зачем мне шуба? Пока я стояла с открытым ртом, парень, как фокусник, достал откуда-то из рукава рекламный проспект с портретами немыслимых красавиц в самых разнообразных позах и мехах и начал убеждать меня, что для полного счастья мне нужна шуба.

    - Но я не ношу шубы, - пыталась я отбиться.
    - Как это не носишь, - удивился он. - Ты откуда?
    - Из Америки.
    - Из Бруклина? - проявил он осведомленность.- Там все носят.

    Я представила себе, как я, наряженная в лисью доху, появлюсь на нашей сонной деревенской улочке, где круглий год и в любую погоду все, без исключения, ходят в шортах и шлепанцах, и какой ажиотаж это вызовет у соседей, когда они увидят меня в наряде, который можно позволить себе только на Холловин.

    - Нет, - решительно сказала я. - На шубу я еще не заработала. Лучше скажи, как пройти к Акрополису.
    - Не знаю,- сказал парень.- Я там никогда не был. Спроси у туристов. Они знают все. Если надумаешь насчет шубы, заходи. - И он подарил мне буклет.

    Побродив еще немного по Плаке и так и не найдя выхода на Акрополь, я решила не спорить с судьбой. Ну что ж, как говорил герой повести Аксенова, написанной им в эпоху целинного бума: "Все едут на восток, а мы на запад." Все первым делом идут в Акрополь, а я оставлю это напоследок. Пойду туда перед отъездом. Никуда он не денется, а я должна выспаться.

    И я направилась в гостиницу. Отсыпаться.

    Я хорошенько выспалась и часов в 9 вечера решила прогуляться по вечерним Афинам: рассудив, что впечатление о городе не может быть полным без ночной жизни. Проделав тот же путь, что и накануне, я вновь очутилась на площади Синдагма и не узнала её. Это было совершенно другое место. Могила неизвестного солдата слабо освещалась прожекторами. Толпа туристов, разглядывающих башмаки марширующих патрульных, заметно поредела.

    А посередине площади, недалеко от входа в станцию метро образовалась невидимая днем эстрада. На ней копошились рабочие. Было видно по всему, что готовилось какое-то представление, а может быть и концерт. Недалеко от эстрады на зрительских местах сидела кучка людей, одетых в необычные для Греции костюмы: все, как один, были в вышитых сорочках, на шеях у женщин висели мониста, на мужчинах - шаровары. Не смея верить своим глазам, я подошла поближе и прислушалась. Сомнений быть не могло: эти люди в совершенстве владели украинским языком. Судя по обрывкам разговора, доносившегося до меня, они готовились к концерту. Это были артисты.
    - На гастролях, - подумала я. - Но почему на улице? Бесцеремонно вмешавшись в разговор, я спросила, что за концерт предполагается здесь быть, ну и конечно, как они попали в Грецию.

    Настороженно оглядев меня, одна из женщин спросила:
    - А кто вы, собственно такая? - Остальные напряженно ждали.

    Я объяснила, что я туристка из Америки, бывшая их соотечественница, просто проходила мимо и услышала украинскую речь. Все замолчали и уставились на меня в каком-то оцепенении. Я было уже подумала, что виной всему война в Ираке. Демократические американские СМИ пишут о том, что Америка потеряла свой привлекательный имидж на международной арене из-за этой войны, а американцев все сейчас просто ненавидят. Отсюда и теракты повсюду. Я уже пожалела, что подошла. "Еще шарахнут чем-нибудь, антиглобалисты хреновые", -промелькнуло у меня в голове.

    Хотя я ведь и сама по этому поводу время от времени протестую: в смысле - меняю свою партийную принадлежность. Обычно в начале года, заполняя свою налоговую декларацию, я становлюсь ярой республиканкой, поминаю недобрым словом Джона Кеннеди и всю его демократическую родню. А также Билла Клинтона, Ала Гора и многострадальную Хиллари Родом.

    Но вот налоги заплачены,и жизнь идет своим чередом. Время от времени после какого -нибудь неприятного разговора с начальством в голову вкрадывается мысль, что на меня готовится "кейс", и затем последует увольнение. Тут я становлюсь заядлой демократкой: вспоминаю все законы о дискриминации, готовлю себя к жизни на пособие по безработице и обхожу знакомые с юности места, где можно разжиться бесплатными обедами. За последние 15 лет таких мест заметно прибавилось, но и очерeди стали побольше: Демократическая партия растет и вместе с ней растёт её электорат.

    Так что мне вполне понятны чувства людей, протестующих против политики Буша. Но пасть жертвой политических разборок я не собиралась, и поэтому потихонечку начала пятиться назад - готовить себе путь к отступлению. Но мои бывшие соотечественники не собирались меня отпускать подобру-поздорову. Окружив меня плотным кольцом, они стали расспрашивать кто я и откуда, как попала в Америку и, главное, - все, как один, не только не осуждали империалистическую политику Белого Дома, но и проявили активное желание последовать в США немедленно вслед за мной. Как оказалось, не все в мире ненавидят американцев, есть еще люди, которым дороги принципы демократии. Пролив бальзам на мою душу, мои новые друзья взяли у меня мой американский адрес и телефон и пообещали связаться со мной на предмет дальнейшего сотрудничества. Все они были "заробитчане", жили в Греции нелегально, получали копейки, работали тяжело и имели единственную отдушину - эти субботние концерты.

    Надо сказать, что они сдержали слово, и время от времени кто-то из них звонит мне из Греции и предлагает купить партию греческой парфюмерии или поучаствовать еще в каком-нибудь очень выгодном бизнесе, который в течение недели сделает меня миллионершей. На мой вопрос, какова же реальная будущая прибыль сделки, звонящий обычно долго мнется, а потом говорит: "много... очень много... вы даже себе не представляете сколько". Если надавить немного и добиться приблизительной цифры, то она обычно не превышает 10-20 тысяч долларов. Эта сумма кажется моим землякам фантастической.

    Я посмотрела концерт, поплакала над горькой долей Украины и повздыхала над страданиями "старенькой змореной журавки". Ну, о чем могут еще петь "щири украинци", оторванные волею судьбы от дома. Не дождавшись окончания концерта, я ушла. Дойдя до темной, но многолюдной улицы Эрмоу, посмотрела на гуляющих на ней в полной темноте людей и повернула к гостинице.

    День второй - острова

    Утро следующего дня началось для меня с предвкушения счастья: морской круиз по трем островам Эгейского моря - Гидра, Порос и Эгина. За мной в 8 часов должен был заехать автобус, чтобы отвести меня в порт. Надо было торопиться поскорее позавтракать. Я спустилась вниз, поздоровалась со вчерашним администратором и зашла в ресторан. На столах стояли фужеры с соком, тарелочки с пакетиками масла и джема, и вазы с нарезанным хлебом. Завтрак был сервирован как шведский стол: колбасы, ветчину и различные сорта сыра можно было выбирать дополнительно. Официант разливал кофе.

    Я выбрала столик на одного человека, положила себе на тарелку всего понемножку и приготовилась завтракать, как вдруг увидела, что администратор, зайдя в ресторан и облакотившись на стойку бара, внимательно за мной наблюдает. Меня это разозлило: какого черта он за мной все время следит? Я демонстративно выпила сок, скривилась: плохой - и взяла пакетик масла. На упаковке было написано "маргарин". Брезгливо поморщившись, я выбросила его в стоящий рядом мусорник. Подцепив вилкой кусок ветчины, я его понюхала и, изобразив на лице негодование, отправила вслед за маслом. Лицо администратора приобрело скорбное выражение. Понюхав сыр, я отправила его в рот. Хлеб и джем я не трогала, а упаковку кекса, внимательно прочитав состав, решительно отодвинула в сторону. Растерянно озираясь по сторонам, я "случайно заметила" администратора и укоризненно покачала головой, изображая разочарование: еда здесь, дескать, отвратительная. Администратор тяжело вздохнул и вышел из зала. Я быстренько подскочила к раздаче, схватила сразу несколько кусков ветчины и сыра и, прихватив с собой кексики и хлеб с джемом, выбежала за ним. Он стоял уже за своей конторкой и грустно на меня смотрел. Я устроилась на диванчике напротив - ждать автобуса.

    В пять минут девятого я вопросительно на него посмотрела. Он заерзал, но ничего не предпринял. Ещё через десять минут, явно нервничая, он начал звонить. Затем звонили ему, потом снова он. В половине девятого он вышел на улицу и, как Илья Муромец на картине Васнецова, стал всматриваться в даль в ожидании автобуса. Затем вернулся в гостиницу и стал снова звонить. Через пять минут к отелю подъехало такси. Администратор подбежал к машине, о чем-то поговорил с водителем и помахал мне рукой: подойди. Когда я подошла, он втолкнул меня в салон, захлопнул дверцу и побежал назад в гостиницу.

    - Киднеппинг, - догадалась я. - Этот негодяй организовал мое похищение в отместку за то, что я не захотела оплатить проживание. Зная по фильмам, что надо расположить похитителя к себе, чтобы остаться живой, я ласково спросила водителя, куда мы едем. На что получила невразумительное мычание: мой собеседник, судя по всему, не говорил по-английски. Я подергала дверцу машины - замок был крепкий. Водитель обернулся и кивнув на дверь, что-то промычал: не беспокойся, мол, не откроешь. Я загрустила. Вокруг мелькали виды древней эллады: проехали стадион, парк Заппион, Арку и Храм Зевса, вдалеке мелькнул Акрополь, а мы все ехали. Нaконец, остановившись у какого-то здания, водитель повернулся ко мне и жестами показал, что хотел бы забрать у меня мою Louis Vuitton сумочку, стоившую, между прочим, 3 тысячи долларов. Я прижала сумку к груди и дала ему понять, что только через мой труп, но его это не испугало и не остановило. Немного повысив голос, он попытался объяснить мне, что я все равно отсюда с сумкой не выйду. В это время из здания вышел какой-то молодой человек. Увидев его, я постучала в окно, чтобы обратить на себя внимание.

    Подойдя к машине, парень о чем-то поговорил с водителем, заплатил ему и велел мне выходить. Выйдя из такси, я пошла за молодым человеком в здание, оказавшееся офисом турагенства "Key Tour". С меня быстренько взяли плату за 3 заказанных мною тура, извинились за причиненные неудобства, подарили футболку с надписью "OlimpЁЭada 2004" и посадили в автобус, следующий в порт Пирей.

    Минут через 20 мы уже отчалили от берега на бело-голубом корабле с поэтическим названием "Anna Maru". Туристов было очень много, и почти все высыпали на палубы, чтобы понаблюдать за дельфинами, весело подпрыгивающими среди одноразовых бумажных тарелок и стаканчиков, в великом множестве качающихся на барашковых волнах Саронического залива. Честно говоря, такого количества мусора я не видела даже на диких пляжах всесоюзных здравниц в Крыму. Примерно часа через полтора теплоход причалил к первому острову на нашем пути - Поросу. Остановка была 40 минут - ровно столько, чтобы пробежаться по набережной и пофотографировать достопримечательности: лимонные посадки, сосновые горы и ветряные мельницы, которыми должны были быть усеяны окрестности, но я не видела ни одной.

    Этот остров знаменит также развалинами храма Посейдона. Но развалинами в Греции никого не удивишь. Посидев на набережной и покормив маленьких рыбок, похожих на нашу кильку, которая продавалась в советских гастрономах по 29 копеек за килограм, мы отправились к месту нашего дальнейшего паломничества - остров Идра (или Гидра, как называют его в русских туристических справочниках).

    Не так уж много написано об этом удивительном острове, ставшем известным в 50е годы благодаря книге Генри Миллера "Колосс Маруссийский". Первые сведения об Идре датируются 15 веком. Приблизительно в 1460 году остров неселили албанские беженцы, к ним позже присоединились православные христиане.

    Во времена Оттоманской оккупация остров остался в стороне от нашествия турок, главным образом из-за отсутствия питьевой воды. В 1792 году Идрa практически опустел: эпидемия чумы убила большинство жителей, остальные покинули остров.

    В годы наполеоновских войн Идра вновь обрел былую популярность: отсюда доставлялись продукты в голодные Францию и Испанию. После обретения Грецией независимости остров был економически изолирован от мира, что привело к росту безработицы и бедности, но позволило сохранить уникальность.

    Об этом острове можно говорить только в возвышенном тоне и в превосходной степени. Оказывается есть еще в Греции места, не до конца испорченные отходами человеческой цивилизацией.

    Маленький, чистенький, экологически благополучненький островок привлекает к себе внимание туристов и знаменитостей, таких, как Мик Джаггер и Кейт Ричардс, а также менее знаменитых художников и писателей, ищущих здесь вдохновения.

    Но, к счастью, деревушка, растущая на островке в высоту в виде амфитеатра, настолько мала, что здесь просто нет места, чтобы разместить всех желающих, и им остается довольствоваться однодневным визитом на остров.

    Большинство туристов просто прибывают сюда на несколько часов на катере или на круизном корабле, и полюбовавшись совершенно очаровательным видом, покатавшись на ослике (одна из достопримечательностей Идры - на острове нет никакого транспорта, кроме ослиного), позагорав на микроскопическом пляжике, представляющим из себя плато на скале, нависшей на высоте четырех метров над заливом, глубоко удовлетворенные уплывают на своем лайнере назад в грязную, шумную, опасную для жизни, но такую родную цивилизацию.

    Корабли и яхты приплывают и отплывают, неугомонные туристые шныряют по ювелирным и сувенирным лавочкам, оставляя здесь свои деньги и давая возможность местным жителям вести тот же самый образ жизни, что и 200 лет назад. На острове всего три улочки и 2 или 3 дешевеньких ресторана.

    Справа от порта вы увидите башню с часами. Это вход в монастырь Панагиа - еще одна местная достопримечательность. Монастырь - не действует, но здесь есть церковь и при церкви маленький музей. А если вы не побоитесь отстать от корабля и пройдетесь немного по острову (чтобы обойти его вам понадобится 3 часа), то по пути встретите и действующие монастыри - Агиос Николас, Агиа Траида и Профити Иллиас. Монахи до сих пор живут здесь, но никаких экскурсий, конечно, никто не проводит.

    Мы вернулись на корабль, чтобы продолжить наше путешествие и были приятно удивлены: в ресторанах были накрыты столы: нас ждал обед. Кухня была греческая: салаты, зелень, впервые мною попробованная мусака, и мясные шарики, наподобие наших тефтелей, очень вкусные. На десерт мороженое с фруктами.

    После обеда был концерт: танцевальная пара исполняла народные греческие танцы, очень эмоциональные и довольно сложные, певцы пели греческие песни, музыканты играли на греческих инструментах. Одним словом, фольклор. Но было очень интересно и весело. Потом по заявкам исполняли "песни разных народов". Ведущая спрашивала зрителей, на каком языке и какую песню спеть. Зрители называли песню и музыканты ее исполняли. В основном были английские, немецкие и итальянские. Ни разу не было, чтобы музыканты не знали заказанную песню. Когда всё уже перепели, она спросила, какой язык пропустили. Я подняла руку и сказала: украинский. Музыканты не знали ни одной украинской песни. Наверное, украинских туристов мало бывает на таких круизах. У большинства нет денег, а у кого они есть, на круизы не ездят. Ведущая смутилась и попросила меня назвать любой другой язык. Я сказала: русский. Музыканты взбодрились, и я в награду прослушала "Подмосковные вечера".

    Мы подъезжали к последнему острову нашего путешествия - Эгине, когда по радио услышали объявление: желающие могут заказать экскурсию в храм Афеи. Надо было доплатить 25 долларов.

    Я на экскурсию ехать не захотела, а предпочла просто погулять по острову. На набережной продавали фисташки - основной продукт экспорта островитян. Слева от пристани находился пляж, в грязной воде которого самозабвенно бултыхались местные ребятишки. Здесь же, неподалеку, на открытом воздухе, стояли приспособления, напоминающие наши мангалы: железные ящики, заполненные горячими углями. На них жарилась рыба. Целая сковорода маленькой, не больше 6-7 см, рыбешки стоила всего 5 евро. Рыбка так и называлась в меню -"little fish" - "маленькая рыба". Я заказала сковороду и села под навесом, ожидая деликатес и рассматривая местных жителей.

    В отличие от Идры Эгина была оплотом цивилизации - мусор на улочках, пыльные, заляпанные грязью автобусы, лошадиные какашки на дороге: аборигены предлагали туристический сервис - катание на лошади по окрестностям за 45 евро. Увидев что я проявила интерес, возница соскочил с облучка и начал меня уговаривать совершить вояж, сначала сбросив цену до 30 евро, а потом и до 15. Но я устояла.

    Дождавшись своих "маленьких рыбок", я попросила, чтобы мне их пересыпали в кулёк, и, грызя, как семечки, пошла по пыльной тропинке по направлению к еще одной местной достопримечательности - Колонне Аполлона, известного среди аборигенов, как Палец Аполлона. Этот каменный столб - единственное, что осталось от знаменитого некогда храма. Находящийся неподалеку за покосившимся забором Археологический Музей был закрыт амбарным замком, перевитым ржавыми цепями. Я через забор сфотографировала развалины неизвестно чего и, оставляя за собой клубы пыли, повернула назад к порту.

    Оставшееся до отплытия парохода время я провела сидя на лавочке, щелкая фисташки и размышляя о превратностях туристического бизнеса. На мой дилетантский взгляд заезд на Эгину был лишним в этом туре. Вполне можно было ограничиться Поросом и Идрой. И даже просто одной Идрой. Как хорошо было бы ранним солнечным утром отчалить от берега на белоснежной яхте с обслугой в белых перчатках, с креслами-качалками на выдраенных до блеска палубах, с бокалом шабли в руке, и с мужчиной моей мечты, гордо стоящим на капитанском мостике и зорко всматривающимся в голубую даль, где в светло- сиреневой дымке мелькают едва различимые очертания острова со сказочным названием... Hydra...

    С этими мыслями я покинула Эгину, этот древний очаг культуры, ведущий свое исчисление со времен неолита, о чем свидетельствуют археологические находки, датируемые трёхтысячным годом до Рождества Христова.

    Марина Коваль
    11/11/2007 23:40


    Мнение туристов может не совпадать с мнением редакции.
    Отзывы туристов, опубликованные на Travel.ru, могут быть полностью или частично использованы в других изданиях, но с обязательным указанием имени и контактов автора.

    Новости из Греции

    26.10.17 Греция вводит туристический налог
    06.10.17 Лондонский бар назван лучшим в мире
    05.10.17 В ближайшие месяцы - скидки на европейские проездные InterRail
    29.09.17 Aegean Airlines сделала скидку на билеты в Грецию
    19.09.17 Aegean Airlines сделала скидку на билеты в Грецию
    31.08.17 Aegean Airlines сделала скидку на билеты в Грецию
    30.08.17 На линии Москва - Афины станет больше рейсов
    24.08.17 Aegean Airlines сделала скидку на билеты в Грецию
    21.07.17 Российские туристы не пострадали во время землетрясения в Турции и Греции
    20.06.17 Чаще всего дети из России болеют на отдыхе в Болгарии
    [an error occurred while processing this directive]